Гарри внезапно вспомнил, что Аннабел якобы оставила его с пятью племянниками и племянницами на руках.
– У меня несколько сестер, леди Фарнем, – сказал он истинную правду.
– Большое семейство, должно быть, оказывает большую помощь семье вашей покойной сестры, – заметила Корнелия с живейшим участием.
– Да, – согласился Гарри без особого энтузиазма. Его ложь во благо, которая разрасталась все больше и больше, заставила его почувствовать неловкость. – Какая прелестная шкатулка, – проговорил он, неспешно приближаясь к круглому столику. Он провел пальцем по перламутровой инкрустации. – Французская?
– Нет, итальянская, – отозвалась Корнелия. – Она принадлежала моей матери.
– Вы позволите? – Он, не дожидаясь позволения, открыл крышку. Наперсток лежал в предназначенном для него отделении рядом с мотками разноцветных шелковых ниток. Гарри мог в момент спрятать его в ладони – и дело было бы сделано. Но Корнелия приблизилась сзади и встала у него за спиной, заглядывая через плечо.
Она потянулась и взяла шкатулку в руки.
– Мне нравится роспись на внутренней стороне крышки. Какие изысканные оттенки, не правда ли?
– Восхитительные, – кивнул Гарри. Выходило, что взять наперсток сейчас он не мог, но он по крайней мере убедился, что он здесь, а это большой шаг вперед.
Корнелия закрыла шкатулку и вернула ее на стол.
Вскоре после этого Гарри откланялся. Шпиков, пасших Дагенема, вблизи дома не было видно. Но Гарри знал, что они где-то рядом, ожидают, когда выйдет объект. Любопытно, потеряют ли они к Дагенему интерес, когда наперсток благополучно вернется в руки англичан? Или у них с молодым человеком связаны далеко идущие планы? Действовать следовало без промедления. Особенно потому, что слишком реальной стала угроза для Найджела Дагенема.
Как только Гарри подошел к дому, дождь начался снова.
– Скверная погода, милорд, – заметил Гектор, принимая плащ виконта. – Нынче вечером изволите ехать в экипаже?
– А что, я разве вечером куда-нибудь еду, Гектор? – удивился Гарри.
– У вас, как я помню, ужин с ее светлостью, сэр. – Гектор разгладил поля касторовой шляпы.
– О Боже, совсем забыл. – Гарри с досадой поморщился. Упомянутая дама приходилась ему двоюродной бабкой, которая решила наведаться в город, что случалось крайне редко. Она была гранд-дама старой школы и никогда не позволяла родственникам забывать об этом. Когда герцогиня Грейсчерч призывала к себе, ослушаться ее воли безнаказанно было нельзя, и если Гарри не делал попыток уклониться от неожиданных нападок, вечер бывал убийственно скучным. Но когда разразился скандал, старуха, как и все семейство, стояла за него горой, а посему Гарри чувствовал своим долгом присутствовать на ее ужинах, несмотря на жалкий стол и пустые разговоры.
– Да, пожалуй, в экипаже, – ответил Гарри, устремляясь вперед к лестнице. – В котором часу мне нужно там быть?
– В приглашении ее светлости означено шесть часов пополудни, милорд.
Гарри кивнул. Столь ранний час для ужина в соответствии со старыми обычаями его не удивил. Бабка не изменяла своим привычкам, рожденным нравами двадцатилетней давности. Но это и к лучшему – по крайней мере мучительный вечер скорее кончится.
– Лестер здесь?
– Пришел с полчаса назад, сэр.
– Попроси его зайти ко мне в кабинет. – Гарри начал подниматься по лестнице.
– Я велю подать экипаж к половине шестого, милорд, – сказал Гектор в спину удаляющемуся хозяину.
Гарри поднял руку в знак благодарности и продолжил путь в свою святая святых в мансардном этаже, где в камине весело потрескивал огонь, а зажженные лампы не давали мраку, царившему за окнами, проникнуть внутрь. На письменном столе лежало письмо со знакомой печатью. Из графина, стоявшего на столе сбоку от него, Гарри налил себе в бокал вина и, повернувшись спиной к огню, сломал ногтем печать. Начав читать послание, он нахмурился.
Его лицо продолжало оставаться озабоченным, когда громкий стук в дверь возвестил о приходе Лестера.
– Вы посылали за мной, милорд?
– Да, входи. Вина? – Гарри жестом указал на графин.
– Нет, премного благодарен, милорд. Пинта эля – вот мой напиток, – ответил Лестер. Он заметил недовольное лицо Гарри. – Что-то стряслось, сэр?
– Мне нужно, чтобы ты уже нынче до вечера отправился в Портсмут, – сказал Гарри, постукивая письмом по ладони. – Хотя это как нельзя более некстати, ибо я нашел наперсток.
Лестер тихо присвистнул.
– Так он у вас, сэр?
Гарри отрицательно покачал головой:
– Нет, пока нет, но я его видел. Он, как я и подозревал, в рабочей шкатулке леди Дагенем.
– Ну, значит, он в надежном месте.
– Да, но все же не в таком надежном, как если б он был у меня, – мрачно проговорил Гарри. – И был бы благополучно уничтожен, – прибавил он. – Времени в обрез, Лестер. – Он, можно считать, у всех на виду.
Лестер понимающе кивнул.
– А мне обязательно надо ехать в Портсмут? – проговорил он. – Разве не может поездка подождать день-два?
Гарри отрицательно покачал головой:
– Нет, это приказ министерства. С рассветным приливом в Портсмуте ожидается рыболовное судно из Гавра. На нем прибудет послание от одного из наших людей в Руане. Письмо требуется немедленно расшифровать.
– А что же наш человек в Портсмуте? Разве он не может встретить судно и привезти письмо?
Гарри вздохнул.
– Он сломал лодыжку, неудачно спрыгнув с судна на причал. Он не в состоянии ехать верхом.
– А! – Лестер кивнул. – Тогда нужно поторапливаться, сэр. До места около сотни миль. Вернусь завтра вечером. Тогда смогу достать наперсток.
– Я не готов ждать так долго. Дорога каждая минута. – Гарри рассеянно отпил из бокала. – Я возьму его сам, сегодня же вечером, и, чтобы его пропажа осталась незамеченной, заменю его другим. Не хочу, чтобы в доме поднялся переполох. – Он сдвинул брови, перебирая длинными пальцами ножку бокала. – Ты, случайно, не знаешь, где леди Дагенем хранит свою шкатулку с шитьем?
– Что до этого, сэр, то нынче утром, когда я приходил чинить разболтавшуюся дверцу буфета, шкатулки в гостиной не было. Думаю, она на ночь забирает ее к себе в спальню.
Гарри устремил взгляд на огонь. Его лицо просветлело, а на губах заиграла веселая улыбка.
– В этом определенно есть смысл, – тихо проговорил он. – Ты знаешь, где расположена спальня ее светлости?
– О да, сэр. Это большая комната в конце этажа, прямо над библиотекой.
– В конце… – Гарри медленно отвернулся. – Значит, в отдалении от остальных?
Лестер кивнул:
– Похоже на то. Окна комнаты выходят в небольшой сад, обнесенный стеной, но это все ерунда.
