ума дело. Молодец. Хотел, чтоб я его грохнул, и чтоб у тех, кто мог приехать в Нижний мог бы и веский аргумент появиться в виде пальчиков на рукоятке. Класс, дедушка. А глаза такие добрые-добрые.
— Я, пожалуй, тоже поеду, — сказала Ангелина, намазывая масло уже на третий круассан.
Ширяй даже не ответил, просто махнул на неё рукой. Не глядя.
— Почему?!! — возмутилась она.
— Другие дела есть.
Ее мальчик далеко в семи моpях
Пьет дpугих девчонок сок поет им песни…
— А Витя? — спросил я. — Водитель. Он зачем?
Лишний соглядатай мне особо не нужен был. Парнем он казался неплохим, но это всегда теорией относительности проверять надо. Я вон с виду тоже ничего. А у Ангелины вообще личико ангельское.
— Он тебя и повезёт. И в Верхотомске тебя повозит, если надо. Чтоб не просить ни у кого. Свой водитель. Никому неподотчётный.
— Вообще никому? — хмыкнул я.
— Ну, транспортному офису он подчиняется, конечно, — пожал плечами Ширяй.
Ну-ну.
— Когда Давид в Верхотомск вернётся? — спросил я.
— Скоро, — кивнул Ширяй и усмехнулся. — Он тебя одного не оставит, не переживай. Вдруг набедокуришь? Паука какого-нибудь на завтрак слопаешь. Ты понял меня? Не про паука, а про остальное? Если увидишь что-то странное, звони сразу напрямую. Кого бы это ни касалось.
* * *
Вскоре мы выехали. Нужно было успеть к рейсу на Казань. Никаких проблем по пути не возникло. И в Казани не возникло, и в Новосибирске. Разве что, путь получился не самым коротким, и мы устали, как собаки. И мороз. В Новосибе закрутило под тридцать градусов. Мы взяли такси и переночевали в отеле, а утром я позвонил Алёшкину и он выслал машину.
Времени в пути я много вчера провёл, делать в дороге нечего было, так что я рыл интернет. А ещё и Сергеева попросил поискать. От Сергеева, естественно, пока ничего не было, а вот в сети кое-что интересное нарыл. Порыть пришлось усердно, выискивая упоминания и цитаты.
Например, стало известно, что позавчера погиб замминистра Здравоохранения Мансур Рашидович Рашидов. Он ехал в автомобиле, водитель не справился с управлением и на скользком участке машина вылетела с дороги, врезалась в промышленное здание и загорелась. Эта инфа, как раз, была на самом виду. Прочитав, я представил немигающий взгляд дяди Васи, всматривающегося в пылающее нутро внедорожника Мансура.
Любопытно было то, что до недавнего времени Мансур работал заместителем другого министра. Министра строительства. И даже курировал крупные проекты, хоть и не единолично. И одним из таких проектов был «Белый мыс».
А Давид, как было сказано, уехал в Сочи по вопросам именно «Белого мыса». Только проект этот реализовывался в Крыму, а не в Сочи. Под него был отдан охрененный кусок побережья с белыми песчаными пляжами, как на Мальдивах, и с огромной площадью застройки стоимостью в дохриллион рублей. В скором будущем там должны были возникнуть наши русские Мальдивы.
На этом любопытные открытия не закончились. Одним из операторов, получивших доступ к проекту был «Союз Сибири девелопмент», в состав которого входила не очень большая, но интересная компания «СибСтройКонтур-М», которая в настоящее время осуществляла девелоперский проект в Кольцово, Новосибирской области. И наняла в качестве субподрядчика шарашкину контору «СтройПрофДемонтаж», принадлежащую некоему господину Алёшкину.
В общем, я снова приехал в Кольцово, в тот самый домик, который посещал с Давидом. Алёшкин сегодня испуганным не выглядел. Не лебезил. Оно и понятно. Тогда был Давид, а сейчас мальчишка-поджигатель.
— Ну что, товарищ Алёшкин, — улыбнулся я и протянул руку. — Как поживаете?
— Нормально, — кивнул он, показывая на дешёвый пластиковый стул.
Лицо у него было кругленьким, с румяными щёчками. Волосы жиденькие, пшеничные, губы влажные, глазки маленькие. Заплывшим жиром толстяком он не был, но излишества в виде круглого животика имел. И в целом это выглядело так, будто он был беременным.
— Как величать-то тебя? — кивнул он и тут же отвлёкся на сообщение в телефоне.
Я взял стул, стоявший чуть в сторонке у окна, пододвинул ближе к Алёшкинскому столу, перевернул спинкой вперёд и оседлал, как коня. Сложил руки на спинке и опустил на них подбородок.
Алёшкин закончил писать сообщение, отложил телефон и поднял голову, с лёгким недоумением посмотрев на меня, будто забыл о моём присутствии. Судя по всему вводная от Давида пришла типа того, что приедет, мол, какой-то пацанчик. Дай что надо, дай людей и пусть жжёт дома. Ну-ну.
— Готов слушать, Алёшкин? — спросил я. — Если надо ещё и любовнице написать, ты пиши. Я подожду, чё там. Времени у нас пресс. Спешить некуда, да? Полгода ждали и ещё подождём х* ли.
— Почему? — выпучил он свои мелкие глазки-бусинки, как у белой мыши.
— По кочану. Тебе сколько времени было дано? И где результат?
— Э, ты чё, пацан… — опешил он.
— Значит так, величать меня будешь Сергеем Ивановичем, ясно? Время твоё закончилось. Ты бабки освоил? Охереть ты тут устроился. Доишь Давида на халяву и нихера не делаешь. Ты сколько себе отшершавил?
— А? — растерянно захлопал он светлыми ресничками. — Я ж по договору…
— Ты думаешь, я зачем приехал?
— Так это…— заморгал он. — Организовать… ну… зачистку.
— Не зачистку, а чистку, — поправил я. — Улавливаешь разницу? И знаешь, с кого я начну?
— Так это… Я ж на Давида Георгиевича не работаю. У меня подряд с «Контуром»
— Начну я с тебя, Алёшкин, — сказал я и встал со стула.
Я поставил ногу на сидушку и облокотился о своё колено.
— Огню разницы нет, на кого ты работаешь, и кто эти домики чудесные поставил.
— Так это… Сергей Иваныч…
— Звать как, спрашиваю!
— Анатолий Игнатьевич…
— Давай, Анатолий Игнатьевич, полный расклад. Чё почём, хоккей с мячом. А то ишь, не работает он, бляха. А какого хера бабки берёшь, если не работаешь?
— Так это… — помотал он головой, пытаясь понять, в чём проблема и где здесь скрыт подвох.
— Чё ты пыхтишь, как паровоз? Лучше меня не зли, Алёшкин, а то я тебе украденные бабки в одно место вложу и подпалю. И будешь ты бегать, пока на луну не улетишь.
— Да что это такое! — вполне натурально возмутился он. — Какие ещё украденные!
— Давай свои бумажки. Отчёт на стол! Сколько выделено, сколько реализовано
