Читаем без скачивания Возрожденная - Алеся Троицкая

Конечно, даже речи не шло о том, чтобы ему все о себе рассказать. В этом плане мне нужно было быть внимательнее и осторожнее. Это новый мир, и пока я во всем не разберусь, я не имею права рисковать. Внутренняя неуверенность меня поддержала.

Я недовольно поморщилась. Врать я тоже долго не смогу. Я положила голову на холодную поверхность стола. Душевная борьба заставила меня вести внутренний диалог.

– Мира, я знаю, что тебе не очень хочется, но тебе нужно поговорить с Айвеной и все ей рассказать. Она тебе поможет со всем справиться.

– Угу…

– Хотя… нет, сначала наведайся на Землю и убедись, что с четой Миридовых и их дочерью Лидой все хорошо. А после поговоришь с Айве.

– Возможно…

– Нет, все равно придётся сначала встретиться с Айвеной и попросить у нее медальон. Без него не прыгнуть на Землю. – Я резко поднялась на ноги. – Значит, разговора с Айве не избежать…

Я натянуто улыбнулась. Все будет хорошо, и никак иначе.

Я стремительно направилась обратно в спальню, где, по моим предположениям, должны были находиться мои вещи. Но, не рассчитав последствий моей прыти, споткнулась и с размаху рухнула на колени.

– Ну ни минуты без происшествий! – чертыхнулась я, отплевываясь микробами, которые предположительно могли попасть мне в рот после поцелуя с отполированным полом. Потом, прихрамывая, добралась до ненавистной спальни, в которой все было пропитано сладостным грехом.

Только сейчас незатуманенным взором я смогла осмотреть помещение, и во рту опять пересохло. Зеркальные и матовые поверхности окружали кровать, которая стояла в самом центре. Деревянные столбики, которые поддерживали тяжелый тёмно-синий балдахин, были покрыты резьбой – не просто цветочки и бабочки или витиеватые узоры, а самые откровенные позы занимающихся сексом людей. Бесстыдности, которым могла позавидовать сама Камасутра.

– Нет слов!

Наконец, перестав с отвращением разглядывать резьбу, я заприметила то, что заставило меня замереть на месте: к изголовью кровати на длинной цепи крепились тяжелые узорчатые наручники, от вида которых я почувствовала, что становлюсь красной, как маков цвет.

Я пересекла помещение, оказавшись по другую сторону от широченной площадки для разврата, и мельком заглянула в ящик прикроватной тумбы.

– Ох!

Предметам, находящимся там, мог позавидовать любой маньяк, повернутый на сексуальных утехах, или гинеколог извращенец. Я даже боялась представить, для чего нужны все эти блестящие металлические штуки и когда в последний раз все это использовалось. Надеюсь, не в ночь перед моим появлением в новой реальности. И почему я сейчас чувствовала себя так, словно надо мной надругались?!

Мои плечи поникли, но потом я взяла себя в руки. Ничего, с этого дня все в моей жизни поменяется, а то, что происходило до и не со мной, вернее, происходило с моим телом, но без моего разума, не имеет значения. Нужно просто с этим смириться и начать все с чистого листа. А при первой возможности попросить обслугу от всего этого избавиться. Сама же я к этому ни за что в жизни не притронусь. Кто знает, в каких местах побывали эти штуки и какой биологический материал на них остался!

– Отвратительно! – Меня еще раз передернуло, и я вернулась к своей первоочередной задаче: найти одежду и заодно принять душ, который был мне жизненно необходим.

Вода вокруг меня пузырилась и плескалась, окутывала и расслабляла.

Оказалось, что в моем распоряжении находится целая купальня. Другого определения я ей дать не могла. Огромный, встроенный в пол резервуар был наполнен теплой водой, источающей тонкий, но терпкий аромат сандала. Лепестки красных и розовых роз плавали по поверхности, создавая дивное впечатление. Снизу из каких-то невидимых труб поднимались пузырьки, расслабляя мышцы и приводя мои чувства в равновесие.

Резервуар был настолько большим, что я могла свободно плавать от одного края до другого, что я с удовольствием и делала. Правда, пару раз, полностью погрузившись под воду, я случайно глотнула воды; дико кашляя и отплевываясь, я убедилась, что на вкус вода не такая прекрасная, как на взгляд и запах: ароматические добавки делали ее горьковато-противной. Надо будет пожаловаться на такое безобразие. А то вдруг в следующий раз я захочу утонуть, и что? Я должна буду захлебываться горькой гадостью? Нет уж, увольте: если тонуть, то только в сладком сиропе!

Я откинула влажные волосы с лица. Хотя нет, от сладкого сиропа меня, скорее всего, стошнит, и это явно помешает моим планам. Ладно, сделаю в голове пометку: в ближайшее время – никаких игр в утопленников!

Разобравшись с мыслями по поводу ближайшего будущего, я на возрастающем позитиве ополоснулась под мини-водопадом и направилась прямиком в гардеробную, которая находилась в соседней комнате с «пыточной» – так на время я решила окрестить свою спальню, пока в ней находились все эти железки, наручники и бог знает что еще. Называть ее спальней не поворачивались ни язык, ни совесть.

Удивительно, но в гардеробной все было готово к моему приходу. Кто-то невидимый приготовил мне наряд, повесив его на видное место перед огромным зеркалом.

Я пребывала в легком недоумении: иметь собственный мини-маркет, под завязку набитый одеждой, да не просто одеждой, а одеждой моего размера, было, по меньшей мере, забавно. Хоть я никогда и не была помешана на шопинге, и мне не срывало крышу по поводу шмоток, как, например, Лидке, определенно, такое изобилие вещей затронуло в моей душе невидимые струнки вожделения. Я в предвкушении потерла ладошки, чувствуя себя хулиганистым чертенком.

С любопытством пробежав взглядом по множеству отсеков с одеждой, я подошла к зеркалу и вернула свое рассеянное внимание предложенному мне костюму.

Мое воодушевление померкло, и я мысленно укорила невидимку за то, что он посмел предложить мне подобное.

– Женщина-кошка убила бы меня за право обладать этим костюмом! – с иронией крикнула я в неизвестность, надеясь, что мои слова дойдут до адресата.

Я скептически разглядывала черную лакированную кожу, которая под моими пальцами казалась мягче бархата. Соблазнившись, я с трепетом провела по ее поверхности ладошкой. В той жизни, в которой Мира прожила триста лет, я, возможно, с удовольствием надела бы это, но в нынешней, где я еще не растеряла багаж нравственных принципов, я только ухмыльнулась.

– О, прекрасный развратный комбинезон, я уверена, что твой час когда-нибудь настанет, но не теперь. Отныне мои прелести не будут достоянием общественности, и пусть поцелует меня в зад тот, кто с этим не согласен! – Я игриво поцеловала кончики своих пальцев и приложила их к бедру, подмигнув самой себе.

Отложив наряд в сторону, я открыла ближайшую из дверей гардеробной и с большим удивлением уставилась на ее содержимое. Все пространство было заполнено похожими вещами. Кожа, латекс, сетки, полупрозрачные ткани… Я опасливо взяла в руки кусок материи. Что это? Платье? Шорты? Юбка? Хмм… Носовой платок?

Да, наверняка только носовые платки бывают такого размера, потому что узнать в этой тряпице какую-то другую вещь было затруднительно. Или, проще сказать, невозможно. Ну и что, что платок имеет множество непонятных отверстий, наверняка это дизайнерская задумка. Я скептически покрутила его в руках: чего только не придумают модельеры, чтобы выделиться! С раздражением я зашвырнула вещицу обратно.

– Мира, у тебя явно отсутствует вкус к нормальной одежде. – Я направилась к следующему стеллажу. Но там тоже меня ждало разочарование: мрачные наряды из секс-шопа занимали все пространство.

Тут я невзначай вспомнила про сестру Велиара.

– Лилит, если бы я знала, что мой гардероб будет наполнен подобным, – я быстро пробежала пальчиками по ровно развешенным вещам, – я бы никогда не назвала твои платья вызывающими. – От воспоминаний вернулась горечь. – Прости меня, Лилит…

Поразмыслив и поняв, что деваться, в принципе, некуда, я вернулась к зеркалу, возле которого валялся кожаный комбинезон. Через десять минут мучений все мои выпуклости были упакованы в черную кожу. Я была одета… но чувствовала себя все равно голой. Во-первых, как я ни пыталась, я не смогла найти нижнего белья. Видимо, моя предшественница считала ношение нижнего белья кощунством, и осквернять ее тело могла только одежда Женщины-кошки. Во-вторых, лиф от костюма корсетного типа приподнимал мою грудь на такую неприличную высоту, что ее можно было использовать как трамплин для горных лыж. Неоправданно вызывающе! Или при случае грудь можно было использовать вместо подноса. А что? Удобно: поставил тарелку и понес, зато руки свободны. Я невесело усмехнулась.

С усилием натянув до колена сапожки из мягчащей кожи и заплетя длинную косу, которая теперь доставала до поясницы, я с любопытством и неверием уставилась на свое отражение, наконец-то почувствовав и осознав, как триста лет жизни отняли десять лет моей молодости.