доходим до установленных трибун вокруг площади. Родственники моего пациента подхватывают под рамы коляску и поднимают по ступеням. Я иду за ними вместе с Гильермо.
— Светлого дня, Ваше Величество, — склоняю голову, остановившись в ложе правителя.
— Светлого, Верховная, — кивает он. — Проходите.
Герцоги и семьи моих подруг сидят чуть ниже. И так получается, что мы с Гильермо остаёмся с королём в одной ложе наедине. Нервно вытерев вспотевшие ладони о подол платья, присаживаюсь рядом с Алардом. Муж чувствует себя более раскованно. Перехватив мою руку, переплетает пальцы.
— Вас можно поздравить, — сухо замечает Алард и переводит взгляд с наших с мужем рук выше. — С бракосочетанием. Значит ли это, что вы определились с местом жительства?
— Благодарю, Ваше Величество, — отвечает Гильермо вместо меня. — Мы пока ещё тесним герцога и герцогиню Стембург.
Вот вроде правду сказал, но и меня уколол, что не переезжаю в его особняк. И королю намекнул, чтоб не радовался слишком сильно.
— Не всё сразу, Гиль. Женщины бывают весьма изобретательны и непредсказуемы в своём выборе, — хмыкает правитель и разворачивается к помосту.
— Мне ли не знать, — ворчит себе под нос оборотень. С улыбкой пихаю его в бок. И получаю поцелуй в висок.
Король теряет к нам интерес. Молчаливым кивком отдаёт приказ конвоирам и палачу.
На сцену выводят бледного долговязого мужчину в кандалах. Он низко склонил голову, будто пытается спрятаться от лучей утреннего солнца. Меж тем горожане, собравшиеся на центральной площади, затихают. Будто весь мир замирает, ожидая зрелища.
Я в упор смотрю на затылок Леонеля. Словно хочу проникнуть в его мысли. Хочу ментально поддержать, приободрить. Блондин сидит с ровной спиной и никак не выражает своего отношения. Зато две подружки друг к другу жмутся и подрагивают.
Перевожу взгляд на эшафот. Зачитав все преступления и приговор, вампиру дают последнее слово. Мужчина вскидывает голову и смотрит пронзительными бордово-красными очами на Мирабеллу. Облизывает потрескавшиеся губы и улыбается. Говорит что-то, отсюда не расслышать.
Но я чувствую зло, которое он излучает. Чувствую всеми фибрами души ту гниль, которой он отравлен. Такая же течёт и ширится сейчас у моего вредного пациента. Неосознанно впиваюсь ногтями в мужскую ладонь. Свет во мне бурлит, причиняя боль изнутри.
Вампира ставят на колени, и палач возносит меч над его головой. Сталь сверкает ярко. Из меня вырывается магия, закрывая светом картину казни. Я вскрикиваю, ощущая новую порцию боли. Отворачиваюсь, желая укрыться. Перед глазами лишь багряная пелена. В ушах собственное сердцебиение. Громкое. Быстрое.
— Тише. Всё закончилось, — слышу бархатный баритон сквозь пелену боли. Тёплая ладонь накрывает затылок. Гладит. И это не Гильермо.
Чужие руки бережно передают меня в другие объятья. Разжимаю сведённые в судороге пальцы, выпуская ладонь Аларда. Это в него я вцепилась. И в него уткнулась в поисках защиты.
— Простите, — лепечу, едва ворочая языком.
— Не извиняйтесь, — коротко улыбнувшись, правитель переключается на Рому и Аарона.
— Прости, Гиль. Я не знаю, как так получилось, — корябаю по лацканам его сюртука. Муж пересаживает к себе на колени, укрывает в защитном жесте и целует в губы.
— Всё хорошо, Таня, — отвечает, вытягивая из кармана платок и вытирая кровь под носом. — Король сильный маг, помог остановить и сдержать твою силу.
— Что он сделал? — округлив глаза, отстраняюсь и в шоке смотрю на спину правителя, что в данный момент общается со своими советниками.
— Ты пыталась вылечить вампира. Не очень умная затея, — бурчит Гильермо.
— Я не хотела его лечить. Я вообще не контролировала этот выброс.
— Интересно, — задумчиво тянет мужчина.
— Очень. И у кого получить ответы?
— У Богини.
Наш разговор прерывает Алард. Возвратившись к нам, он протягивает руку и помогает встать. Я быстро привожу себя в порядок и разворачиваюсь к толпе. Зрители теперь смотрят на правителя и меня. Гильермо стоит за моей спиной и практически не отсвечивает. Не успеваю обдумать этот момент.
Король громко поставленным голосом приветствует своих подданных. Сурово и строго напоминает всем о законах Дадарии и о том, что будет за нарушение оных. Также объявляет о начале строительства храма богини Наит. О герцоге Радгаре Кастильском, что великодушно отдал своё поместье под будущую резиденцию Богини. И заканчивает речь с просьбой благословения от Богини.
В небе вспыхивает молния. И я знаю — это знак. Наит благословляет. Только знают ли остальные горожане — не уверена. Меж тем Алард разворачивается ко мне.
— Ты так и не дала мне ответ, — он, как всегда, спокоен и не давит авторитетом.
— Я согласна и приду на приём, — слабо улыбаюсь и опускаю глаза.
— Тогда до вечера, Пресветлая.
— До вечера, Ваше Величество.
Глава 29
Сборы проходят на удивление спокойно. После обеда мужчины оставляют нас наедине с подругой. Мы располагаемся в её личной гостиной. Слуги снуют туда-сюда, вносят ларцы с украшениями, платья разных фасонов и чемоданчики с косметикой.
— Не думай ни о чём, — воркует блондинка, выбирая между двумя накидками. Тёмно-синей и серебристой. — Сегодня ты не просто Таня. Сегодня ты — Верховная жрица. Будущая легенда.
— Слишком много пафоса, — фыркаю, ловя в отражении зеркала взгляд подруги.
— Привыкай. Это только начало. Алард нагонит ещё больше пафоса, — хихикает Ната и отворачивается. А одна из горничных продолжает завивать мои волосы и поднимать в причудливой причёске.
Платье давно выбрано. Лёгкое, воздушное, но в то же время очень элегантное. Нежно серебристого цвета, с вышивкой древних рун и тонкой вуалью, закрывающей плечи. Никаких корсетных безумств и бальных пачек с обручами. На этом лично настояла.
Натали дарит мне диадему с орнаментами, очень похожими на те, что были в храме Богини. Очень символично и мило. Ответно я дарю подруге серёжки-капельки с бриллиантами из своего ларца.
Обменявшись подарками, мы вновь продолжаем прихорашиваться. Блондинка выбирает довольно скромное платье пудрового цвета. «Не хочу перетягивать на себя внимание», — шутит она.
Время пролетает слишком стремительно, и вот уже за нами заходят мужчины. Я залипаю лишь на своём муже. Глаз отвести не могу. В чёрном костюме и в сюртуке он выглядит просто потрясающе.
— Гильермо, — вздыхаю я, заворожённая мужчиной. Он строг и уверен в себе. Шагает ближе, и в его глазах вспыхивает восхищение мной.
— А я везучий мужчина. Отхватил себе такой
