змея во всей красе. Длинное мощное тело извивалось кольцами в беспокойной морской пучине, серебристая чешуя блестела в лунном свете и выглядывала частями из воды.
И Ника осознала, что уже сидит не на столе в каюте капитана, а находится на скалистом утёсе, пенные волны разбиваются о подножие гладких камней, обточенных и отшлифованных временем; на кожу, волосы и платье попадают холодные брызги. Холодно от порывов ветра.
Так реально, но так невозможно!
А над её хрупкой фигуркой возвышается огромная морда дьявола морей. Змей держится за скалистые уступы маленькими лапами, скрежет когтей по камню режет слух, когда он наклоняется чуть ниже. Желто-алый взгляд с вертикальным зрачком недвижим, наблюдает пристально, рассматривает, оценивает. Рот с рядом острых, как бритва, зубов приоткрывается, и из пасти вырывается оглушающий рык вместе со словом: «МОЯ!»
Ника испуганно вскрикивает и сильно зажмуривает веки, невозможное оцепенение отступает, и она наконец вдыхает полные лёгкие воздуха. Понимает с бешено стучащем сердцем, что до этого момента и не дышала вовсе. Настолько увиденный ужас парализовал тело.
Левой щеки касается горячая рука, Ника вздрагивает, но боится открыть глаз. Но следом над ухом звучит тихий и спокойный голос капитана пиратов:
– Шшш… – немного шершавый от постоянных сражений палец пирата успокаивающе проводит по дрожавшим губам наследницы. – А теперь послушай остальную часть легенды о дьяволе. Как всё началось.
И пират рассказал…
Что среди океанов и морей есть один затерянный остров. О нём не знают картографы, его очертаний никогда не видели современные люди, поэтому он не был отмечен на картах. И его практически невозможно найти. Говорят остров не стоит на месте, мощные артефакты великого древнего народа ункейров заставляют подводные течения его перемешать. А между его горных хребтов и перевалов сокрыта долина – место обители сна дьявола гор и морей.
Когда-то давно множество столетий назад из серебряного яйца в лунном свете вылупился морской змей – любимое дитя Трёхликого бога. Он сотворил его из крови своей и плоти, напитал оболочку чувствами и даровал часть сил, чтобы тот жил полноценно, и люди почитали его, как божество.
Змею поклонялись, приносили жертвоприношения. Он быстро вырос и однажды повстречал деву из племени ункейров. Прекрасная дочь вождя принесла к логову корзину с дарами и пришлась ему по нраву. Он захотел ею обладать, но дева уже отдала свое сердце мужчине из племени лесов. Змей не хотел принимать отказ, он желал её любви. Он обернулся человеком и украл деву, запер её в своей пещере в центре горы, а её избранника убил.
Но змей не смог завоевать любовь юной красавицы, она не выдержала горя и сбросилась с обрыва, когда тот отвлёкся и недосмотрел за ней. А дитя бога обезумел от потери и превратился в дьявола. Он стал бесчинствовать, рушил мощным хвостом континент и убивал взглядом жителей долины, обращая всех в мёртвый камень. Тогда шаман племени ункейров проклял змея.
Заклятье изгнало дух дьявола из тела и заключило вечно маяться в ловушке бескрайнего океана, а пустая оболочка истлела, и от змея остался лишь скелет в сердце долины острова с рубиновыми камнями вместо глаз.
Со временем охотники за добычей нашли склеп дьявола-змея и вынули драгоценные камни из глаз существа, разбили на части, и теперь осколки странствуют по миру принося несчастье своим владельцам.
А старец шаман предрёк, что когда-нибудь проклятье снимет дева-птица, которая коснется своим сердцем сердца дитя бога. Она соберёт осколки рубинов вместе и вставит их обратно в глазницы скелета. Дьявол змей вновь станет зрячим и оживёт.
– С тех пор дух змея вселялся в моряков и похищал юных девушек, надеясь однажды разрушить проклятье шамана племени ункейров. Со временем остров затерялся среди вод, люди начали забывать подробности, но продолжали передавать легенду из уст в уста, пугая своих глупых дочерей, – закончил Рагнар.
Все эти минуты Ника сидела не смея шелохнуться и слушала внимательно. От обилия информации шла кругом голова, и сердце в груди отбивало стаккато. Ника по-прежнему не открывала глаз, её сильно нервировало присутствие древнего духа, которое она стала ярко ощущать всеми фибрами души после ночи инициации с пиратом.
В мыслях не укладывалось, как всё сложно и насколько события уходят в древность. Это что же получается? Змей сын Триединого?! Хорошо, что она сидит на столе, ноги не удержали бы от таких известий…
Ника глубоко вздохнула и медленно выдохнула, успокаиваясь. Открыла глаза и не нашла рядом с собой пирата. Рагнар снова сидел в кресле и задумчиво наблюдал за ней. Помолчали.
– Этот… змей, ну, который внутри тебя, надеется с моей помощью снять проклятье и возродиться? Дева-птица… речь ведь о моем роде, так? – Эриника не выдержала первой и завела разговор. Осталось ещё много вопросов и на них хотелось получить ответы. – И мне предстоит отыскать осколки рубиновых глаз.
Рагнар согласно кивнул. Плавным движением он переместил вес тела на правый подлокотник и подпёр кулаком подбородок.
– Верно. Но большую часть осколков за тринадцать лет я уже собрал. Почти все. Осталось всего два.
– А почему за тринадцать? Ты ведь погиб… ну, пропал пятнадцать лет назад, – ляпнула Ника не подумав, но было уже поздно. Однако капитан не разозлился, наоборот, он решил немного утолить любопытство пленницы.
– Потому что два долгих года я потратил на отрицание и осознание неизбежного. Всё предрешено, Ни-ика, и никуда от этого не деться, – Рагнар махнул рукой, описывая ей в воздухе пространство каюты. – Такова наша с тобой судьба.
– А что значит, я должна коснуться своим сердцем сердце змея?
– Тебе лучше знать, – мрачно ответил.
В голову полезли кровожадные мысли. Ника очень понадеялась, что Рагнар не станет вырывать ей из груди сердце, чтобы снять проклятье. От такой перспективы по позвоночнику скользнула капля ледяного пота, а по плечам и рукам пробежала неприятная дрожь.
И похоже, что-то такое отразилось на лице Ники, потому что пират хохотнул, изрядно напугав. Смена его настроений за этот вечер настораживала. Он хлопнул себя по коленям и поднялся на ноги, прошёл к шкафу и принялся в нём что-то искать.
Наконец выудил на свет небольшой железный наглухо запечатанный сундучок и поставил его рядом с Никой на стол. Замок оказался необычным и механического ключа не предполагал. Рагнар произнёс вслух какие-то слова, скважина в замке вспыхнула фиолетовым огоньком, и щелчок не заставил себя ждать. Пират откинул крышку, и перед взором Эриники предстали рубиновые осколки. Те самые из легенды.
Он вложил один маленький ей в ладони, и её охватил странный трепет. От рубина тянуло древней, как
