но усилием воли взяла себя в руки. Достаточно было и того, что она уже призналась старому графу де Ронди. Хотя сейчас она очень жалела об этом. Справедливости ради, нужно было отметить, что старик подловил ее в неподходящий момент, когда Верена находилась в подавленном состоянии. В тот миг, после разговора со старым другом ее бабушки, девушке стало легче на душе…
Не дождавшись ответа, герцогиня продолжила:
— Ты спросила, на ком должен жениться мой племянник? Изволь, я тебе отвечу. На той, которая сделает его сильнее. Особенно в нынешние времена, когда враги Макса делают все, чтобы ослабить его позиции при дворе. Женитьба на девушке из могущественного и богатого рода укрепит его положение. Ее семья приведет к нему союзников, которые поддержат его в сложный момент. А что можешь дать ты?
Слова ее светлости, словно неподъемные валуны падали на Верену, хороня под собой все ее желания, мечты и надежды.
Беглая принцесса. Безземельная герцогиня. Последняя из павшей династии. А что, действительно, может дать она Максу? Станет ли он сильнее, если возьмет такую, как она, в жены?
Верена прекрасно понимала, что вряд ли. Напротив, став женой маркграфа де Валье, она подпишет ему смертный приговор. Такой враг, как Оттон Второй, ни перед чем не остановится, пока не уничтожит их обоих.
Верена тяжело вздохнула и, склонив голову, произнесла:
— Вы правы, ваша светлость. Мой кузен заслуживает большего.
Эрувиль. Где-то в одном из кварталов старой столицы…
— Ты опоздала, — произнес властный хриплый голос из темноты.
— Я делаю все, что в моих силах, хозяин, — ему ответил полный покорности мурлыкающий голос.
— Сперва доклад, потом награда, — ответил тот, кого назвали хозяином. — Тебе что-нибудь удалось разнюхать?
— Очень мало, мой господин. Все странно и запутанно. Одно ясно точно: ликвидация барона де Рогана и его людей вряд ли дело рук капитана Отчаянных. Чутье мне подсказывает, что те трупы на хуторе и убийства в Брезмоне как-то взаимосвязаны.
— Кто-то из его одаренных? — спросил хриплый голос.
— Наверняка, но убийцы действовали без использования магии.
— Уверена?
— Да, — последовал короткий ответ.
— Кстати, о капитане Отчаянных… Он смог пересечь границу?
— Да, мой господин, — ответил мурлыкающий голос. — Но я прибыла слишком поздно, чтобы перехватить его.
— В этом нет твоей вины, — прохрипели в ответ. — Как дела обстоят в столице? Ты выяснила, что на уме у герцога де Бофремона?
— Да, мой господин, — мурлыкающий голос стал тише.
— Я чую сомнение в твоем голосе. Говори.
— Оказывается, что с того момента как Ренар вернулся из Винтервальда, все это время он прятал в Лисьей норе последнюю оставшуюся в живых дочь Конрада Пятого.
Повисло напряженное молчание, но спустя несколько мгновений хриплый голос нарушил тишину. Тон говорившего был обманчиво спокойным и ровным.
— Вот значит как… Наш пострел — везде поспел. Выходит, у бастарда и здесь свои интересы. Ему мало игр в Бергонии, он решил попробовать себя в высокой политике. Почему я узнаю об этом только сейчас?
— Вы же знаете, замок Лиса для меня неприступен. Он призвал сильного стража, а еще дом под защитой сильной первородной. Я не…
— Насколько все вышло из-под контроля?
— Боюсь, у меня плохие новости, — тихо прошипели из темноты. — Король Астландии уже обо всем знает.
В тягостном молчании было лишь слышно тяжелое дыхание господина.
— Как он узнал? — ледяным тоном, наконец, спросил он.
— Первым о принцессе случайно узнал граф де Грамон. Он и рассказал обо всем герцогу де Бофремону. А уже тот все выложил астландским послам.
— Значит, Оттон знает, но до сих пор молчит, — задумчиво произнес хриплый. — Видимо, ждет удобного случая, чтобы нанести удар. Что же, нам нужно подготовиться.
— Мой господин, — умоляюще промурлыкали из темноты. — Мой источник почти пуст.
— Ты разочаровала меня, — произнес хриплый голос. — Но на твое счастье, у меня для тебя много поручений, которые ты не сможешь выполнить без энергии. Это не значит, что я обо всем забуду. Очень скоро мы вернемся к вопросу о твоем наказании.
— Да, мой господин, — покорно ответили из темноты. — Что я должна сделать?
— Твоя первоочередная задача — не спускать глаз с астландской принцессы.
Глава 15
Эрувиль. Королевский дворец.
— Ваше величество, — Хельга склонилась в поклоне на вестонский манер перед Карлом III, которого прозвали в народе Победителем.
Король самого большого государства на материке расслабленно сидел на своем троне и, слегка прищурившись, разглядывал северянку.
Под изучающим взглядом этого человека Хельга невольно напряглась. Она прекрасно знала, что Карл — не одаренный, но это не отменяло того факта, что король-победитель являлся одним из самых опасных и могущественных людей в Мэйнленде.
Кроме того, напряжения добавляло присутствие в тронном зале нескольких десятков боевых магов из личной гвардии его величества. Так называемых Теней короля.
Глава этого знаменитого подразделения, Марсель де Габен, стоял в нескольких шагах от трона. Его ледяной взгляд давал понять северянке, что любое лишнее движение с ее стороны станет сигналом к атаке. В том, что она проиграет этот бой, Хельга даже не сомневалась. Кстати, вездесущего шута сейчас рядом с королем не было. Видать, уродец плетет свои интриги в другом месте.
— Добрый день, мадмуазель, — властно, но доброжелательно произнес король. — Рад, наконец, познакомиться со знаменитой воительницей севера Хельгой Отважной. Слава о вашей доблести и ваших ратных подвигах достигла и моего королевства.
Правая бровь Хельги слегка дрогнула. Тон вестонского правителя ее удивил. Он явно был честен с ней. Девушка подняла голову и встретилась взглядом с королем. Карл смотрел прямо, и в его глазах не было и тени насмешки.
— Благодарю вас, ваше величество, — снова склонилась она в поклоне. — Похвала особенно приятна, когда она звучит из уст государя, которого еще в совсем юном возрасте прозвали Победителем.
Хельга снова подняла голову и увидела открытую улыбку короля. Несмотря на то, что она, в отличие от вестонских придворных, говорила короткими и рубленными фразами, Карлу Третьему явно пришлись по душе ее слова.
Неожиданно Хельга осознала, что такой правитель легко завоевал бы души ее соплеменников. Сидя на своем троне, богато украшенном драгоценными камнями и золотой резьбой, Карл был очень похож на матерого тигра, всегда готового к атаке.
