в их разговор, но продолжал держать фокус на парне.
Уральского раздражало, что он сидел напротив своего врага, которому написал уже несколько некрологов, и при этом не мог его убить.
Вздохнув, Уральский посмотрел в глаза Юсупову и заговорил.
* * *
— Объясни свою реакцию. Почему тебе показалось интересным, что у моей дочери начали удлиняться волосы? — спросил он.
— Ваша дочь обладает исключительным потенциалом, — спокойно ответил я, глядя в глаза Уральского.
После моих слов на его лице не дёрнулся ни один мускул.
— Я бы не хотел, чтобы ты озвучивал кому-либо ещё свои предположения, — надавил на последнее слово Князь.
— Хорошо, — кивнул я. — Стефания мне симпатична. Я не собираюсь вредить ей. Но надеюсь, что и вы пойдёте навстречу и не станете сильно вмешиваться в наш конфликт с Нарышкиными.
— Я не могу повлиять на Муравьёва, — поморщился Уральский. — Но сам вмешиваться не буду.
— Мне этого достаточно, — улыбнулся я.
По сути, я добился гораздо лучших результатов, чем планировал. Этот приём вышел невероятно плодотворным.
— Знаете, — заговорил я, не дав Князю закончить разговор. — Мой предок знал один довольно редкий способ, как можно усилить молодого мага.
Уральский заинтересовался, хоть и попытался это скрыть.
— Этот метод подразумевает безопасное наложение проклятия на мага, — пояснил я. — По сути, маг будет бороться с этим проклятием, постоянно чувствуя дискомфорт. Но не просто бороться, а ещё и перерабатывать его, используя для собственного усиления и укрепления источника.
— Проклятие может привести к усилению мага, такое бывает, — кивнул Уральский задумчиво. — Но ты ведь имеешь в виду контролируемый процесс?
— Да, — подтвердил я. — Это полностью контролируемый процесс. Более того, метод гораздо эффективнее, чем обычное наложение проклятия и борьба с ним.
Князь откинулся на спинку стула. По его лицу было непонятно, о чём он думает.
— У тебя есть возможность использовать этот метод на моей дочери? — уточнил он.
— Да, — кивнул я. — У меня есть такая возможность, но вам придётся предложить что-то действительно ценное. Ведь эту возможность я могу использовать и для кого-то из своих родичей.
— Но ты рассказал об этом мне, — усмехнулся Князь.
— Столь общее представление не принесёт вам никакой пользы, — покачал я головой. — В записях говорится, что этот метод пришёл от учителя моего предка и родом он с Аэтерна. Причём там он считался невероятно редким и был известен лишь нескольким магическим родам.
Заинтересованность в глазах Уральского стала ещё больше.
— Разумеется, этот метод связан с ритуалистикой, — чуть остудил я его пыл. — И провести его сможет только опытный ритуалист. Либо же должен быть подготовлен особый ритуальный массив.
— Опять эти твои массивы, — проворчал Уральский. — Я тебя понял. Что ж, я подумаю над твоим предложением. Или, может, ты сам хочешь назначить цену?
— Я тоже подумаю, — улыбнулся я.
На самом деле идея использовать Проклятую Жемчужину для усиления Стефании возникла в моей голове спонтанно.
В моей коллекции действительно есть Проклятая Жемчужина, полученная от проклятия стихии света. Она всего одна и идеально подойдёт для Уральской.
Только вот это крайне ценный ресурс, и я должен получить взамен нечто равнозначное.
Например — артефакт Высшего ранга. Или что-то подобное.
По сути, обменять одну Проклятую Жемчужину на такое сокровище будет гораздо полезнее для рода, чем просто держать эту Жемчужину в шкатулке до лучших времён.
— Насколько эффективен этот метод? — спокойно спросил Уральский.
— Настолько, что Стефания станет Мастером к семнадцати годам, — уверенно ответил я.
Глаза Уральского расширились.
— Не может быть, — отрезал он. — Это слишком рано. Даже в хрониках Аэтерна нет записей о настолько быстром прорыве. Там максимум говорится о восемнадцатилетних Мастерах.
— Просто тут многое сошлось, — начал пояснять я. — Во-первых, у вашей дочери исключительный потенциал, а во-вторых, я буду использовать ресурсы, оставленные Высшим Ритуалистом, и методы, оставленные древними магами Аэтерна — малоизвестные даже на родине магии. Вы должны сами понимать, насколько это редкое сочетание.
Я сделал паузу.
— К тому же в Аэтерне магов было гораздо больше, чем у нас, и конкуренция была выше. Поэтому там вполне могли быть шестнадцатилетние Мастера. Просто они об этом не заявляли. Скрывали по тем же причинам, по которым вы скрываете потенциал дочери.
Князь хмыкнул.
— Я всё обдумаю, — повторил он задумчиво.
— Хорошо, — я поднялся. — Что ж, тогда я пойду.
Оставив Князя, я вышел из кабинета и зашагал по коридору.
Прокрутил в голове прошедшее мероприятие.
Да, всё вышло как нельзя лучше.
Дуэль с Нарышкиным позволила показать, что Юсуповы владеют тайной магией крови. Помимо этого я призвал Высшего Фамильяра, что тоже невероятная редкость.
После того как молодые аристократы расскажут своим родителям о том, что произошло, те, конечно же, начнут искать в хрониках, кто же такие Высшие Фамильяры. И поймут, что это крайне могущественные существа, которые в древности сопровождали Высших Магов. Не зря таких Фамильяров называют именно Высшими.
Надо напомнить всем, что Юсуповы — это не хрень из-под палки, а древний род с богатым наследием.
Вообще, я преследовал много целей, когда призывал Бобэра и Пушистиков.
Я заинтересовал Лазаря Высшим Фамильяром, припугнул Уральского с помощью Пушистика и проверил потенциал молодёжи Доминиона, благодаря чему нашёл слабость рода Уральских — потенциал Стефании.
Мало того — я, как призыватель, обладаю кое-какими привилегиями. Например — могу отслеживать каждого Пушистика.
Всё, что мне сейчас остаётся — это создать простенький артефакт-карту, который я передам Марго.
После прибытия в замок я собрал Марго, Амину и Николь в кабинете. Кратко рассказал им о том, что произошло.
— Двое точно обладают редким потенциалом. Ещё как минимум шестеро — высоким. Подготовьте мне фотографии гостей, которые были на приёме, я отмечу их, — закончил я.
— Вы проделали большую работу, — уважительно сказала Амина. — Эти знания могут оказаться весьма полезны для рода в будущем.
— Вы сказали, что Нарышкин упомянул о столичном клане, который будет участвовать в войне, — заговорила хмурая Николь. — Он же имел в виду клан Воск?
— Видимо, — кивнул я. — О нём пока ничего не известно?
— Нет, — покачала головой Амина. — Нарышкин в последнее время редко бывает дома, поэтому Тени стало гораздо сложнее получать информацию.
— Может, перекинуть его
