же дурочка, зачем я только сюда полезла? Что, если снова спровоцирую взрыв? Может, то было лишь совпадение, но бедняга взорвался сразу после того, как я приблизилась к нему. Или... все дело в магии? Я ведь воздействовала своим даром на него.
Все эти мысли мгновенно пронеслись в голове, пока я пробиралась почти на ощупь внутрь. Видимость была просто ужасной, и я то и дело спотыкалась обо что-то, пока не решилась зажечь слабый магический свет, стараясь вложить в него минимум энергии. Обливаясь холодным потом, я замерла на месте, ожидая реакции враждебной магии, но больше никто не спешил взрываться, и я выдохнула.
Самоубийственно и глупо, но идти сюда было еще большей глупостью. Да и что я сумею без света? Какой смысл был тогда рисковать? Я понятия не имела, что смогу сделать, но точно знала, что, если мы не найдем решения, весь лагерь погибнет. Тот дым — он наверняка тоже был заразным, а значит, проклятие может выйти и за пределы лагеря.
Внутри лазарет оказался развороченным, и земляной пол был усыпан стеклянным крошевом вперемешку с обломками мебели. Содрогнувшись от страха, я отпрянула, заметив на пути у себя изломанное тело одного из пациентов. Кажется, этому несчастному уже не помочь. А вот тот, что дальше, вроде бы еще шевелился.
Подходить к нему, как и двигаться вглубь, я не спешила. Для начала надо было разобраться, как действовать. Если нельзя воздействовать магией напрямую, что тогда делать? Без нее я не смогу ни вылечить их, ни понять, что с ними творится.
Озарение пришло, как обычно, внезапно. И я снова вспомнила земные достижения медицины и науки, которые в этом мире казались фантастикой: нанотехнологии, микрохирургия и прочие вещи, что позволяли оперировать на микроскопическом уровне, и творить настоящие чудеса в самых разных сферах жизни человека.
Так что, если попробовать такой же метод? Сможет ли проклятие распознать частицу моей магии, если она будет размером с молекулу? Другой вопрос: будет ли эта частица эффективна? Вылечить я так, конечно, никого не смогу, но мне была нужна хотя бы картина болезни.
Вздохнув, я уняла дрожь в руках и сосредоточилась на деле. Если буду сомневаться и медлить, точно передумаю.
Понадобилось несколько минут, чтобы магия поняла, что от нее требуется. А после крохотный, едва заметный даже моему глазу огонек легко скользнул вперед. Замер будто в нерешительности над распростертым у моих ног мужчиной и быстро ринулся вниз, погрузившись в его тело. Я напряглась, ожидая реакции, но ее не последовало.
Фух, значит, я была права.
Попавшая внутрь пациента магия стала моими глазами почти в буквальном смысле, и когда я потянулась к ней, перед глазами вспыхнула картинка. Человеческий силуэт, залитый тьмой, которая потихоньку рассеивалась, разгоняемая огоньком, курсирующим внутри.
Так, что тут у нас?
Чем дольше я смотрела на открывшееся взору зрелище, тем больше хмурилась. В этот раз магия показала мне что-то странное. Нечто, похожее на нервную систему, столь же разветвленную, но немного отличающуюся. Мерцающую тусклым желтым светом, и сходящуюся в районе солнечного сплетения, в центре которого расплылось чернильное пятно. Кажется, оно блокировало течение энергии по этим странным сосудам, и, судя по всему, это и было сердцем проклятия.
Значит, надо как-то вытащить эту штуку. Но как?
Глава 50
Мыслей у меня не было абсолютно никаких, и даже если бы я придумала что-то, рисковать своей и чужими жизнями было страшно. Отшатнувшись, я с трудом взяла себя в руки и тихонечко, мелкими шажками попятилась к выходу.
Голоса снаружи стихли, а значит, должно быть, Кросвуд сумел убедить военных, что у нас есть нужные полномочия находиться здесь. Но все равно выходила я наружу с опаской, сразу же найдя глазами целителя. И выдохнула, заметив, что мужчина беседует с тем самым штабс-капитаном, который хотел остановить нас. Эти двое что-то весьма бурно обсуждали, но агрессии в их голосах я не услышала и потому не стала медлить, направившись сразу к Йозефу.
Заметив меня, мужчины замолчали, и в глазах вояки я заметила уважение. Кросвуд же, переменившись в лице, подался ко мне с волнением.
— Ох, леди Лира, и напугали вы нас! Разве ж можно так безрассудно рисковать?
— Йозеф, — перебила я его, решив обойтись без его нравоучений, — я кое-что обнаружила, но не знаю, что с этим делать. И времени почти нет, внутри есть живые, но им недолго осталось.
— Что? — Мужчина потемнел, а военный подался к нам, нахмурившись. — Рассказывайте!
Я вкратце поделилась с целителем догадками о том, что проклятие как таковое воздействовало на энергоканалы человека, блокируя их. И внутри скапливалось слишком много энергии, за счет чего зараженный становился своего рода бомбой, ожидающей лишь условного сигнала — воздействия магией. Чего было не избежать, возьмись целители сразу за работу, и обитателям лагеря в какой-то степени повезло, что таковых здесь не оказалось. А потом прибыли мы с Кросвудом, и я все испортила.
Осознание того, что из-за меня погиб человек, пришло уже после, когда я рассказала обо всем Йозефу. И только понимание, что я не могла знать ничего наперед, позволило мне смириться с этой мыслью.
— Так вы говорите, скопление энергии? И проклятие реагирует на магию? — задумчиво произнес целитель. — Как же тогда вы смогли провести диагностику?
— Нашла способ. Но это сейчас неважно, — отмахнулась я. — Лучше скажите, что нам теперь делать? Как ни стараюсь что-то придумать, ничего в голову не идет.
— Нейтрализатор магии, — раздался позади голос штабс-капитана. — Можно попробовать его.
Лицо целителя просветлело, а вот я уставилась на военного с недоумением. Кажется, я снова упустила какую-то важную часть этого мира.
— Тот, что используется для укрощения обезумевших магов и преступников?.. — задумчиво произнес Йозеф, не спрашивая, а скорей, просто высказывая мысли. — А что, может сработать! Вот только где ж мы эту штуку возьмем-то? Пока из ближайшего города доставят, больные точно помрут.
— Так это ж… — Военный почесал затылок, отчего-то замявшись. — Есть же он у нас. Выделили специально для вражеских магов.
* * *
Нейтрализатор оказался простыми с виду наручниками, очень похожими на те, которыми в свое время был прикован к кровати Даниэль. Возможно, так оно и было, просто никто не спешил тогда меня об этом просветить, считая подобное обычным делом.
Сразу шесть пар наручников принесли спустя несколько минут, и поставить эксперимент вызвался штабс-капитан, звали которого, как выяснилось, Герхард. Он настоял, что так будет лучше для всех: раз уж проклятие реагирует на магию, то нам не стоит лишний раз
