что, щербатого, который предпочел наблюдать за схваткой со стороны.
Как и ожидалось, провокация удалась: пятеро подельников волосатого, жаждущие немедленного отмщения, бросились именно на меня. Никто их действия не координировал. Отчего атака получилась хоть и грозной, но абсолютно бестолковой.
У кого-то из них наверняка имелся богатый опыт в уличных потасовках, но сейчас гнев застил их глаза. Они видели перед собой невзрачного паренька, которому совершенно случайно удалось свалить с ног их авторитетного товарища. Единственное желание, которое читалось на перекошенных яростью лицах, летевших на меня бандитов, схватить и растерзать мелкого поганца.
Первым на меня налетел рыжий крепыш с ассиметрично торчащим в сторону правым ухом. Замахнувшись дубинкой, он, в отличие от волосатого, решил ударить меня снизу вверх, метя в челюсть.
Я скользящим шагом сместился влево и, не давая противнику времени на завершение атаки, нанес прямой удар в висок. Вложил ровно столько силы, чтобы вырубить его, но не убить. Надо обойтись без смертей. Не хватало еще, чтобы к поискам труппы Бризо подключилась и столичная стража.
Резкий щелчок — и рыжий осел на землю, будто кто-то выдернул из него стержень.
Следом из-за его спины выскочил широкоплечий бритоголовый. Его короткая дубинка уже была на полпути к моему правому виску. Нырнув под удар, я подсек его ногу. Бритоголовый, потеряв равновесие, припал на колено. Мгновение — и мой локоть впечатался в его затылок. Мужик выронил дубинку и повалился мордой в землю.
Третий нападавший, смуглый коротышка с порванной ноздрёй, подскочил ко мне сбоку и, расставив руки, бросился мне в ноги. В его подвижных глазах читались опыт и злость. Прежде, чем его клешни сомкнулись на моих ногах, его физиономия встретилась с моим коленом. Послышался хруст, и коротышка растянулся в пыли, при этом его тело начали бить судороги.
Последние двое бросились на меня с двух сторон. Один — тощий верзила с раздутой веной на лбу, второй — коренастый бугай со шрамом через все предплечье.
Тощего я вырубил ударом в висок, а коренастому со шрамом, который попытался всадить мне нож под ребра, я, направив небольшой сгусток силы в ладонь, сломал ключицу. Он как-то по-женски взвизгнул и лишился чувств.
Демонстративно отряхнув ладони, я огляделся. Вокруг меня без движения лежало шесть тел. За спиной послышался нервный смешок Жана и облегченный выдох Пьера.
Оставался последний «гость» — щербатый. Он так и стоял чуть в стороне, сжимая дубинку обеими руками, но теперь без всякой насмешки. Черты лица у него заострились, а широко раскрытые глаза бегали от одного поверженного к другому.
— Ну что, — насмешливо произнес я, медленно приближаясь к нему. — Как тебе спектакль? У нас в театральной среде такая форма выступления называется импровизацией. Надеюсь, твоим друзьям понравилось.
Щербатый на мгновение задержал дыхание, потом медленно разжал пальцы и со стуком уронил дубинку на землю.
— Э-э-э… — заикаясь, начал он, враз растеряв свое красноречие и бахвальство.
Но я, приблизившись к щербатому на расстояние вытянутой руки, поднес указательный палец к своим губам и произнес:
— Ты сейчас помолчи немного и внимательно послушай, ладно?
Он судорожно закивал.
— Молодец, — похвалил я его и продолжил: — Если ответишь честно на несколько моих вопросов, останешься цел. Договорились?
Он снова кивнул и, громко сглотнув, мельком взглянул на своих подельников.
Я, проследив за его взглядом, произнес:
— Живы они, не беспокойся. Я очень аккуратно все сделал. Правда, кое-кому на лекарей придется потратиться, но тут уж иначе никак.
Кивнув в сторону последнего своего противника, я сказал:
— Вон тому балбесу со шрамом пришлось ключицу сломать, но он сам виноват. Нечего было за нож хвататься. Ты же сам видел…
— Да-да… — заикаясь прошептал Оскол.
— Во-о-т, — я хлопнул щербатого по плечу, отчего он весь скукожился. — Так главному своему и передай. А под кем ты, кстати, ходишь?
— Под Бароном, — дрожащим голосом ответил щербатый.
— Ишь ты! — уважительно произнес я. — Аристократ что ли?
— Нет, — покачал головой он.
— Понимаю, — кивнул я. — Тогда продолжим.
Следующий час, пока Жан и Пьер сноровисто связывали наших гостей и перетаскивали их в конюшню, а остальные члены семейства Бризо собирали свои пожитки, Оскол торопливо отвечал на все мои вопросы.
Как и ожидалось, знал он немного. Проучить излишне говорливых скоморохов приказал его босс, местный уголовный авторитет по кличке Барон. Зачем это уже понадобилось боссу, щербатому никто не объяснял. Хотя я отлично знал, откуда уши растут. В общем, придется в будущем навестить этого «аристократа».
— Ну вот, — улыбнулся я и снова положил ладонь на плечо щербатого. — А ты боялся. Слушай, друг, окажешь мне услугу?
— Конечно, — Оскола мой приветливый тон, похоже, не обманул. Его тело била легкая дрожь.
— Передай своему Барону, чтобы не искал нас, хорошо? — продолжая приветливо улыбаться, произнес я. — Ну, повздорили… С кем не бывает? Так мы сегодня же уедем из города и больше он о нас не услышит. А его нанимателям путь передаст, что, мол, вопрос решен. Воспитательную беседу вы с нами провели. Мы очень испугались, все поняли и будем держать язык за зубами. Ну, так как? Передашь?
— К-конечно! — стуча зубами заверил меня Оскол.
— Вот и отлично! — широко улыбнулся я. — Хороший ты парень. Понятливый. Эх… Все бы такими были.
Хлопнув Оскола по плечу, я дождался, когда он опустит взгляд на мою руку. Именно в этот момент я и нанес короткий энергетический удар в болевую точку на его шее. Голова щербатого безвольно повисла, и он сполз по стене на землю.
Мимо меня молча прошли Жан и Пьер с веревками в руках. Здоровяк остановился и молча похлопал меня своей лапищей по плечу. В его глазах я прочитал благодарность.
Я незаметно ему кивнул, указывая в сторону окон хозяина доходного дома и, слегка повысив голос, произнес:
— Через час мы должны покинуть город.
— Снова придется раскошелиться, — подыгрывая мне, угрюмо пробасил Жан и склонился над щербатым.
Тем временем остальные члены семейства Бризо быстро грузили последние вещи, бросая настороженные взгляды в нашу сторону. Детвора уже была внутри фургонов. Их любопытные головы торчали из-за деревянных бортов.
Я видел, как Микаэла без перерыва что-то зло выговаривает Бриджитт, периодически указывая в нашу сторону. Видимо, объясняет дочери, что все произошедшее случилось по ее вине. От благородного запала девушки не осталось и следа. Бриджитт понуро таскала какие-то
