России колдуны на каждом шагу, говорят, живут. Типа шаманов. Они тебя заколдовали. Сколько раз мы с тобой в перестрелке. А ты всегда остаешься целым.
— Да, брат. У нас там одни колдуны. Но больше ведьмы.
Жадно оскаливаюсь, так и видя перед собой одну из них. Дикую. Бешенную. Такую, на хрен, страстную, что даже сейчас член подпрыгивает под простыней. На столе, блядь, у Алонсо. Ведьма.
— Эгэй. Ты с этим полегче, брат.
Отшатывается. Одергивает руки от моей изрешеченной тушки.
— Может, когда падал, у тебя там в мозгу что-то повредилось? Переключился на нашего брата? Я не по этим делам, Ал.
— Охренел?
Так и сжимаются кулаки.
— Ты за базаром следи, Алонсо. Хоть ты мне и брат, а все равно. До ствола дотянусь сейчас. И, блядь, шмальну.
— Ну, извини, — хохочет. — Никогда еще у мужика, когда пули из него вынимаю, от этого не вставал. Что мне думать?
— Что твой дон крепкий здоровый мужик. На которого, вон, и пули не действуют. Ни в каком смысле.
— Понял. В России, значит, баб нормальных нет. А дома ты пробыл всего пару часов. Не успел пар выплеснуть. Но, блядь. Чтобы сразу после бойни о трахе думать.
Я бы и не думал.
Но Алонсо в корне неправ.
Есть. Есть бабы в России. Такие, от которых башню рвет. Хуже наркоты. Даже самой поганой. Которая в баранов безмозглых превращает.
Ну точно ведьма.
Надо родословную Грека получше изучить. Хрен знает, кто там у них в роду мог затесаться. Потому что эта тяга к девчонке прям за гранью. Я даже на хрен забыл, зачем она мне нужна. А я никогда. Ни о чем. Не забываю.
И еще в жизни ни разу не разжалобился и не отступил ни от одного своего плана.
— Сколько наших мы потеряли, Алонсо?
Он прав. Совсем, на хрен, не время, о девке думать. Вопросов посерьезнее выше головы.
— Десяток. Но они полегли там все. Ни один не ушел. Скажу тебе, Ал. Никогда у меня руки не тряслись. Ты меня знаешь. Но, блядь, когда ты их уложил. Мне казалось, что я свихнулся и попал в кино про какого-нибудь Рэмбо. Никогда не видел такого. Тебя пуля прошивает, а ты прешь вперед и палишь. И, блядь, ни разу же не промахнулся. Еще и несколько шей по дороге свернул. И успел меня вытащить. За секунду до взрыва. За, блядь, долбанную секунду! Я до сих пор не могу поверить. Что не взорвался там к чертям со всем складом. До сих пор.
Да. Чутье и на этот раз меня не подвело.
Пока на вилле был, наши люди все осмотрели. Каждую, на хрен, щель.
Не должно было быть взрывчатки. Все было чисто.
Но сила какая-то дикая будто сама вышвырнула меня наружу, по дороге прихватив и Алонсо. Та самая, благодаря которой меня не расстреляли на хрен в порту, где мы должны были остановиться.
— Но все равно, Ал. Ты неправ.
Примирительно поднимает руки, услышав, как начинаю рычать.
Я. Не бываю. Неправ.
Я должен это кому-то объяснять?
— Неправ, что рвешься в самое пекло, — да, у Алонсо есть некоторый иммунитет.
Мало кто мог бы сказать мне такое и оказаться способным после этого говорить снова. Хотя бы потому, что остался бы без зубов. Это как минимум. И даже повязка на моем животе на свеженаложенных швах тут не играет никакой роли.
— Дон управляет людьми. Приказы отдает. План составляет. И ты с этим справляешься так, что тебя скоро все начнут называть дьяволом. Предугадываешь то, чего рассчитать невозможно. Но ты не должен идти в самое пекло. Да еще и впереди. Нет, Ал. Ты как полководец. Должен наблюдать и руководить.
— Ты только трусом меня не делай, Алонсо, ладно? Я по-твоему что? Должен в стороне отсиживаться? Нет. Если я шлю своих людей под пули, то должен идти впереди них. Другого я не потерплю. Только так. Потому что это — мои люди. И я за них отвечаю.
— За это тебя и боготворят, Ал. Да. За это. Но Канво Морильо, передавший тебе власть, который умер от такой же пули, истекая кровью на твоих руках, должен стать для тебя хорошим примером, Ал. Дон не должен лезть в перестрелку. Он должен беречь себя для своих людей, а не терять ради них жизнь.
— Прекрати этот разговор.
Поднимаю руку, призывая Алонсо замолчать.
— Он не имеет смысла. Я сам решаю, как и что я должен делать. Особенно, когда речь идет о жизнях тех, за кого я отвечаю.
— Как скажешь, дон, — Алонсо покаянно опускает голову.
Глава41
Да. Он мой помощник. Правая рука. Тот на кого я полагаюсь безоговорочно. Кому без задних мыслей подставлю спину. И плечо — без раздумий.
Но перечить мне — даже для него слишком.
— Мы так и не нашли крысу, Алонсо. Давай говорить и думать и важном. Ведь это не кто-то случайный зарвался и решил захватить власть, пока меня не было. Нет. По всему, это работал целый клан. Семья. Все слишком грамотно и четко спланировано. И они явно знали намного больше, чем могли. Значит, крыса близко. В наших рядах. Кто-то шпионит и сливает информацию.
— И, как мне ни жаль, я не догадываюсь, кто. Все те, на кого могло пасть хоть малейшее подозрение, оказались чисты, Ал.
— Кто знает, что я выжил?
— Этого почти никто не видел. Ты вывел всех людей перед тем, как произошел взрыв. Внутри оставались только мы. А я никому не сообщал.
— Хорошо, Алонсо. Пусть так и будет. Я пока скроюсь. А ты заявишь, что я уехал по другим делам. Что временно берешь на себя управление. Посмотрим, какие еще наши схемы окажутся под ударом. И кто первым заговорит о том, что нужно назначить переемника. Мне почему-то кажется, что этот кто-то очень близко. Возможно, один из управляющих группами. И надо выяснить, что за семья решила откусить наш
