нанесет удар любому, кто попытается поддержать Тави.
Однако существовал один человек, с которым Арнос не станет спорить.
На самом деле ситуация еще не проиграна, катастрофа не случилась. Что любил повторять старый Киллиан, когда обучал курсоров?
Каждая проблема является шансом, если посмотреть на нее с правильной точки зрения.
Арнос склонил голову набок и изучающе смотрел на Тави.
– Какая мысль пришла тебе сейчас в голову, Сципио? Не думаю, что она мне понравится.
Тави улыбнулся:
– Сенатор, такие люди, как вы, никогда не ищут врагов. Они создают их направо и налево самим фактом собственного дыхания.
Арнос насмешливо прищелкнул языком:
– Неужели ты думаешь, что меня пугают твои связи? У всех нас имеются могущественные друзья.
– Не думаю, что вы способны видеть достаточно далеко, чтобы понимать, чего следует опасаться, – ответил Тави. – Как жаль, клянусь проклятыми вóронами. У вас есть таланты. Вы могли бы принести людям много добра, если бы захотели.
В глазах сенатора появился холод.
– Если я захочу, Сципио, – спокойно сказал он, – я могу приказать Наварис вырезать тебе кишки прямо сейчас.
Тави покачал головой и кивнул в сторону окон носилок:
– Если вы посмотрите вокруг, сенатор, то увидите цепочку всадников внизу – они находятся на таком расстоянии друг от друга, что способны передавать сигналы в лагерь. Я не сомневаюсь, что они видели, как ваши люди схватили меня при свете дня. Сами по себе они не могут двигаться быстрее, чем воздушные носилки, но все вместе в такой ясный день они способны передать сообщение. Не сомневаюсь, что в лагере уже знают, что вы меня арестовали.
Сенатор прищурился, потом повернулся к лучнице и что-то ей прошептал. Она, в свою очередь, открыла окошко, в которое ворвался рев ветра. Лучница поманила одного из рыцарей Воздуха. Они быстро обменялись сигналами. Рыцарь исчез из виду, а через несколько мгновений появился снова и послал лучнице утвердительный сигнал.
Арнос поджал губы и молча подождал, пока лучница закроет окно.
– Убейте меня, сенатор, – сказал Тави, прежде чем Арнос успел заговорить, – и вам придется ответить на ряд очень неприятных вопросов. – Тави наклонился вперед. – И я не обычный горожанин, на чью смерть никто не обратит внимания.
Рука Наварис легла на рукоять гладия Тави, и ее губы раздвинулись в злобной ухмылке.
Арнос схватил Наварис за запястье, не сводя глаз с Тави.
– Не сейчас, добрая госпожа. Давайте не будем терять самообладание. У всех был трудный день. – Он позволил себе улыбнуться. – Впрочем, лишь одного из нас будут судить за предательство.
– Посмотрим, – сказал Тави.
– Посмотрим и увидим, как тебя приговорят и повесят, Сципио, – сказал Арнос. Теперь его голос был лишен интонаций. – Даже если события будут развиваться так, что тебя оправдают, твоя роль в истории закончена. Твоим легионом будет командовать другой человек. Ты не будешь участвовать в этой кампании, не обретешь власти и славы во время серии сражений в течение ближайших пятисот лет, а другие эту власть получат. После того как на тебя падет тень подозрения в предательстве, тебе не дадут командовать даже центурией в гражданском легионе, и мы оба это знаем.
Тави молчал. Последние слова Арноса, произнесенные с полнейшим спокойствием, были гораздо страшнее злобных усмешек и взглядов. Он склонил перед ними голову, так человек признает неизбежность первого холодного ветра зимы.
– Ты уже мертв, – продолжал Арнос. – Мертв настолько, что не представляешь ценности для своего патрона. Ты мне не опасен. – Он отвернулся от Тави, словно тот больше не имел никакого значения. – Ты мертвец, Сципио. Все кончено.
Воздушные носилки слегка тряхнуло, и они начали спуск к занятому гвардией Отосу.
– С этого момента мы будем вести себя мирно и вполне цивилизованно – или можно сделать иначе. Так ты готов сотрудничать? Тогда для твоих людей все пройдет гораздо легче.
Тави не поднял головы.
– Очень хорошо, – просто ответил он.
– Вот видишь, Наварис? – пробормотал Арнос. – С ним можно договориться.
Тави продолжал сидеть со склоненной головой.
Так ему было легче скрыть улыбку.
Экипаж приземлился на городской площади Отоса, где оставались лишь легионеры сенаторской гвардии. Тави видел, как целая центурия устремилась к экипажу – личный эскорт, вроде его всадников-маратов. Гвардейцы выстроились в шеренгу, а один из них отворил дверцу носилок.
Первыми вышли Тави и сразу за ним два огромных телохранителя. Когда-то близость таких великанов, искусных в сражениях, напугала бы его до смерти. Однако теперь, когда более высокий телохранитель был на пол-ладони ниже Тави, а он сам превосходно владел всеми видами боевых искусств и магией, ситуация полностью изменилась. В лучшем случае они будут первыми его целями, если дело дойдет до схватки.
Когда Арнос вышел из экипажа в сопровождении остальных телохранителей, Тави зашагал вслед за ними. Его сопровождение не ожидало, что он поведет себя с такой уверенностью, и двинулось за ним с некоторым опозданием.
– Сенатор, – пробормотал Тави, кивая с вежливой улыбкой центуриону личного эскорта Арноса. – Мне представляется, что с вашей стороны требуется некоторая взаимность.
Арнос бросил на него мрачный взгляд, и Тави представил себе, как сенатора раздирают на части противоречивые чувства – то ли вести себя дружелюбно, то ли приказать телохранителям избить нахального командира до бесчувствия.
– Ты не в том положении, чтобы чего-то требовать.
– А я и не требую, – ответил Тави. – Просто я хочу заметить, что вы совершенно правы. Я проиграл и в политике превратился в труп.
Арнос посмотрел на него, когда они поднимались по ступенькам в дом, который он занял.
– Что ты хочешь сказать?
– Жители Отоса, – ответил Тави, приподняв бровь. – Вы получили то, что хотели. Теперь нет смысла их казнить.
– О, я даже не знаю, – задумчиво ответил Арнос. – Их пример поможет нам быстро навести порядок на дорогах. Я полагаю, судьба Отоса заставит жителей других городов оказывать врагу сопротивление.
– Или обратить оружие против нас.
Арнос пожал плечами:
– Простой народ, населяющий эту местность, не в состоянии нанести нам серьезный урон. Они не владеют фуриями. – Арнос холодно улыбнулся. – Ты только представь, как это будет выглядеть, Сципио.
Тави долго не отводил взгляда от сенатора. Когда его сделали курсором и шпионом в Первом алеранском, никто не рассчитывал, что он будет оставаться на этой должности так долго. Многие видели его в столице, рано или поздно кто-то должен был заметить удивительное сходство между Руфусом Сципио и Тави из Кальдерона.
Арнос был человеком госпожи Аквитейн. В данный момент он не мог представить себе, чтобы кто-то еще мог обладать такой информацией. Тави не сомневался, что это обоснованное предположение.
Однако сейчас не имело существенного значения, откуда Арнос получил эти сведения, – важным оставался тот факт, что он ими обладал, а потому знал, что нанесет удар патрону Тави, если причинит ему вред.
– Вы получили то, что хотели, сенатор. Эти люди вам никак не навредили.
– Но и не помогли. Я им ничего не должен.
– И это достаточный повод для вас, чтобы их убить?
Арнос
