двигатель, он спокойно поехал к трассе, явно не предполагая, что сейчас за ним может кто-то следить. Выждав минут пять, следом двинулся и Гуров.
Часы показывали без четверти девять, и Гуров решил, что Вова направляется в ту самую «контору», о которой в последнее время Лев так много слышал, но которую пока не довелось увидеть воочию.
В процессе ожидания он успел позвонить Орлову и объяснить ситуацию, так что теперь с чистой совестью мог тратить время на «неофициальное» расследование. Ввиду того, что дело о пропаже Константина Соловьева выглядело чем дальше, тем серьезнее, генерал дал добро на оперативные действия и даже пообещал, в случае необходимости, свою помощь.
– Если там и правда что-то стоящее, откроем дело, – заверил он. – Не беда, что нет официальных заявлений. Ты, главное, материал собери. Если фактов будет достаточно, открыть дело не проблема. Может, они действительно прикончили этого парня. Тогда это уже чистая уголовка, так что специальные заявления здесь не обязательны.
Заручившись напутствием начальства, Гуров бодро ехал по трассе, стараясь не терять из виду черную «Киа». Он с улыбкой думал о том, что достаточно активен сейчас для человека, лежащего с сердечным приступом в реанимации, когда зазвонил телефон и на экране высветился номер Элеоноры. Теперь полковник уже знал, что это означает. Тайные друзья гламурной дамочки и истинные заказчики расследования желали проверить информацию, которую передали им «пастухи», и убедиться, что Гуров действительно в больнице.
Слушая переливы сотового, он намеренно тянул время, заставляя Элеонору ждать, пока наконец не решил, что хватит испытывать терпение дамы.
– Алло, – взяв трубку, слабым голосом произнес Лев.
– О! Наконец-то! – послышался суетливый голос. – Лев Иванович! Здравствуйте! Я, наверное, уже надоела вам. Но я так волнуюсь. Вы так долго не брали трубку. Наверное, были заняты?
– Нет, Элеонора, сейчас я ничем не занят, – голосом умирающего проговорил Гуров. – Я в больнице.
– В больнице?! Боже мой! А что случилось? – Элеонора очень старательно изображала взволнованное беспокойство и, возможно, поэтому заметно переигрывала.
– Ничего особенного. Сердечный приступ. Это вполне естественно в моем возрасте.
– Сердечный приступ?! Боже мой! Какой ужас! Но, надеюсь, самое страшное уже миновало? Вам уже лучше?
– Да, немного. Сегодня утром перевели из реанимации в палату. Вот даже разрешили пользоваться телефоном. Хотя тут, признаюсь по секрету, я слегка надавил на главврача, используя служебное положение. Очень уж скучно валяться здесь без всякой связи с окружающим миром. Ведь в нем столько прекрасного.
– Да, лежать в больнице – занятие невеселое, – сочувственно проговорила она. – Что ж, получается, что поиски Кости теперь останавливаются?
– Надеюсь, что ненадолго. Я не собираюсь залеживаться здесь. Немного оклемаюсь – и снова в строй. Это молодежь сейчас у нас разнеженная, а мы, старики, на больничных койках подолгу валяться не привыкли.
– Ну, какой же вы старик! – польстила Элеонора. – Вы очень моложавый, привлекательный мужчина. В самом соку, можно сказать. Уверена, вы быстро поправитесь. По крайней мере, я очень этого вам желаю и буду с нетерпением ждать вашей выписки.
«Еще бы! – саркастически подумал Лев. – Ведь твои кукловоды кровно в этом заинтересованы». А вслух произнес:
– Спасибо, Элеонора, вы очень добры ко мне.
– Ну что вы! Любой на моем месте поступил бы так же. Что ж, не буду больше вам надоедать. Выздоравливайте. Я еще позвоню через пару дней, проведаю вас. Не возражаете?
– Конечно, нет. Звоните. Рад буду пообщаться.
Тем временем «Киа» активно маневрировала в пределах МКАД, и вскоре Гуров понял, что Вова направляется в Басманный район. Проехав несколько улиц, он свернул на стоянку для покупателей возле одного из супермаркетов на Земляном валу. Припарковав машину, Вова поставил ее на сигнализацию и дальше пошел пешком.
Это было только на руку полковнику. Если машину его еще могли узнать, то обновленную внешность – никогда. Он тоже пристроил свою машину на стоянку и отправился следом за Вовой.
Пройдя около квартала, тот свернул к старинному зданию, переделанному под офис, и скрылся внутри. Гуров в здание заходить не стал. Рассеянно оглядываясь по сторонам, он медленно прошел мимо. Скорости как раз хватило для того, чтобы изучить замысловатое содержание вывески.
Она гласила: «РАССВЕТ, международная некоммерческая организация по обеспечению сотрудничества в области высшего гуманитарного и технического образования».
На мыслительный процесс Льва прочитанная фраза подействовала как катализатор действует на вещество в ходе химической реакции. «Международная», «сотрудничество», «высшее образование» – эти слова перекликались с информацией, собранной раньше, и выстраивали отрывочные сведения в четкую и логичную схему.
«Сотрудничество в области высшего образования, – напряженно размышлял Гуров. – То есть, другими словами, этот „Рассвет“ плотно контактирует с вузами. Отсюда – МТУСИ и выход на Костю. С другой стороны, организация заявлена как международная. А тот же МТУСИ, если верить господину Борисову, имеет весьма широкие международные связи, активно сотрудничает с различными образовательными объединениями и участвует во многих международных программах поддержки одаренных студентов. Тот же Соловьев учится по гранту. А гранты, как известно, кому попало не выделяют. Даже „гениям“. Не в этом ли особнячке кроется причина такой удачи для никому не известного парня из коммуналки? Но чтобы продвигать Соловьева на научном поприще, нужны очень веские основания. Международные некоммерческие организации не тратят свои деньги просто так. Чем же заинтересовал их Костя?»
Ответ был очевиден. «Компьютерный гений», «хакер» и взломщик «секретных файлов ЦРУ» мог привлечь внимание международной некоммерческой организации только в одном случае – если она планировала использовать его способности в собственных коммерческих целях.
«Чем занимаются подобные „некоммерческие организации“ на территории нашей страны, давно уже ни для кого не секрет, – продолжал размышлять Лев. – Всевозможные мудрые консультанты и специалисты по сотрудничеству в разных областях, по сути, являются „засланцами“ „дружественных“ стран, основная задача которых – сеять смуту и на пустом месте создавать источники беспокойства. Это не считая тех, кто под вывеской „сотрудничества“ просто-напросто шпионит. И вот с такими-то дядями связался зеленый пацан без роду, без племени, черпающий жизненный опыт из скандалов с отцом и приводов в полицию. Понятно, что они вертели им, как хотели. Впервые в жизни мальчик
