Стук копыт разорвал предутреннюю тишину.
Самый молодой из бандитов глянул в окно.
— Крокер, — злобно бросил он.
Главарь крепче прижал к себе Сьюзан. Когда она изловчилась прикрыть куском ткани грудь, он вырвал длинную полосу из рубашки на спине.
— Ну и что? — рыкнул он. — Нас четверо. Он ей не поможет.
— Проклятье, Грант, он человек Пинкертонов, — напомнил Нейт.
— Ну и что? — Он схватил Сьюзан за плечо и повернул ее лицом к остальным. — Что он может сделать? — Снова грубо притянул к себе Сьюзан. — Посмотрите на нее. Вы хотите бросить все это только потому, что Крокер вернулся не вовремя?
Слегка утратив подогретую спиртным смелость, его братья подались к окну.
— Сейчас не время, Грант. Стук копыт приблизился.
Нейт раздвинул занавески и всмотрелся в темноту.
— Черт возьми, он знает, что мы здесь! Он увидел наших лошадей. Закон на его стороне, Грант. Никто не поставит под сомнение слово пинкертона.
Грант повернул к себе лицо Сьюзан и впился в ее рот, поранив зубами губу девушки. Сьюзан почувствовала вкус крови, из глаз у нее потекли слезы. Но когда язык бандита попытался проникнуть к ней в рот, она сжала зубы. Ужас сотрясал ее тело. Она чувствовала, что теряет над собой контроль.
— Грант! Уходим!
Он оттолкнул девушку, а потом тыльной стороной ладони ударил ее наотмашь по лицу, разбив губу Сьюзан упала на пол, а он, пошатываясь, пошел к окну. Позади себя Сьюзан услышала тяжелые шаги человека, который держал ее поначалу. Она с трудом подняла голову, не помня себя от страха и гнева. Мужчина стоял над ней, расставив ноги, при виду разбитого лица девушки его собственное исказилось жгучей злобой. Из-за неяркого света и теней, его необычное лицо сделалось похожим на какого-то средневекового дракона.
— Марвин!
Отвесив насмешливый поклон, мужчина попятился к окну и исчез во тьме. Грант взялся за подоконник.
— Не думай, что это конец. Я вернусь. — проскрежетал он. — Отправляйся в постель к своему сыщику. А Крокер еще заплатит мне должок. Я заставлю его заплатить с твоей помощью. Еще и еще… и еще.
Он вскарабкался на подоконник, спрыгнул на землю и захлопнул створку.
Немилосердно трясясь, Сьюзан лежала на полу посреди остатков ночной рубашки. Приглушенные рыдания застревали у нее в горле. Как сквозь пелену, она слышала приближающиеся шаги Дэниела.
Дверь отворилась. Дэниел застыл на пороге.
Сьюзан свернулась, желая раствориться в лохмотьях, оставшихся от рубашки, и вжаться в начищенный сосновый пол. Когда же Дэниел вошел в комнату, она вскочила на ноги и зашипела сквозь зубы, как дикая кошка:
— Не прикасайся ко мне!
У Дэниела упало сердце. Он остановился, развел руки, показывая, что ничем не может повредить ей. Очень медленно он стал подходить к Сьюзан, но она отступала, пока не уперлась спиной в оклеенную обоями стену.
Дэниел постарался сохранить хладнокровие. Она не должна заметить, что он в бешенстве. Так он напугает ее еще больше. Он заметил, что Сьюзан прикрывается клочьями ткани. Что произошло за время его отсутствия?
Осторожно, словно имея дело с диким животным, Дэниел снял пальто. Сьюзан дернулась, он замер, сердце у него колотилось. Потом протянул ей пальто. Девушка молча взяла его и, стараясь не выпустить зажатые в кулак остатки рубашки, накинула пальто.
— Черт меня побери! — произнес Дэниел.
Он успел разглядеть синяки на теле Сьюзан. Она откинула голову и испуганно посмотрела на Дэниела. Не зная, как облегчить ее страдания, он резко выругался.
— Разрази их всех за то, что обидели тебя.
В ответ на эти слова Сьюзан как будто приободрилась.
— Как они попали в дом? — спросил Дэниел.
На ресницах Сьюзан задрожали огромные слезы.
— Ч-через заднее окно.
Дэниел мысленно проклял себя за собственную глупость. Нельзя было оставлять ее одну. Торопясь на встречу с Каттером, он оставил ее без всякой защиты… знал, что так нельзя, но сделал. А потом, вместо того чтобы сразу же вернуться в приют, поехал взглянуть на свой участок.
— Что они с тобой… сделали?
Он страстно хотел успокоить Сьюзан, обнять, но понимал, что это самое худшее, что он мог сделать в создавшейся ситуации.
У Сьюзан задрожал подбородок.
— Он угрожал…
Слова повисли в тишине. В тусклом свете лампы черты лица Сьюзан заострились, кожа посерела. Потом девушка судорожно вздохнула.
— Он сделал мне больно, — прошептала она. — Он сделал мне больно.
К удивлению Дэниела, Сьюзан шагнула к нему и остановилась совсем близко. Словно не зная, как будут восприняты ее действия, нерешительно подняла руки и легко положила их Дэниелу на грудь.
— Он сделал мне больно, — все так же шепотом повторила она, поднимая руки и обнимая Дэниела за шею. — Я уже видела одного из этих людей. Несколько дней назад он остановил меня на пути в Эштон, но я не рассказала тебе об этом. Нужно было. Я не знаю, кто он такой, но он спрашивал о людях из твоего агентства. Надо было сказать тебе.
— Ш-ш-ш. — Дэниел нежно обнял Сьюзан. — Больше никогда, — поклялся он, — больше никогда и никто тебя не обидит.
Девушка положила голову ему на плечо. Но чувства, наполняющие их объятие, изменились. Раньше Дэниел всегда утешал ее, укрывая от внутренних страхов. Теперь ее тело дрожало от гнева. Гнева, обращенного на людей, которые были с ней жестоки.
— Я их ненавижу, Дэниел! — прошептала ему на ухо Сьюзан. — Ненавижу, потому что из-за них почувствовала себя слабой и беспомощной.
Дэниел погладил девушку по спине, укрытой его пальто.
— Знаю, Сьюзан, знаю.
— Я покажу им. Я покажу им, что значит… бояться! И хотеть и нуждаться, но никогда не получить.
— Ш-ш-ш.
— Они пожалеют, Дэниел. Они пожалеют, что тронули меня. Я покажу, что они не могут причинить мне вреда. Я покажу им, что могу быть нормальной и… любящей. Как любая другая женщина. — Она подняла голову, глаза ее сверкали зеленым огнем. — Они сказали, что вернутся. Но если так, они пожалеют!
Дэниел чувствовал, что Сьюзан права. Братья Дули вернутся. Если не сегодня, то завтра или послезавтра. Им снова не дали получить свое удовольствие. Они этого так не оставят.
Дэниел крепче обнял Сьюзан, стараясь погасить и свою ярость. Он не даст и волоску упасть с головы Сьюзан. Он проследит за этим.
Глава 20
Эстер закрыла дверь в спальню мистера Джибби и на цыпочках спустилась в гостиную этажом ниже.
— Донован? — позвала она, легонько тряхнув мужа за плечо.
Вздрогнув, Донован проснулся.
— Что? Тебе что-то нужно?
