уголька в оправе из пуха — горели яростью. Видимо, портал ему тоже не нравился. Или он просто хотел спать. С Плюмом никогда не угадаешь.
— Ладно, пушистик, — я щёлкнул пальцами. — Блокируй эту дыру. Но не закрывай. Хочу осмотреться здесь, зная, что никто не проникнет к нам в дом и что никто оттуда не выйдет.
Плюм фыркнул, как кот, которого выгнали с подоконника, но подчинился. Он спрыгнул на землю, и в тот же миг его тело начало меняться. Пушистые перья растаяли, словно воск, а вместо них проступила чешуя — золотая, переливающаяся, как расплавленное железо. Из спины выросли крылья, похожие на сломанные зонтики, а хвост обвил мою ногу, шипя магией. Всё это заняло пару секунд. Знакомьтесь: Плюм в боевой форме — древнее магическое существо, способное рвать пространство, как я — пакет с чипсами.
Он поднял лапу, и из когтей вырвалась тонкая нить света. Она впилась в портал, словно игла в кожу. Вихрь взвыл, завибрировал, но Плюм не останавливался. Его крылья взметнулись, и сотни таких же нитей опутали портал, сплетаясь в сеть. Это напоминало попытку залатать бурлящий котёл паутиной — безнадёжно, но чертовски эффектно.
— Ты уверен, что это сработает? — крикнул я, прикрывая лицо от пространственного ветра. Воздух пах озоном и горелым сахаром. Типичный запах магического коллапса.
Плюм проигнорировал вопрос. Вместо этого он рыкнул — низко, как двигатель старого мотоцикла — и сжал лапу в кулак. Нитки света дёрнулись, и портал… замер. Не закрылся. Не исчез. Просто застыл, будто его пригвоздили к воздуху. Теперь он напоминал гигантское окно, затянутое треснувшим стеклом. Сквозь паутину магии виднелись очертания уже родного иномирья: небо Крыма, компактные здания, толпы клинков и армейских, копошащихся у входа. Они тыкали в барьер мечами, били палками, применяли сканирующие заклятия, но сеть Плюма держалась.
— Неплохо, — кивнул я. — Только теперь он выглядит ещё опаснее.
Плюм повернул ко мне морду и щёлкнул зубами. В его взгляде читалось: «Сам в следующий раз латай». Потом он сдулся обратно в воробья и устроился на плече, ероша клювом перья. Видимо, считал дело сделанным.
Я подошёл ближе к порталу. Трещины в магической сети светились голубым, как прожилки в мраморе. Если прислушаться, можно было услышать вой космоса.
— Всегда поражался, откуда ты такие штуки знаешь? — спросил я, тыча пальцем в паутину. — Это божественная искра? Или инстинкты, как у кошек, которые всегда падают на лапы?
Плюм чихнул, и из его носа вылетела маленькая молния. Она прилипла к сети, и трещины тут же начали зарастать. Ненадолго, но всё же.
— Ладно, молчишь как рыба. Зато полезный, — вздохнул я. — Только смотри, если эта штука рванёт, первым тебя в щи засуну.
Он клюнул меня в ухо, явно не оценив шутку. Зато портал оставался стабильным. Пока что.
С чувством выполненного долга я, наконец, оторвал взгляд от портала и повернулся, чтобы отправиться в путь по неизведанным землям. И тут же пожалел. Очень. Крайне. Безмерно.
За спиной, на расстоянии броска копья, уже стояла армия серых качков. Тысячи. Тысяч тысяч! Хотя нет, пожалуй, не армия, а толпа. Представьте себе сборище самых отборных психов из всех измерений: шаманы в перьях, похожих на взъерошенных индюков, маги с посохами, украшенными черепами (надеюсь, не настоящими), и клыкастые глазастые воины. О, эти иномирцы! Ростом с медведя в стойке, клыки — будто сабли, а глаза… Глаза светились в лунном свете, как у змей. Видимо, природа намеренно пыталась сделать их страшными. У нее получилось.
Шаман в центре, с бубном размером с колесо телеги, начал трясти им так яростно, будто пытался вызвать дождь из лягушек. Его перья трещали, блёстки с посоха сыпались на землю, а он орал что-то на языке, напоминающем вой гиены.
— Эй, дружище! — крикнул я, махнув ему рукой. — Ты там не перетрудись. А то сердечко остановится!
Шаман замер, уставившись на меня пустыми глазницами. Потом завопил ещё громче. Маги в ответ начали жестикулировать посохами, и в воздухе вспыхнули зелёные шары энергии. Иномирцы же просто рычали, пуская слюни. Видимо, сейчас их словарный запас ограничивался «Съесть!» и «Ещё!».
— Плюм, — я потыкал питомца в бок. — Я думаю, мы поторопились с блокировкой портала. Нам тут сейчас все ребрышки пересчитают.
Он, свернувшись ёжиком у меня на плече, фыркнул. Судя по всему, он не видел в этом никаких проблем.
— Ладно-ладно… Прости, — вздохнул я. — Я бы никогда тебя не бросил в щи. Ты же знаешь! Предлагаю стратегическое отступление.
Шаман, словно услышав меня, резко ударил в бубен. Зелёные шары полетели в нашу сторону. Один угодил в камень рядом — и он испарился, оставив после себя дымящуюся лужу.
— Время вышло! — рявкнул я. — Плюм, открывай портал! Быстро! Сейчас не до обидок!
Питомец прыгнул на землю и в мгновение ока превратился в ту самую чешуйчатую тварь с крыльями. Портал дрогнул, сеть из световых нитей рассыпалась, и спираль снова закрутилась. Я рванул к проходу, крикнув через плечо:
— Всем спасибо, все свободны! Приёмный день — по четвергам!
Армия рванула за мной. Шаман бежал впереди, спотыкаясь о свой же бубен, маги путались в мантиях, а иномирцы просто давили друг друга, как стадо слонов в посудной лавке.
— Закрывай! — заорал я, выскакивая обратно в Севастополь.
Плюм взмахнул крылом, и портал снова схлопнулся, оставив врагов с носом. Последнее, что я увидел, — шаман, летящий лицом в грязь, и иномирец, отчаянно скребущий когтями по барьеру.
А потом меня схватили за воротник.
— Морозов! — проревел Краев, глава Клинков, попытался потрясти меня, как грушу, но у него не вышло — Плюм клюнул его в руку. — Ты что, решил устроить тут цирк⁈ С ума сошел⁈ Там же пол-иномирья собралось!
Я вырвался, поправил воротник и указал на портал:
— Во-первых, цирк уже там. Во-вторых, они не пройдут. Что-то сломалось у них. В-третьих… — я посмотрел на Плюма, который снова стал воробьём и чистил перья. — У меня есть план. У тебя есть план? Нет? Тогда помолчи и не мешай думать о его реализации.
Краев покраснел так, что я подумал — лопнет. Его мундир трещал по швам, а глаза вылезали из орбит, как пробки из шампанского.
— Ты… ты… — он задыхался.
— Я гений, знаю, — перебил я. — А теперь отойди. Надо решать, как их добить, пока они не догадались
