Он уронил голову, зарывшись подбородком в огромную грудь женщины и вдохнул запах дешевых духов и пота. Обмякнув на изъеденном мышами диване, он запустил руку женщине под юбку.
— Я думал, ты хочешь достать Крокера… или это была только болтовня?
— Я сказал убирайся, Марвин!
— Она одна. Девчонка Херст одна.
— Ну и?
— Ну я и подумал, что ты захочешь сравнять счет. Почему бы нам не позабавиться с ней сегодня? Не попробовать женщину Крокера? Сдается мне, нам это поможет. Если мы навестим ее сегодня ночью, он будет вне себя… с ума сойдет. А тот, кто сходит с ума, допускает ошибки.
Огромным усилием воли Гранту удалось открыть глаза. По мере того как слова Марвина проникали в сознание Гранта, его тело начинало повиноваться ему. Он отвернулся от пышных грудей и, прищурившись, смог взглянуть на склонившегося над ним мужчину. Потом обвел глазами продымленное помещение, заполненное членами клана Дули. Между бандитами слонялись две женщины, надеясь облегчить кошельки мужчин. После только что состоявшегося бурного обсуждения молодцы были на взводе и пылали злостью.
— Давай, Грант, — вкрадчиво проговорил Марвин. — Ты, я, Барт и Нейт. Проберемся в приют, никто и не заметит. Она там одна, с детьми. Все остальные в городе.
Губы Гранта искривились в презрительной усмешке, и он снова повалился на мягкий бюст проститутки.
— Крокер уже вернулся туда.
— Нет, не вернулся.
— Ты уверен?
— Да, черт возьми. Его коня нет. Думаю, он не вернется до рассвета.
Грант засмеялся, густой, низкий звук должен был означать удовольствие. Освободившись из цепких объятий женщины, он плюхнулся на стул и нацепил ремень с револьвером.
— Барт, Нейт, подождите меня за дверью. Марвин пошел к выходу, но остановился.
Когда он повернулся, Грант увидел, что лицо его выражает, чего раньше никогда не случалось, ненависть. Ничем не прикрытую ненависть.
— Я не собираюсь таскаться за Крокером по всему Вайомингу за так. Я лично хочу помочь ему отправиться в ад.
Грант ухмыльнулся.
— А разве мы все не этого хотим? — поинтересовался он. — И как я уже говорил, эта девчонка — самый лучший для этого способ.
Глава 19
Сьюзан села на постели, пытаясь определить, что за звук пробудил ее. В отдалении ей послышался приглушенный стук копыт и пофыркивание лошадей. Она отбросила одеяла и набросила шаль. Внезапная тревога охватила девушку. Если это вернулись Донован и Эсси, значит, что-то случилось с бедным мистером Джибби.
Сьюзан сбежала вниз. Оказавшись в вестибюле, она чиркнула спичкой и зажгла керосиновую лампу. Звуки доносились с дорожки, которая вела к главному входу, поэтому Сьюзан поспешила в гостиную, поставила лампу на стул у окна и, отодвинув занавеску, выглянула в темноту. Было почти половина пятого утра. Не дождавшись возвращения Дэниела, она легла за полночь. Думая, что его задерживает начальник, она не особенно волновалась. Но теперь…
Чья-то рука обхватила Сьюзан сзади за шею, а грубая ладонь зажала рот, не дав девушке закричать. Она вцепилась в опутавшую ее веревку, стараясь подавить леденящий ужас, от которого она уже начала задыхаться.
«Стой смирно, малышка. Стой смирно, а мы пощупаем гладкую кожу твоей мамочки».
Сьюзан начала вырываться, извиваясь в руках мужчины. Еще три темные мужские тени вошли в комнату. Она увидела их лица. Двадцать лет назад она уже видела такие лица. У дезертиров, которые втоптали в землю ее мать.
Вперед выступил худой мужчина с изъеденным оспой лицом. Медленно растянул губы в улыбке. Сьюзан дернулась, но державший ее человек лишь крепче сжал ее.
— Ты не заперла одно заднее окно, — ворчливо заметил мужчина с оспинами. Издав смешок, снял перчатки и хлопнул ими себя по бедру. — Неосторожно. Очень, очень неосторожно.
Стоявшие рядом с ним мужчины тихо рассмеялись.
В неверном свете лампы Сьюзан разглядывала лица этих троих. Что-то в их лицах и грязной одежде показалось ей знакомым. Она видела их раньше, только не помнила где.
Сьюзан застонала, задергалась, но не смогла освободиться. Она только не понимала, где же Дэниел.
— Нейт.
Главарь кивнул в сторону открытой двери. Молодой человек, скорее, юноша ухмыльнулся и закрыл дверь.
Худой подошел ближе.
— Сьюзан, не так ли? — Когда она промолчала, бандит выругался. — Я слышал, как Крокер говорил о тебе. О том, какая ты в постели. Что ты любишь, когда мужчина груб с тобой. — Он хохотнул, резкий звук полоснул по нервам Сьюзан. — Что ж, мы умеем быть грубыми.
Она уже собралась закричать, но мужчина, покачав головой, с издевательской заботой обругал ее:
— Помолчи лучше, поняла? В доме дети. Ты же не хочешь разбудить их.
Сьюзан опять тихо застонала. От мужчин шел противный запах виски. В доме больше никого не было, кроме детей. Если она закричит и кто-нибудь из них спустится сюда… Сьюзан в ужасе сглотнула.
— Так-то лучше. Много, много лучше. Мужчина одобрительно кивнул. Жестом велел своим друзьям подойти поближе, беря ее в пугающий мужской круг.
Глаза мужчины со следами оспы сверкнули в свете лампы.
— Так, — невнятно произнес он, — нам надо закончить одно дельце. Крокер прекрасно умеет вмешиваться в семейные дела. Я собираюсь отплатить ему той же монетой.
Он подошел еще ближе, от него несло не только виски, но и чем-то похожим на опиум. Мужчина схватил Сьюзан за подбородок, впившись пальцами в ее кожу. Девушка задыхалась от отчаяния и злости.
— Я собираюсь поиметь тебя, Сьюзан, — насмешливо сказал он. — Ты поняла? Я намерен показать тебе, что такое объятия настоящего мужчины. — Он обжигал ее щеку дыханием. — Объятия настоящего мужчины. Когда я закончу, ты будешь умолять о продолжении. А когда я устану, тобой займутся мои братья.
Сьюзан попыталась остановить заволакивающую ее разум черноту. Силы небесные! Можно ли как-то помешать тому, что должно случиться? Дэниел. Что бы он ждал от нее?
Она вонзила зубы в руку державшего ее мужчины, тот ругнулся и выпустил Сьюзан. Внезапно она оказалась свободной и кинулась к двери, ведущей в коридор.
Мужчина с оспинами поймал девушку за запястье и развернул лицом к себе. Потом прижал ее руки к бокам и грубо прижал к себе.
— Какой пыл. Мне нравится эта женщина.
Сьюзан открыла рот, чтобы крикнуть, но вспомнила о детях.
— Правильно. — Он ухмыльнулся. — Не забывай о проклятом отродье.
Он схватился за ворот рубашки Сьюзан и рванул ночное одеяние девушки. Рубашка разорвалась надвое. Вскрикнув, Сьюзан попыталась схватить обрывки, чтобы прикрыться от сальных взглядов своих мучителей.
