Николасу, но Корвус выбросил руку и сжал искру в кулаке.
Я стояла, как громом пораженная внезапным стриптизом и умелой помощью светлого, а тот все не унимался.
Внимательно осмотрел стены подвала, снял с крючка висевшую там детскую эмалированную ванночку, которая перешла мне по наследству от прежней хозяйки этого дома, и пошел к демону.
— Залезай, — сказал он, ставя ванночку в пентаграмму.
Демон смерил его возмущенным взглядом и огрызнулся:
— Спятил? По-твоему мне четыре года?
— По-моему демоны на дух не переносят воду, но если ты против…
Корвус с безразличным видом пожал плечами и потянулся к эмалированному краю, чтобы убрать ванночку.
— А ну стой! — завопил демон, торопливо распрямляя поджатую ногу и ставя в предложенную посудину.
Колдун едва заметно улыбнулся, повернулся и зацепился взглядом за здоровенный котел на сто литров. Этот монстр так же достался мне по наследству, но уже от двоюродной тетки. У котла были толстые стенки, десятисантиметровый слой нагара и функция самоочистки, которая периодически барахлила.
Все это время котел пылился в углу без дела, но светлый колдун решил, что сейчас пробил его звездный час.
Ухватившись за край, он подтащила котел к пробитой в полу кухни дыре и поставила так, чтобы вода с верхних этажей стекала туда, а сам вооружился невесть где найденным ковшиком и принялся черпать воду с пола и переливать в котел.
Николас наблюдал за нами сверху, точно шокированный человеческой глупостью ангел-хранитель с небес. Демон с ворчанием и проклятьями пытался уместить пятую точку в ванночке. Корвус с самой невозмутимой миной на лице вычерпывал воду из подвала, ну а я…
Я просто стояла и откровенно любовалась.
Все же не каждый день выпадает уникальная возможность вот так откровенно пялиться на полуголого красивого мужика за работой. Колдун видимо любил тренировки (а может просто жизнь тому способствовала), поэтому спина у него была просто как с картинки модного журнала с улыбчивыми атлетами.
Крепкие, накаченные руки, которые как обнимут, что и вырываться не тянет… широкие плечи, на которые так и тянет переложить весь груз ответственности с собственных… красивые грудные мышцы, к которым руки сами собой тянутся, чтобы потрогать…
Опомнившись, я метнулась к столику, за которым обычно фасовала зелья по баночкам, схватила забытую там кружку с остатками ромашкового чая и вспомнила про Николаса.
— Ты помогать планируешь? — рявкнула я на застывшего перед квадратным проемом люка виновника потопа.
— Да, конечно! — послушно закивал недоросль.
— Тогда опускай крышку, хватай из кладовки швабру и гони всю воду к дыре.
Мальчишка кивнул и умчался выполнять команду, а я присела рядом с соблазнительно-голым Корвусом Кеем.
— Исключительно для справки, — сказала я, зачерпывая воду на полу ковшиком и переливая в теткин котел, который с утробным ворчанием моментально всосал влагу. — Ты и твой ученик ничего здесь не видели! Это просто подвал, где хранится картошка и ничего больше.
Колдун остановил руку с ковшом и посмотрел на меня с вызовом.
— Прости, но я не страдаю проблемами со зрением и провалами памяти, а значит полностью уверен, что в твоем подвале незаконно обитает демон.
— Корвус, не заставляй меня тебя шантажировать, — поморщилась я.
— Интересно знать чем.
— Хотя бы тем, что вы разрушили мой дом.
— Не вы, а Николас.
В дыре мелькнула возмущенная моська Николаса, вооруженного шваброй.
— И ничего я не разрушил, а просто чутка перестарался! С кем не бывает?
— Молчи! — в один голос рявкнули мы с колдуном и вновь скрестились взглядами.
— Ладно, — со вздохом протянула я, стискивая в пальцах кружку. — Я не хотела прибегать к тяжелым аргументам, но вижу, что иначе никак… — Долгая, исполненная значимости пауза и резкое, как выпущенный из арбалета болт:
— Туфли. Ты спер мои туфли.
— Кажется, я уже сказал за них спасибо.
— Кажется, ты не понял, что для ведьмы этого недостаточно.
— Кажется, я сейчас психану, — рыкнул очень грустный демон из детской ванночки.
Мы с Корвусом обменялись выразительными взглядами, поняли, что в этой битве никто не собирается уступать, и вернулись к делам насущным, то бишь к устранению потопа.
На уборку пришлось угробить несколько незабываемых часов. Мы толкались, пыхтели, мокли, приходили в ужас от последствий, но таки вычерпали воду из подвала, после чего собрались на кухне и без сил рухнули на чудом выжившие стулья.
— Ну что, Николас? Доволен? — сказала я, указывая на сломанную мебель, размокшие доски, вырванный из мойки кран и дыру в полу. — Теперь тебе есть что записать в дневник летней практики?
Мальчишка понуро вжал голову в плечи, справедливо опасаясь если не затрещины, то как минимум мощного проклятья, пущенного с легкой руки черной ведьмы. Но ошибку не признал.
— Саманта, я все оплачу и приведу в порядок, — поспешил вклиниться Корвус, пока дело не дошло до детоубийства.
— Естественно! — воскликнула я. — Чей ученик косячит, тот и отстегивает золотые строителям. И лучше бы вам поторопиться, Корвус, пока мне не пришла в голову чудесная идея нажаловаться в темный ковен.
Будь на их месте ведьмак, то мне бы в ответ пригрозили еще большим разоблачением и не менее грозной жалобой о демоне в подвале, но, к счастью, светлые повели себя как светлые. Усовестились, переглянулись и поспешили убраться из чужого дома, пока тот еще стоит, а не разваливается по бревнышку.
— Саманта, — уже в дверях вспомнил Корвус. — Я могу одолжить у вас парочку тех свечей, что горят в подвале?
Желание что-то одалживать светлому было на отметке с отрицательным значением, поэтому я мило, точнее в своей излюбленной пугающей манере, улыбнулась и посоветовалась:
— Обратитесь в храм. Там такого добра навалом! — и поскорее захлопунла за светлыми дверь.
Постояла. Подумала. Щелкнула шпингалетом и для надежности подперло все это дело метлой.
На всякий случай!
Кто этих светлых знает…
Поднявшись на второй этаж, я притормозила у выбитого заклятьем окна и позволила себе насладиться тем, как полуголый Корвус с угрюмым Николасом на пару минут скрываются в соседнем доме, чтобы переодеться и торопливо свалить в Доротивилль.
И если Корвус шел в город за помощью рукастых тружеников молотка и кисти молча, то его свежеиспеченный, но уже такой проблемный ученик что-то возмущенно объяснял, размахивая руками.
— Нет ничего хуже, чем дети. В особенности светлые дети, — вслух подумала я и огляделась.
Спальня пострадала в числе прочих комнат. Помимо выбитого окна и размокших досок пола, здесь стена дала трещину, издали смахивающую на Великий разлом на западе королевства. Решив, что проверять чердак и подпрыгнувшую в процессе колдовства крышу я сегодня проверять не готова, я порылась в шкафу в поисках сухого платья, собрала постель и потащила на
