от того же понимания в регулярных войсках. В Драконьем гнезде все было относительно просто, я позволил им убивать всех вооруженных людей. Жалости к предательству стражи у меня не было.
Сейчас дело иное.
Я снова принимаю форму тумана. Удобно, когда можешь быстро оказаться внутри стен и открыть ворота. Правда, за то время, когда крутишь подъемный механизм, вполне можно получить по голове, но то абсолютно адекватная плата за возможность раньше времени не подставлять своих людей под стрелы и мечи.
Прежде, чем направиться к воротам, пролетаю над стенами и отмечаю, что человек пять доблестно несут караульную службу. И это несмотря на относительное спокойствие в Артании. Да, у нас было покушение на королеву, и вообще Великие Лорды ведут себя не как верные вассалы, а словно выжидающие шакалы, но до открытой резни, такой, чтобы по фортам и крепостям не смели сомкнуть глаз, пока не дошло. Пока — это очень важно.
Форму человека принимаю уже внутри стен, возле ворот. Здесь же светится огонек в караулке. Сразу иду туда.
— Как дела, служивые? - приветствую пару играющих в кости стражников.
Понимаю, с дороги видок у меня весьма потасканный, да еще и без короны и парчового плаща, как назло.
— Ты кто такой? – не очень гостеприимное в ответ.
— Так я это, приказ Его Величества выполняю, - пожимаю плечами. - Представляете, слухи поползли, что к вам всякое разное свозят. Ну, что вроде как в Драконье гнездо везти надобно. С окрестных крестьян подати, значит. А на самом деле те подати в гнезде в глаза не видят. Представляете? Не привозят их, значит, туда.
— А ты, как я посмотрю, шутник? - во весь рост поднимается здоровенный детина, рядом с которым кажусь сущим карликом. У него сильно деформировано лицо - большой нос, массивная челюсть, угловатые контуры лысого черепа. Я знаю, что это какая-то болезнь, которая заставляет тело человека расти сверх меры, но в то же время наделяет его недюжинной силой.
— Какие уж тут шутки? С меня Его Величество три шкуры спустит, ежели не вернусь с подробным отчетом.
— Ты верно грибов лихих обожрался? Иди, проспись, пока я тебе нос не откусил, - громила откровенно нависает надо мной. Кулаки у него размером с мою голову, не меньше. Да он стоя едва помещается в коморке.
— Эй, кто такие?! - раздается приглушенное камнем со стены.
— Сдается мне, - подает голос второй стражник - тощий, с болезненно-прозрачными глазами, - у нас тут крыса. А ну, Монти, прищеми ублюдку жопу.
Лицо здоровяка расползается щербатой улыбкой - и он неожиданно быстро для своего огромного роста хватает меня за горло. Вернее, пытается ухватить за горло, потому что хватает только воздух.
Несильно бью его в солнечное сплетение - только для порядка, чтобы к чертям вышибить из него воздух и осадить на пол. И тут же резким движением кулаком под самый нос щуплого. Но не чтобы отправить того в забытье. Мутноглазый замирает, а его рыбьи глаза увеличиваются чуть ли не вдвое, когда он видит королевский перстень на моей руке.
— Именем Его Величества, короля Артании приказываю открыть ворота и впустить в форт моих людей.
— Дд-д-ддда, Ваше Величество, - заикается стражник и чуть не на полусогнутых выскакивает из караулки.
Иду за ним.
— Открыть ворота! - горланит таким дурным голосом, что хочется заткнуть уши. - Король в стенах! Король в стенах!
Весь форт оживает так быстро, точно кто-то пнул муравейник. Люди высовываются в окна и двери, переспрашивают, что случилось и что за крики.
— Никого не выпускать, - оставляю наказ варварам, когда те вступают в форт. - Вы двое туда, ты туда, следить за стоком...
Выбраться из форта можно двумя путями - через ворота, само собой, и через сточную систему. Второй вариант исключительно грязный и вонючий, но, если припрет, кто-то вполне может попытаться им воспользоваться. А мне нужны все обитатели форта.
Глава двадцать первая: Анвиль
Глава двадцать первая: Анвиль
— Коменданта форта ко мне, - хватаю за грудки мутноглазого.
— Уже послали, ждем. Не извольте, Ваше Величество, беспокоиться, сейчас же будет.
— Помогите нерасторопному поскорее натянуть портки, - отправляю еще двоих своих бойцов. – Проводить их. Пусть поторопится. – И снова мутноглазому, - веди меня к складам.
— Но, Ваше Величе…
— У меня терпения осталось вот столько, - складываю большой и указательный пальцы так, что между ними едва виден просвет. – Как только оно закончится – начнутся телесные наказания. Очень болезненные, поверь. Как думаешь, с кого я начну?
Позволяю себе вольность подпустить в голос каменного скрежета. Мир перед глазами вздрагивает и окрашивается в алые тона – и именно это самое пламя сейчас в моих глазах видит и без того перепуганный стражник.
— Дд-ддда, - снова заикается он и чуть ли не бегом в сторону массивных дверей в каменной стене. – Ттт-ттоль-ккко, ккк-лллю-чччей ннне-тт, - выдавливает, не останавливаясь.
Обхватываю тяжелый навесной замок ладонью и высвобождаю силу. Вены на моей руке вспыхивают изнутри – и вслед за этим замок начинает раскаляться. Резкий рывок – и бесполезная железяка летит прочь. Как бы походя облокачиваюсь рукой о дверной косяк, несколько мгновений передохнуть. Проклятье, как же погано восставать из мертвых – чувствуешь себя, точно котенок.
Времени отдыха хватает как раз для того, чтобы один из сопровождающих меня варваров притащил ярко горящий факел.
Заходим внутрь склада.
Кажется, мы не зря проделали всю эту дорогу…
Мешки, сундуки, различные кули и бутыли. Вроде бы ничего странного и необычного, все это может принадлежать заезжим торговцам или крестьянам, если бы не одно очень важное НО. Сургучные печати, которыми опечатывают подати, специально подготавливаемые для отправки Короне.
Оборачиваюсь на мутноглазого. Тот, кажется, уже не дышит.
Мне даже нет смысла проверять остальные склады. Достаточно того, что уже вижу. Но все же
