тут же покинули обеденный зал.
— Итак, — герцогиня откинулась на спинку кресла и приготовилась слушать.
Секретарь, прекрасно знакомый с нравом и привычками своей госпожи, начал лаконично докладывать:
— Увы, но на данный момент лейтенант Тьеро не владеет достоверной информацией касаемо нападений отрядов маркграфа де Валье на простых путников.
Заметив острый взгляд герцогини, секретарь кашлянул и поправился:
— Вернее, нападений отрядов разбойников, действующих от честного имени его сиятельства маркграфа де Валье…
— Рубэн, не разочаровывай меня, — пригрозила пальчиком герцогиня. — И дураку понятно, что имя моего племянника пытаются очернить его враги. Надеюсь, ты не дурак?
— Виноват, ваша светлость, — на щеках секретаря появился румянец. — Неправильно выразился.
— Смотри мне, — сощурила глаза герцогиня. — Надеюсь, тебе удалось раздобыть что-то важное, и я не просто так трачу на тебя время?
— Как я уже сказал, из Бергонии приходят довольно противоречивые сведения, — быстро заговорил секретарь. — Что там происходит, нам пока доподлинно не известно, а вот происшествие, которое случилось неделю назад здесь, в столице, думаю, заслуживает вашего внимания.
— Здесь, в Эрувиле? — нахмурилась герцогиня. — Насколько мне известно, за последнюю неделю ничего такого не произошло.
— В высших кругах об этом происшествии пока ничего не известно, — кивнул секретарь. — Но лейтенант Тьеро уверил меня, что это дело довольно стремительно набирает обороты и весьма скоро слухи просочатся наверх. Иначе, зачем сам прево Эрувиля взял эту ситуацию под свой личный контроль?
— Так-так, — поерзала на кресле герцогиня, устраиваясь поудобнее. — И что же там такого произошло, если даже сам прево, этот придворный шаркун, в кои-то веки начал выполнять свои прямые обязанности? Его ведь за уши не оттянешь от балов и приемов.
— Примерно неделю назад на главной площади произошел один скандал, — начал рассказывать секретарь. — На самом деле, подобных конфликтов среди горожан случается по несколько сотен за сутки, но именно этот инцидент имел неожиданное продолжение.
Герцогиня выглядела слегка озадаченной.
— Касаемо моего племянника? На главной площади?
— Да, ваша светлость, — кивнул секретарь. — Конфликт произошел между неизвестным мужчиной, который во всеуслышание утверждал, будто он, его семья и члены его каравана стали жертвами нападения одного из отрядов вашего племянника, и двумя молодыми людьми — девушкой и мальчишкой, которые, по их словам, состоят в труппе некоего мэтра Бризо.
— Циркачи? — почему-то уточнила герцогиня.
— Почти, — произнес секретарь. — Комедианты. Зачинщиками конфликта стали именно они. Лейтенант Тьеро предоставил мне записи опросов очевидцев, в которых говорится, что первым в спор с тем мужчиной вступила девушка. Она назвала его лжецом и мошенником. Также она громко утверждала, что его сиятельство маркграф де Валье — истинный дворянин, и что только благодаря ему север Бергонии является на данный момент самым безопасным местом в стране.
— Какая умная девочка, — улыбнувшись, кивнула герцогиня. — Вот с кого тебе стоит брать пример, Рубэн. Продолжай.
Секретарь угодливо улыбнулся и повиновался:
— Согласно записям лейтенанта, между тем мужчиной и девушкой началась перепалка. Он предъявил толпе свежие раны и сказал, что у него есть свидетели преступлений людей маркграфа. Но потом в спор вступил мальчишка и начал заваливать клеветника вопросами, на которые тот не смог ответить. Тем самым мальчишка окончательно завоевал симпатии толпы, а лжецу пришлось спешно ретироваться с площади. Очевидцы утверждали, что в след бегущему летели не только злые шутки и проклятья, но и гнилые овощи, камни и грязь.
— Вот видишь, Рубэн, — довольно улыбаясь, произнесла герцогиня дю Белле. — Люди любят моего племянника.
Секретарь кивнул и продолжил:
— Окончательно толпа пришла в восторг, когда мальчишка и девушка начали играть на своих инструментах и петь шутливые куплеты. Сперва это была всем уже знакомая баллада о мече-бастарде. Затем — гондервильский гимн, и в конце комедиантами была исполнена новая песня, слова и незамысловатая мелодия которой за неделю разлетелись по всей столице. Теперь ее поют в каждой таверне и харчевне. Как утверждает лейтенант Тьеро, именно эта песня и стала причиной беспокойства властей города.
— Вот как? — брови герцогини взлетели вверх. — И о чем же эта песня?
— О том, что в то время, пока Лис находится на охоте на краю света, подлая Крыса, покрасив свой хвост в оранжевый цвет, стала убивать других слабых зверей. Но очень скоро Лис вернется и оторвет Крысе ее крашенный хвост. Тогда все звери поймут, кто истинный виновник всех смертей.
— Браво! — захлопала в ладоши довольная герцогиня. — Найди этих комедиантов и пригласи в мой дом. Я хочу, чтобы они выступили на моем следующем приеме. Мне уже не терпится увидеть кислые рожи некоторых моих гостей.
— Увы, но это невозможно, — покачал головой секретарь.
— В чем дело? — нахмурилась герцогиня, и улыбка начала сползать с ее лица.
— По имеющейся у лейтенанта Тьеро информации, труппа мэтра Бризо исчезла. Они словно сквозь землю провалились.
— Что произошло?
— Вечером того же дня в доходный дом, где остановилась труппа, заявились головорезы с городского дна. По проверенным данным, они должны были проучить комедиантов.
— О, Пресветлая! — всплеснула руками герцогиня. — Теперь ты понимаешь, что все эти грязные россказни о моем Максимилиане — это чья-то хорошо продуманная провокация⁈
— Да, ваша светлость, — склонил голову секретарь.
— И что же стало с этими бедными людьми? — нахмурилась герцогиня дю Белле. — Они мертвы? Бандиты убили их?
— Вот тут и начинаются странности, — смущенно произнес секретарь.
— Какие странности?
— Дело в том, что заявившиеся в доходный дом бандиты не только не смогли навредить комедиантам, так еще и сами серьезно пострадали. Лейтенант Тьеро сообщил мне, что артисты их изрядно отделали.
— Браво! — глаза герцогини весело засияли. — Теперь я еще сильнее хочу, чтобы они выступили у меня на приеме! Хм… Надо же… Отделать столичных головорезов!
Секретарь задумчиво покачал головой.
— Правда, один из свидетелей той драки, хозяин доходного дома, утверждал, что семерых бандитов избил всего один человек. Отец того мальчишки, что пел на площади.
— Вот как? — удивилась герцогиня. — Врет, наверняка.
— Вы правы, ваша светлость, — кивнул секретарь. — Никто хозяину доходного дома не поверил. Говорят, что у него после пожара случилось помешательство.
— Пожара?
— Да, — сказал Рубэн. — Его доходный дом сгорел. И хозяин обвиняет в
