Джейси наполнила ванну водой и нежилась там целую вечность. Потом, уже в постели, почитала при свете керосиновой лампы и наконец заснула. Йэн пришел где-то под утро. Но сон был так сладок, что у нее не нашлось сил посмотреть на часы или что-то сказать. Проснувшись утром, она вспомнила только, что он уютно устроил ее в своих руках, прижавшись грудью к ее спине и положив подбородок ей на макушку, и тут же забылся сном смертельно уставшего человека.
Пораженная, она села в постели. Йэн уже ушел.
После минутных раздумий, нравится ей это или нет, Джейси обратила внимание, что на улице непривычно шумно. Она подошла к окну и увидела двух незнакомых мужчин, пригнавших с полдюжины диких лошадей. Животных поместили в загон рядом с конюшней. Йэн приближался к одной из лошадей с чем-то похожим на уздечку, а Крис пристроился на ограде и наблюдал за происходящим.
Джейси натянула одежду, пригладила волосы, почистила зубы и умылась. Ее охватило странное возбуждение — интерес пополам со страхом. Она промчалась через холл и кухню, на ходу поздоровавшись с миссис Виггет, и выскочила из дому.
Вскоре она уже сидела рядом с Крисом, ногами упираясь в нижнюю перекладину, а руками уцепившись за верхнюю. Открыв рот, она смотрела, как Йэн накидывает на выбранную им лошадь уздечку и одним движением вскакивает ей на спину.
Дергаясь, взбешенное животное ударило передними ногами в пыль, а затем, словно сбросив невидимые путы, завертелось, взбрыкивая и вставая на дыбы.
У Джейси вырвался крик ужаса, а Йэн смеялся — смеялся, сидя верхом на дикой лошади, — смеялись и Крис, и оба незнакомца, которые еще и подбадривали Йэна возгласами. Кончилось тем, что лошадь метнулась в одну сторону, а Йэн полетел в другую. Он перевернулся в воздухе, сильно ударился о землю и вскочил на ноги с легкостью, которая дается лишь длительной практикой.
Дрожащая лошадь стояла посреди загона, шкура ее блестела от пота, глаза закатились, так что были видны белки. Джейси почувствовала страх и ярость животного и глазам своим не поверила, когда Йэн снова подошел к лошади, что-то ласково говоря ей, поймал болтающиеся поводья, схватил ее за гриву и в мгновенье ока очутился у нее на спине.
Джейси стала слезать с ограды с криком протеста, но Крис остановил ее, положив руку на плечо.
— Тебя могут затоптать, если ты пойдешь туда, — совершенно разумно предостерег ребенок.
Джейси сглотнула слюну и замерла, наблюдая, как лошадь изо всех сил пытается сбросить Йэна на землю. Другие пять лошадей, такие же дикие, пребывали в панике, сгрудившись в другом углу загона. Джейси как наяву видела летящего туда Йэна и топчущих его животных. На какую-то секунду ей показалось, что, к ее стыду, ее сейчас вырвет на глазах у всех.
Йэн изображал из себя неустрашимого ковбоя и не видел, что его жена приросла к ограде, ни жива ни мертва от ужаса. Лошадь брыкалась и вставала на дыбы, пока силы ее не иссякли, после этого она просто стала в центре загона, бока у нее ходили ходуном, ноги дрожали, шкура была мокрой и скользкой.
Мужчины, так и сидевшие на своих лошадях, засвистели и одобрительно закричали, а Йэн перенес правую ногу через шею лошади и грациозно соскочил на землю. Заметив Джейси, он расплылся в довольной улыбке, дотронулся рукой до шляпы и направился к ней и Крису.
Крис был в восторге от спектакля, показанного отцом, но он был ребенком и не слишком хорошо представлял себе всю опасность происходившего. Джейси же, будучи взрослой женщиной, слишком хорошо сознавала все возможные последствия.
Йэн сдвинул шляпу на затылок и усмехнулся:
— А я уж думал, ты будешь спать целый день.
Джейси прикусила язык. Она хотела сказать Йэну, что он по-дурацки рискует жизнью, но не стала делать этого перед Крисом.
Йэн натянул кожаные перчатки, такие же изношенные, как и его страшная шляпа, улыбка задержалась в уголке его рта. Теперь Крис соскочил с ограды и побежал в конюшню, вероятно для того, чтобы оседлать свою лошадку.
Джейси махнула рукой в сторону лошадей, которые, прижав уши и выкатив глаза, забились в дальний угол загона. Ей удалось даже не повысить голоса:
— Воображаешь себя ковбоем?
Йэн только рассмеялся в ответ. Он наслаждался ее злостью, и это распалило ее еще больше.
— Я даже не собираюсь взывать к твоему разуму, Йэн Ярбро, потому что это было бы напрасной тратой моего драгоценного времени. Я скажу только одно: ты идиот!
Он изогнул темную бровь, уперев руки в бока. Он был в поту и в грязи с головы до ног, и Джейси подумала, что никогда он не выглядел так притягательно.
— Тебе не нравится, что я приручаю диких лошадей, дорогая? — невинно поинтересовался он.
Джейси слезла с ограды и подошла к нему поближе.
— По правде говоря, нет, Йэн, мне это не нравится. Для меня это словно смотреть, как ты без парашюта выпрыгиваешь из самолета Колли. Но я не позволю тебе втянуть меня в новый спор. Если хочешь сломать себе шею — вперед!
С этими словами она резко повернулась, но Йэн поймал ее за руку и вернул назад.
К ее удивлению, он совсем не рассердился.
— Это мой хлеб, Джейси, — спокойно сказал он. — Я веду это хозяйство. Развожу овец. Стригу их, купаю в дезинфицирующем растворе, чтобы мухи не съели их заживо. А еще приручаю диких лошадей и продаю их фермерам всей Южной Австралии.
Джейси он не успокоил, но она поняла, что этого мужчину ей не изменить, да она и не уверена, что хочет, чтобы он изменился. Работа у Йэна тяжелая, и чем она опаснее, тем больше ему по душе.
Она глубоко вздохнула.
— Хорошо, Йэн. Я понимаю, это твоя работа. Она тоже уперла руки в бока и наклонила голову набок. — Вопрос вот в чем: способен ли ты так же понять меня? Потому что преподавание — это моя работа.
11
— Хозяйственный двор не место для выяснения отношений, — заметил Йэн.
Джейси протяжно вздохнула. Конечно, он прав.
— Прекрасно. Поспорим позже. А сейчас у меня есть чем заняться.
Она повернулась и пошла прочь. На этот раз она не стала лезть через ограду, а вышла через ворота загона и направилась к дому.
Наскоро приняв душ, Джейси надела светло-голубое полотняное платье, колготки и босоножки и накрасилась. Когда она укладывала волосы, в спальню вошел Йэн. У него был такой вид, словно его проволокли по земле.
— Выглядишь мило, — недовольно сказал он.
В зеркале Джейси были видны его прищуренные глаза и плотно сжатые челюсти.
Джейси ощутила прилив удовольствия: Йэн ревнует. Ей захотелось прыгать от радости, устроить фейерверк, закатить вечеринку.
— Спасибо.
