class="p1">Тильда пожала плечами.
– Кто я такая, чтобы нарушать традицию?
Тильда, Лейт и Зигги каждый понедельник ужинали после работы, чаще всего – прямо в офисе. Они болтали и о личных делах, и о рабочих. Это был замечательный способ наладить контакт в начале недели, когда в офисе было тихо и царил полумрак. Летом они любовались закатом над океаном через окна переговорной, но в это время года уже было темно.
Тильда откинулась на спинку стула.
– А где Зигги?
– Проводит время с Лулу. – Лейт вытерла рот салфеткой. – Она бросила универ.
Тильда замерла, не донеся еду до рта.
– Что-то случилось?
– У нее срыв.
В подростковом возрасте Лулу страдала от анорексии. Благодаря многолетней психотерапии и шести месяцам в лечебнице она поправилась к тому самому моменту, как ее одноклассники принялись за выпускные экзамены. К счастью, она успела выпуститься вместе с друзьями: Табитой, Холли и Джеком. Тильда знала, что восстановление требует много времени, но Лулу казалась вполне здоровой и счастливой, особенно после того, как поступила в университет.
– Мне очень жаль, Лейт. Я так погрузилась в свои собственные проблемы, что даже не догадывалась о твоих.
– Это случилось очень внезапно. – Лейт вилкой передвигала овощи по тарелке.
Тильда обратила внимание, что ее подруга мало ест.
– Лейт, она очень умна. И она много трудилась, чтобы поправиться.
– Знаешь, все эти духовные практики, личностное развитие, идиотские капустные смузи – они оказываются совершенно бесполезны, когда в твою жизнь с разбега врезается грузовой поезд. Не знаю, то ли мы с Зигги подвели Лулу, то ли она была послана нам, чтобы испытать нашу веру на прочность.
– Наверное, и то и другое.
Лейт выглядела удрученной.
– Думаешь, это все из-за нас?
– Мы все так или иначе создаем детям проблемы. Это неизбежно. Важно то, насколько это серьезные проблемы. Вы с Зигги – отличные родители. Я уверена, от вас вреда было мало.
– Мы пошли своей дорогой и теперь понятия не имеем, куда нас занесло, – трагично продекламировала Лейт.
Тильда рассмеялась.
– Уверена, вы сможете выбраться. Ну, Зигги сможет. Ты-то совсем не ориентируешься на местности.
Они переглянулись и расхохотались.
– Лейт, ты замечательная. Все будет хорошо. Хватит себя корить, передай мне пад-тай. – Тильда принялась перекладывать лапшу на тарелку. – И вообще, это ты убедила меня заняться саморазвитием. Отступать слишком поздно.
Лейт уставилась на нее пристальным, проницательным взглядом лучшей подруги. Тильде стало немного не по себе – как будто Лейт заглянула ей прямо в душу.
– Я рада, что ты ходишь к Сельме. – Голос Лейт надломился. Она отвела взгляд и принялась за еду на тарелке.
Они с Лейт были знакомы с восемнадцати лет. Они вместе воспитали дочерей. Вместе воплотили в жизнь сумасшедшую идею «Знака свыше». Тильда не могла себе представить, что она делала бы, если бы с Лейт что-то случилось.
Если бы она исчезла.
Тильда даже не задумывалась о том, как ее болезнь повлияла на Лейт. Лейт побуждала ее стать лучше, не сдаваться, идти к своей цели. Тильде казалось, что та просто хочет заразить ее своими суевериями, но правда была намного сложнее. Они были друг для друга как северный и южный полюс – если один куда-то подевается, компас перестанет работать. Тильда ни разу не задумалась, боится ли Лейт ее исчезновения.
– Тебе тяжело из-за моей болезни? – спросила Тильда.
Лейт замерла.
– Ты о чем?
Тильда пожала плечами.
– Я просто подумала… Если бы ты начала исчезать, я бы с ума сошла. А мне даже не пришло в голову спросить, как ты держишься.
Вопрос явно застал Лейт врасплох.
– Я, ну… Да… Это определенно… Ну… – Ее подбородок задрожал. Она прижала руку к груди, явно пытаясь успокоиться, но тщетно. Вместо этого она разразилась громкими рыданиями. – Боже мой, прости, да, это просто ужасно. Я совсем не сплю. Это какой-то кошмар!
Тильда подкатилась к ней ближе на стуле и крепко обняла.
– Поплачь, – сказала она.
– Ты должна поправиться, Тилли. Я не могу без тебя жить.
– Я не умираю!
От этого Лейт заплакала еще сильнее.
– Когда-нибудь одна из нас умрет первой.
Тильда протянула ей несколько салфеток.
– Ты и так переживаешь из-за Лулу и из-за меня. Давай не будем думать еще и о смерти.
– Ладно. – Лейт отстранилась и высморкалась. – Мне уже лучше. Надо было хорошенько проплакаться.
Какое-то время они посидели молча. В помещении стало спокойнее.
Наконец Тильда произнесла:
– Ну как ты?
– Намного лучше.
– Можно кое-что спросить?
Лейт кивнула.
– Каким ты видишь мир?
Лейт приподняла бровь.
– Интересный вопрос.
Тильда вздохнула, припомнив раздражение последних недель.
– Сельма спросила меня об этом на первом приеме.
Лейт откинулась на спинку кресла, опустила голову на подголовник и задумчиво уставилась в потолок.
– «Главный вопрос, который стоит перед человечеством: враждебна или дружелюбна вселенная, в которой мы живем? Это первейший и самый основной вопрос, на который каждый должен ответить сам».
– Эйнштейн. Хотя атрибуция оспаривается.
– Да, но подумать все равно стоит. Сельма, по сути, спрашивает о том же самом. Дружелюбна ли вселенная? Всегда ли нам будет тяжело жить, или мы сможем обрести счастье? Я думаю, мы все, осознанно или нет, даем ответ на этот вопрос. И наш ответ влияет на многое.
Тильда знала, что услышит, но все равно спросила:
– Ты считаешь, что вселенная дружелюбна, да?
– Да, – подтвердила Лейт. – Я считаю жизнь великим, потрясающим приключением. Даже когда моя лучшая подруга исчезает, а моя дочь мучается. И то и другое меня ранит, но я все равно считаю, что вселенная нас любит и играет с нами.
– В каком смысле играет?
– Когда ты с головой погружаешься в жизнь, начинают случаться совпадения. Они неслучайны. Это и делает жизнь волшебной, – сказала Лейт. – А какой видишь вселенную ты?
– Как место, в котором процветает красота. Но одновременно я верю, что стоит мне обрести счастье, как его тут же сможет кто-то отнять. Я живу в предчувствии… неотвратимой беды.
– Такое бывает с людьми, которые росли в нестабильной обстановке.
Тильда помолчала. Лейт произнесла эти слова как нечто само собой разумеющееся, но здесь было о чем подумать.
– О чем еще спрашивала Сельма? – поинтересовалась Лейт.
– О том, какой я вижу себя. Я не смогла ответить.
– Значит, приемы проходят хорошо? – Лейт издала смешок.
– Какой видишь меня ты?
– Боже, Тилли… Ты веселая, остроумная, и я обожаю твой дерзкий настрой. Ты вечно всех жалеешь, особенно четвероногих.
Тильда кивнула, но Лейт еще не закончила.
– Ты преданная, заботливая, независимая, креативная, у тебя хорошая интуиция, хоть ты и не любишь это признавать. – Она ненадолго задумалась и добавила: – Ты даешь другим очень мудрые советы, но не обращаешь эту мудрость на пользу себе. Мне продолжить?
– Как это возможно, что мне уже за пятьдесят, но я не знаю, кто я такая?
– Ты
