Джейн хотела вывести его из этого равновесия. Медленно. Отчаянно. Также как он делал с нею. У нее не было большого опыта, поэтому она решила, что не позволит чему-либо остановить или напугать ее. Она познает его тело, каждое тайное желание.
- Джейн, - прохрипел он.
- Да, Николай.
- Мне нужно.. я хочу...
- Чтобы я попробовала тебя?
- О, боги, Джейн. - Его голос был скорее похож на карканье. - Да, пожалуйста.
Она села между его ног и посмотрела на его член. Он был такой длинный, такой толстый и твердый. Вниз, вниз, она наклонилась... но не взяла эту притягательную эрекцию. Пока нет. Она щедро уделила внимание его яичкам, дразня, как он дразнил ее, пока его бедра не поднялись в мольбе.
- Пожалуйста, - сказал он опять.
- Кому ты принадлежишь? - спросила она, как он спрашивал ее.
Николай даже не пытался выдержать паузу. - Тебе. Джейн.
Это тронуло ее так сильно, словно ласка, и она вздрогнула.
- За твое признание я подарю тебе наслаждение.
Она обхватила губами головку его пениса. Его вкус ударил по ее вкусовым рецепторам, и Джейн застонала. Больше, она хотела больше. Джейн приняла его член в рот, насколько это было возможно – он достиг ее горла.
У Николая вырвался хриплый стон. Она снова скользнула, слегка царапая по нему своими зубами.
И снова стон. Она застыла, не двигаясь, в мучительном ожидании.
- Джейн, мне это очень нравится.
Она скользнула вниз, затем вверх, повторяя процесс снова и снова, сначала медленно, затем увеличивая скорость. Вскоре он уже не мог говорить, мог лишь стонать и вскрикивать, как до этого она. Осознавать, что он весь в ее власти, что удовольствие, даруемое ею, захватило его целиком – все это было мощнейшим афродизиаком.
Когда его яички подтянулись, предупреждая о приближении кульминации, она замерла, зажав губами основание его члена, не давая ему кончить. Маленькая хитрость, о которой она читала, но никогда не пробовала. Рык его потребности пронесся по лесу.
- Джейн, - задыхался он. - Джейн, пожалуйста.
Николай дрожал, мокрый от пота, но он не кончил. И когда опасность этого миновала, она поднялась по его телу, так сильно дрожащему. Его клыки сделались так длинны, что оставляли порезы на губах и дорожки крови на подбородке.
- Почему ты не...
- Я хочу, чтобы ты был во мне, - ее кровь плавилась в жилах, над бровями появились капельки пота.
- Я нуждаюсь войти в тебя, но пока рано, еще рано. - Его руки вернулись к ее волосам, пальцы запутались в них. - Я должен контролировать зов … зов сперва укусить тебя.
- Следуй зову, - она наклонилась и быстро прикоснулась языком к одному из его клыков и случайно порезалась. - Давай. Я в порядке.
Он застонал, словно от боли. - Восхитительно.
- Еще?
Мир вдруг крутанулся. Он перевернул ее на спину и навис над Джейн. - Еще, - он говорил невнятно, его взгляд был прикован к ее бьющемуся пульсу. - Нет, не могу. Рано, еще рано, - повторил он. - Ребенок.
- Да? - Почему рано? Может быть, она была жадной. Может быть, эгоистичной. Она хотела его, сейчас же.
Николай усмехнулся изломанным смешком. - Нет. Ребенок. Я могу сделать тебе ребенка. Ты хочешь детей?
Понимание осенило ее. Печаль и страх вдруг охватили ее, притупляя некоторые из ее желаний.
- Я не могу иметь детей.
Будет ли он теперь меньше заинтересован в ней? Больше не захочет ее?
Женщина, что выбрал его отец, вероятно, может иметь детей.
О, нет.
Джейн думала, что смирилась с этой своей потерей. Но теперь... мысль о создании семьи с Николаем... Она хотела этого, поняла она. Не сейчас, но чуть позже. Когда они будут в безопасности. Она будет с ним, и его ребенок под ее сердцем... Она никогда не познает этой радости.
Отсутствие детей была еще одной причиной, почему она бросила Спенсера.
Однажды они говорили о заключении брака и создании семьи, так что она знала, насколько сильно он хотел этого. С нею он был бы лишен этого. Так что она отпустила его, зная, что он будет благословлять тот день, когда женился на другой женщине, детей, которые будут бегать и смеяться в их доме.
- После аварии мое тело было изуродовано, - сказала она, толкая слова сквозь комок в горле. - Так что тебе не нужно беспокоиться, что я забеременею. Никогда. И если ты хочешь остановиться и никогда не продолжать что-либо между нами, я пойму это.
Николай посмотрел на нее сверху вниз, темный воин, чей гнев рвался наружу.
- Джейн?
- Да?
- Я хочу тебя при любых условиях. Ты нужна мне. Никогда не думай иначе, - с этими словами он раздвинул ее бедра и проник в нее одним мощным толчком.
Она забыла о своей печали вмиг, только необходимость, только всепоглощающее желание переполняло ее. Он был настолько большим, что растягивал ее лоно; она была настолько готовой, что ее давно не знавшее секса тело почти не сопротивлялось.
- Николай! - его имя, ах, как она любила его имя.
- И это мне нравится, - сказал он. А затем добавил. - Передумал. Это лучше.
Ее сознание затуманилось, а нервные окончания достигли болезненной точки удовольствия, и Джейн закричала. Она была так возбуждена, что даже малейшее прикосновение посылало ее к звездам. Но это.. это было сладостным раем.
О, боже, было так хорошо, что она ощущала растерянность. Она не хотела останавливаться, хотела этого навсегда ... с Николаем, Николаем, и он только ее. Она что-то лепетала, осознавала это, но не могла остановить себя. Не хотела ничего контролировать. Просто хотела большего. От него, от их соединения.
- Мне не следовало бы сейчас тебя кусать, но я должен.
- Давай. Прошу. Я твоя, Николай. Я твоя.
Он зарычал, а затем его клыки были в ее шее, и она кончила, сжимаясь вокруг него, цепляясь за него. Принимая все, что он предлагал, и требуя большего. И он дал ей это.
Он скользил по волнам ее восторга, двигаясь с таким рвением, что она теряла дыхание. Он – это единственное, что существовало вокруг, он был ее частью, единственным светом в ее мире.
Пил, пил, о да, пил. Вскоре у Джейн снова закружилась голова, и в ее сознании тенью проскользнула толика сомнения, словно оно скрывалось там все это время, ожидая пока ее защита разрушится.
Может быть, его "хочу тебя несмотря ни на что. Ты нужна мне" были лишь пустыми словами, чтобы заманить ее в постель и удержать от бегства. Может быть, туман страсти вел к этому. Может быть, позже он изменит свое мнение и не захочет ее.
Может быть, когда все закончится, он отошлет ее.
Нет, Джейн отбросила эту мысль. Нет, это не интрижка. Он не сможет отказаться от нее. А если бы узнал правду о том, как она экспериментировала с его сородичами?
