Затем он услышал легкие шаги в коридоре.
Дверь распахнулась. Вошла Тайна, медленно и величественно. Каждый дюйм ее тела говорил, что она королева. Глаза Голта заметили небольшую серебряную шкатулку, которая вероятно была очень тяжела. Шкатулку Тайна держала в руках.
Лицо ее было суровым. Их глаза встретились.
– Милорд, – сказала она. – Милорд Голт, возможно, это можно будет использовать.
– Камень Могущества! – возбужденно воскликнул он. Голт двумя прыжками пересек комнату и остановился. Он ведь дал клятву Сигриту не прикасаться к нему. Но жизнь Тайны зависела от того, нарушит ли он клятву. Он протянул руку к шкатулке.
Тайна отвела шкатулку назад. Лицо ее было торжественным.
– Да, – сказала она. – Камень Могущества. Я решилась. Он будет твоим, но только при одном условии.
– Женщина, нам нельзя тратить времени. Дай его мне. От него зависит наше спасение.
– Я знаю. И все же я назову условие. И если ты согласишься, если ты не поклянешься, если ты не пообещаешь мне выполнить эти условия, не поклянешься своей любовью, независимо от того, умрем мы или нет.
Голт посмотрел на нее, прочитал решимость на ее лице.
– Я могу отнять его у тебя.
– Если ты так сделаешь, без моего согласия, я убью себя твоим же кинжалом.
– О, Тайна, не говори так! – его кулаки сжались, и он воскликнул: – Какое условие? Я приму его без всяких раздумий и исключений!
– Ты используешь этот камень только в этой опасной битве. Если магия работает, ты выиграешь сражение, он немедленно вернется ко мне, и я спрячу его снова в тайном месте, известном только мне. И ты никогда не будешь просить его у меня, если, конечно, я сама не дам его тебе, – она долго смотрела на него. – Таково мое условие.
– Я сказал, что принимаю его.
– Тогда клянись. Клянись своей любовью ко мне.
Голт колебался.
– Я клянусь своей любовью к тебе.
– Хорошо, – она протянула шкатулку. Голт взял, удивляясь ее тяжести.
– Здесь наверное свинец.
– Но не из этой Страны. Из внешнего Мира.
– Я не ощущаю ничего.
– И не ощутишь, пока не откроешь шкатулку и не возьмешь камень. Она не заперта. Открывай.
Голт положил шкатулку на стол. Медленно приподнял крышку. Затем у него вырвался вздох разочарования. Он ожидал увидеть необыкновенное сокровище. А вместо этого он увидел на бархате камень, самый обыкновенный камень, величиной с гусиное яйцо. Он не светился, не сверкал. Разве, что цвет его был необычаен. Вернее цвет его был непонятен. Он изменялся в зависимости от того, как смотреть на камень. Вот он черный, теперь коричневый, серый. Казалось, что собственного цвета у него нет.
Голт медленно взял камень в руки. Сжал его в ладонях.
Он стоял так почти полминуты, прежде чем начал чувствовать его.
Ощущение возникало где-то внизу живота. Оно начало медленно неотвратимо распространяться по всему телу. Когда оно охватило его нервы и мышцы, усталость покинула их, он почувствовал себя бодрым и сильным. Более того, камень возбуждал в нем воинственность, жажду боя. Это было самое сильное чувство, какое он когда-либо испытывал. Магия камня проникала в его мозг, он стал чистым и ясным. Все тревоги, волнения покинули его. Он отчетливо увидел все поле будущего боя: замок, долину и рощу, движущуюся армию и расположение защитников крепости. Он знал, в каком месте последует атака, где нужно расположить сильнейший свой отряд, как отражать атаку. Глаза его сверкнули. Он поднял голову и посмотрел на Тайну.
– Он действует! Клянусь богами, я никогда не чувствовал ничего подобного!
Она не улыбнулась. Лицо ее было тронуто страхом.
– Да, я вижу, как он действует.
Голт стиснул камень в руке, обнял ее другой рукой, притянул к себе с каким-то новым чувством, с какой-то неистовостью.
– Не бойся, Тайна. Этот день не принадлежит Барту! Он мой! – он горячо поцеловал ее и оставил в комнате одну.
– Помни свою клятву, – прошептала она вслед.
– Помню, – нетерпеливо ответил он. – Но сейчас время битвы. Ничего не бойся, моя любовь. Мы увидимся к вечеру, не сомневайся! – И он выбежал из комнаты.
Он нашел штурма и Гомона на стенах, распределяющих по местам лучников. Теперь все огромные силы Барта были видны, и армады Биров кружили в небе, ожидая сигнала атаки. Голос Голта был резким и повелительным.
– Штурм, когда вы пришли сюда из Бурна, вы были в доспехах?
– Да, в легких кольчугах, барон.
– Мы тоже, Барт все снял с нас. Они должны быть где-то здесь. Пошли людей отыскать их и одеть лучников для защиты от стрел Биров. Гомон, поставь котлы в самые ключевые точки.
– Котлы? А зачем? Нет ни смолы, ни свинца…
Голт нетерпеливо махнул рукой.
– Золото, золото! В замке полным-полно его. Расплавить его и этого хватит, чтобы утопить всю армию Барта. Собери все емкости, какие найдешь, наполни их золотом, расплавь его – мы подготовим Барту небольшой сюрприз. Он ведь уверен, что у нас нет ничего такого!
Сначала удивление, а потом оживленная радость показались на лице Гомона. Внезапно он расхохотался.
– О, боги, конечно! – и он убежал выполнять приказ. Штурм смотрел на Голта.
– Ты, что на меня так уставился, полковник?
– Мне кажется, что я вижу тебя впервые, – и он тоже отправился по своим делам.
Голт посмотрел ему вслед и засмеялся, ощущая в глубине груди нетерпение боя, радость от предстоящей битвы. Теперь он чувствовал себя сильным, готовым ко всему. Да это будет прекрасный день. Он чувствовал себя непобедимым. Рука его ласкала талисман. С этим маленьким камнем человек мог пройти через весь мир, как коса по лугу, скашивая всех своих врагов, как траву!
Он вышел на стену. Меч на поясе, в руке лук, за спиной полный колчан, поданный ему одним из солдат. Внизу послышался цокот копыт: это по двору вели оседланных лошадей, чтобы укрыть их под навесом от нападения биров. Ужас, почуяв своего хозяина, задрал вверх свою голову и, раздувая ноздри, приветливо заржал.
– Для тебя будет сегодня работа, – улыбнулся Голт. Он посмотрел на равнину.
Барт оставался, далеко за пределом досягаемости стрел. Голт видел, как тот руководит расстановкой сил. Он был спокоен, уверен в своих силах и совершенно не торопился. Так как и слиты, и биры хорошо видели в темноте, он вероятно решил дождаться ночи и тогда предпринять главный штурм. Вероятно, ему и в голову не приходило, что Тайна могла дать Голту Камень Могущества. Или он был уверен, что, даже имея Камень, невозможно с такими силами надеяться на победу над могучей армией. «Это потому, что Барт даже не мог представить, какими возможностями обладает этот Камень, – подумал Голт. – Никогда бы не мог представить, пока сам не взял бы его в руки».
