одинаково обнажены и равны, чтобы у него не было лишнего защитного слоя) или эротично потянуться и сигануть с трамплина, чтобы где-то там, внутри, у него кипели эмоции и пылал огонь желания.
Победило второе желание – первое пришлось отбросить из-за излишней пошлости, – и я, ступая словно по подиуму, преодолела несколько ступеней лестницы.
– Сообщаю заранее: спасение от несчастных случаев в бассейне в мои обязанности не входит, – снова подал голос Стас.
Я уже вышла на доску, которая опасно раскачивалась под ногами, но все же обернулась, чтобы посмотреть на телохранителя. Картина маслом: такая вольная и обнаженная я, такой чопорный и застегнутый на все пуговицы он. Белое и черное, свобода и контроль. Инь и ян.
Сердце пропустило удар, когда я представила, как мы сейчас выглядим со стороны.
– Я хорошо плаваю, Станислав. Несчастных случаев не предвидится.
Улыбнулась самыми кончиками губ, продолжая раскачиваться спиной к бассейну. Если постараться, смогу исполнить нелюбимый прыжок из задней стойки с вращением вперед… или с винтами… Давно не тренировалась, но тело помнит еще со времен спортивного плавания. Раскачка, раскачка, раскачка, теперь сгруппироваться и…
– Ааааааааа! – завизжала я, оступаясь и кувырком падая в бассейн.
Спина плашмя хлопнулась о воду, мышцы сковало дикой болью, из легких выбило весь воздух. Но я и не дышала. Я во все глаза смотрела туда, вдаль, где за слоем воды, скрывавшей от звуков и запахов, забивающейся в нос, уши и куда-то внутрь, в грудь – в легкие? – ко мне несся монстр.
Оскаленная пасть с огромными клыками, злой лай, безумный взгляд. И панический страх, сковавший тело, когда это чудовище следом за мной заскочило в воду.
– 34—
Сложно представить фееричное падение, когда тебе только что заявили, что хорошо плавают. Но Стас представлял. Потому что собственными глазами его видел – или скорее не видел, так как его с головой окатило водой, заливая рубашку, джинсы и даже попадая в ботинки. Честно, он даже не сразу сообразил, что нужно делать и зачем. Просто стоял и смотрел, словно на картину художника-сюрреалиста, пытаясь понять, какой в ней смысл.
Только что перед ним в купальнике нахально щеголяла девушка, от одного вида которой пересыхало в горле. Это Стас признавал, хоть и не хотел. Регина не выглядела как инопланетянин, она больше напоминала речную нимфу. Точеная фигурка, нежные руки, соблазнительная грудь, ноги… о, эти ноги!
Все создано и отточено специально, чтобы соблазнять мужчин. Два уже есть, кто третий? Он? Стас не хотел.
Однако в одно мгновение Регина уверенно раскачивалась на трамплине, расслабленная и легкая, а в следующее уже – раз! – камнем рухнула в воду, поднимая тучу брызг, и медленно пошла ко дну, раскинув руки, как сломанная кукла. Потом принялась неистово барахтаться, будто никогда в жизни не умела плавать, и… замерла. Вода прояснилась, а она все так же лежала почти на самом дне, остекленевшими глазами глядя перед собой. Шапочка спала с волос, и они разметались в воде, как водоросли. Светлые локоны потемнели, напитываясь влагой.
А затем совсем близко раздался лай, и очередной бомбочкой в воду вошла шестидесятикилограммовая мохнатая туша, которая тут же принялась помогать утопающей нимфе. Генри явно чувствовал себя настоящим спасателем, потому как ловко занырнул под воду и постарался мордой вытолкнуть Регину на поверхность. Стоило лишь расслабиться, и пес сделал бы всю работу за нее. Генри и так старательно пытался показать, что нужно обхватить его за шею и повиснуть.
Но Регина внезапно ожила и вместо того, чтобы вынырнуть, принялась неистово биться под водой, отталкивая от себя пса. Любвеобильный «немец» не понимал, почему человек не желает с ним купаться, он всего лишь хотел помочь, но…
– Твою мать! – наконец-то отмерев, выругался Вероцкий.
Все это действо заняло не больше минуты, за которую у бравого «сокола» пытались перезагрузиться окончательно подвисшие мозги. Он еще думал о нежной груди, покачивающейся с каждым толчком на трамплине, о том, как приятно было бы обхватить эту талию, прижать к себе полуобнаженное тело… и о том, что как минимум двое мужчин делают это почти каждую неделю. А Регина. Уже. Тонула.
По его вине, стоит заметить.
– Генри, фу! – рявкнул Стас, внезапно отмирая и взмахом руки пытаясь отогнать пса. – Регина, успокойтесь!
Но Регина его не слышала, собственно, как и Генри, которого с месячного возраста учили защищать и спасать. А как спасти тонущего человека, который не принимает твою помощь, пес не знал.
– Генри, сученыш, быстро на берег! – вновь заорал он.
Ни-че-го.
Вероцкий присел, попытавшись ухватить пса за ошейник, но «немец» был слишком упорен, человеколюбив и тяжел. К тому же с каждым мгновением они с Региной уходили все дальше от борта. И все глубже. И кажется, подопечная Стаса как-то подозрительно обмякла.
– Да твою ж мать! – взвыл он, торопливо сдирая с себя ботинки.
А давайте выпустим песика? Давайте поступим, как пятиклашка, дергающий понравившуюся девочку за косички и кидающий перед ней бомбочки-хлопушки, чтобы она сильней испугалась? Конечно, давайте! Он же знал, что Регина настоящая девочка-катастрофа, почему не просчитал все варианты? Сам решил прибить?
Стягивать рубашку и джинсы времени не было. К черту, и так не утонет, тут глубина-то всего на пару голов выше его роста. Стас выпрямился, в очередной раз чертыхнулся и прямо в одежде заскочил в бассейн, сразу же отталкивая от Регины Генри и подхватывая обмякшее хрупкое тело на руки. Пес охотно подчинился физической команде и, словно маленький крейсер, принялся наворачивать круги вокруг Стаса. Вытащенная на поверхность Регина закашлялась, выплевывая хлорированную воду, но спустя мгновение вновь обмякла в его руках. Ее чертова фиолетовая шапочка медузой дрейфовала по дну.
– Приятель, мы только что едва не угробили человека, – пробормотал Вероцкий, сгружая Регину на пол бассейна.
Пес жалобно заскулил и тоже выкарабкался через бортик. Потом отряхнулся, покрывая брызгами всех и вся, и осторожно лизнул девочку-катастрофу в щеку. Она даже не пошевелилась. Генри вновь заскулил и упал рядом, прижимаясь к ней боком и благоухая мокрой псиной.
Стас тяжело вздохнул и оттолкнулся от борта, одним прыжком оказываясь на полу. Склонился над подопечной, легонько похлопал по щекам.
– Регина Денисовна, воду вы всю выплюнули, – заметил он, разглядывая ее, – так что нечего тут терять сознание.
Она молчала и приходить в себя не собиралась. А Стаса охватил странный иррациональный страх. Его, тренированного и готового ко всему, выбила из колеи… клиентка. Которую он сам – да-да, такой весь тренированный и готовый, – едва не угробил, решив подшутить.
– Регина…
Стас нахмурился и раздраженно шибанул кулаком по
