они не станут.
— Ты когда-нибудь задумывался, откуда вообще взялись знания у Моровых? — спросил Владимир, решив не отвечать на прошлый вопрос. — Как вообще наша семья стала дворянской? Героически победила магов крови, да? Когда остальные просто разбегались в ужасе, только у одного Морова хватило мужества взять яйца в кулак и дать ковену отпор?
— Честно признаться, меня вполне устраивает официальная версия, — ответил я, не сводя взгляда с собеседника. — Но раз ты поднял эту тему и, очевидно, играешь на противной мне стороне, сейчас ты расскажешь о том, что Моровы либо суть отщепенцы вашего элитарного ковена, либо изначально были отправлены на свободу с тем, чтобы закрепиться в дворянстве.
Он вновь усмехнулся.
— Ты мне не веришь.
— Сложно верить человеку, который пока только выглядит, как будто является моим родственником, — пожал плечами я. — Что-то помимо слов и очевидной демонстрации промывки мозгов со стороны магов крови у тебя имеется?
— Я могу передать тебе дневники первого Морова, — ответил тот. — Почитаешь, узнаешь много нового.
— Нашей семье больше сотни лет, — возразил я. — За это время появилось столько даже не магических технологий, что можно подделать любой исторический источник. Да что там, я могу сам такие писать на выходных пачками, а в доказательство реальности сведений еще и своей кровью снабжать, выделив именно линию Моровых. Чтобы каждый не слишком искушенный дурак мог сравнить с нашим предком и убедиться, что это действительно дневник Морова. Или ты не слышал про скандал с попыткой возродить язычество в Российской Империи через публикацию якобы откровений жрецов многобожия?
Он фыркнул, ничуть не скрывая своих эмоций. Похоже, моему родственнику доставляло удовольствие вести такой диалог.
А я… Ничего не чувствовал. Рядом со мной сидел совершенно чужой мне человек, и если к тому же Александру Васильевичу я испытывал приязнь, доставшуюся мне в наследство от Ивана Владимировича, то вот этот парень никогда не был знаком наследнику Моровых.
— Что ж, раз ты мне не веришь в этом, — произнес он, взяв себя в руки, — полагаю, у меня остается только одно средство.
Вытащив короткий канцелярский нож из внутреннего кармана куртки, Владимир полоснул себя по пальцу.
— Думаю, установить наше близкое родство по крови ты вполне способен? — спросил он, глядя мне в глаза и совсем не обращая внимания на сочащиеся с пальца капли. — По крайней мере, будешь знать, что я не соврал и мы на самом деле братья.
Я посмотрел на кровь, падающую в истоптанную траву.
— Я вижу, что ты действительно в это веришь. Не знаю, в курсе ли ты, что такое трансмутация, Владимир, — произнес я, поднимая взгляд на собеседника. — Однако ты вроде бы сильный чародей, у тебя развиты семь узлов, в тебе плещется больше магии, чем во мне. Наверняка ты в курсе, какими знаниями обладает ваш культ, ведь ты назначал эту встречу и пошел на какие-то ухищрения, чтобы она осталась тайной от посторонних. Все это приводит меня к мысли, что ты допущен если не к самой верхушке культа, то хотя бы где-то рядом.
— Мы называемся ковеном, — повторил он.
— Картошка, картофель, — отмахнулся я и тут же продолжил свою мысль: — Так вот, в магии крови существует довольно непростой обряд, с помощью которого можно кардинально изменить физиологию плода еще в утробе матери. И в результате получается человек с нужным набором генов, который запросто может стать хоть новым наследником Российской Империи, хоть любого дворянского рода на выбор.
Он скривился, заживляя порез на пальце усилием воли. Я видел, как качнулась магия в его узлах, сращивая повреждение. Но даже печатей ему для этого не понадобилось.
Тоже так хочу, черт возьми. Сколько можно бегать с примитивными чарами.
— О чем ты говоришь? — спросил Владимир.
— Так ты не знаешь? — в ответ удивился я. — Тогда, полагаю, тебе следует спросить у тех, кто тебя обучает магии крови. Ритуал, о котором я говорю, сложен, в него требуется вложить огромное количество силы. И для того, чтобы эффект не прошел, а закрепился, придется зарезать на алтаре парочку магов с шестью узлами. Но, как мы с тобой видим, твой культ на это пошел. И я даже знаю, зачем им это…
— Ну, говори.
— Меня похищали ведь не просто так, — улыбнулся я. — Дед уже давно оставался один из старших родственников, к тому же он был болен и слаб. Убрать его законного наследника, то есть меня, не сложно. Но ведь мало просто зарезать меня на алтаре, нужно перехватить власть. А тут появляешься ты — такой же внук Морова, как и я. И кому бы осталось передавать фамильное наследие Александру Васильевичу? Правильно, только тебе.
— Чушь!
— Не большая, чем та, о которой говоришь ты, — пожал плечами я. — Однако моя больше похоже на реальность. А вот сказка, в которую ты веришь — она от нее чрезвычайно далека. Ведь если бы твои наставники действительно рассказали тебе правду, ты бы узнал, что в роду Моровых уже рождались неодаренные дети. И что эти дети становились такой же частью семьи, как и будущие маги. Ведь это логично — пусть сами они и не способны к чародейству, однако могут передать дар уже своим детям. Тем более, когда дело касается профессиональных охотников на темных магов, разбрасываться своими кровными родственниками станет только сумасшедший. Но ты поверил в эту легенду, а значит, твой культ постарался очернить Моровых в твоих глазах. Ты наслушался сказок, уверовал в них, но не понял, что эти сказки — всего лишь выдумки. Чтобы ты знал: Александр Васильевич был одним из самых благородных людей в Российской Империи, который неоднократно жертвовал собой и до последнего момента сражался за свою страну и ее жителей. А чем прославился твой культ? Тем, что убивает невиновных?
— Вижу, мне тебя не переубедить, — вздохнул Владимир.
— Я не доверяю тем, кто пытался меня убить, — ответил я.
— Тогда предлагаю перейти к теме, о которой мы говорили по телефону. В Москву не так давно прилетал английский дворянин Дэнис Крамм, — сообщил он. — Он же провел атаку на великого князя по заказу кого-то из высшего дворянства Российской Империи. За это я его убил, — он взглянул на наручные часы, — позавчера. Ковен не желает вражды с императорской
