кусал ногти.
Тишина становясь более концентрированной. Отчаяние сгустилось так сильно, что, казалось, вот-вот заполнит кабинет и раздавит находящихся там людей и мебель. Первой напряжения не выдержала Кларисса. Медиа-магнат завопила:
— А-а-а, мало мне умереть! Так еще и последние часы жизни я провела с пидорастическими шовинисткими даунами!
Крик самого политкорректного человека в кабинете словно стал сигналом для других. Этаким выстрелом, с которого начинается бег или другие олимпийские состязания. Члены Советы принялись истерить. Они словно пытались превзойти друг друга по уровню истерии. Профессор остервенело выводил карандашом алгеброические формулы одной рукой, а второй — вырывал остатки волос на голове. Торговец оружием достал позолоченный револьвер и принялся заряжать его. Вставил последний патрон и крутанул барабан. Аль Ахмако приставил дуло к своему виску, затем задумался и услужливо предложил оружие массону. Давид Гуффаа отодвинул пистолет и пропищал:
— Вообще-то я верующий!
Отвергнув араба, массон достал из-под рубашки медальон в виде шестиконечной звезды. Вцепившись в него, еврей склонился над цепочкой и забормотал что-то нечленораздельное. После двух неудачных попыток он пододвинулся к ящеру, чтобы спросить:
— Странный вопрос, но ты знаешь какие-нибудь молитвы?
— Только отче наш-ш-ш… Подойдёт?
— Вряд ли…
Масон и ящер уставились друг на друга и непонимающе заморгали. Давид сделал это, как все люди, а зрачки Зок’Хэлла сомкнулись и открылись вертикально. Оба прозлезились и закашлялись от дыма, который доносился со стороны Билла. Тот затянулся и сказал задумчиво:
— Совсем как в «Метро 2033»… Или, скорее, «Терминаторе»?
Лекарство от всех забот
Всеобщая паника начала охватывать и Алексея. По рукам менеджера прошлась дрожь. Его ладони вцепились в край стола. Чем больше Алексей наблюдал за коллегами, тем сильнее становился тремор. Дрожь перешла с рук на туловище и дошла до головы. Алексей посмотрел вверх и, озарённый свечением лампы, засмеялся. Отнють не добрый хохот, полный истерики и злобы, пронёсся по комнате. Затем усилился, благодаря эху.
Зловещий хохот будто оглушил присутствующих. Члены совета оцепенели, позабыв про собственные истерики. Алексей порадовался бы этому, но его охватила головная боль. Иглы опять пронзили мозг. Откуда-то раздался голос, опять низкий, но в этот раз звучавший уставше:
— Что-то он разошёлся… Лидия Юрьевна, позовите Аристарха!
Алексей встряхнул головой и прогнал наваждение. Давя остатки хохота, менеджер пристыдил коллег:
— Самые влиятельные люди на планете! Или, точнее, существа?
Оговорившись, Алексей кивнул Зок’Хэлу. Затем — продолжил ещё более холодным тоном:
— Да как вас ни назови, вы жалкие! Смотрю на вас и не узнаю соратников, с которыми развязывал и заканчивал войны!
Менеджер посмотрел на Аль Ахмако. Тот стыдливо убрал револьвер в кобуру, закреплённую на лодыжке. Алексей почувствовал, как силы возвращаются к нему. Он продолжил уже увереннее:
— А как мы убедили миллион людей, населяющих Землю, что их на самом деле миллиарды!
При этом Алексей указал ладонью на профессора. Тот прекратил нервные расчёты: карандаш застыл над бумагой. Это выглядело так, словно на ученого наложили заклинание «остолбеней!». Алексей продолжил с ещё большей страстью:
— Кларисса, а как мы создали армию ботов и с ее помощью диктовали пользователям соцсетей, что им думать и как себя чувствовать!
Услышав своё имя медиа-магнат прекратила ругань. Раскрасневшаяся от злости негритянка глубоко вздохнула и кивнула. Алексей еле удержался, чтобы не хрюкнуть от восторга. Вместо этого он перешел с ораторского тона на проповедующий:
— Или разработали уязвимости для смартфонов, о которых не знают даже их производители, чтобы прослушивать КАЖДОГО и в любой момент. Да, Уильям? А как красиво заманили всех влиятельных политиков в ложе, чтобы держать их на коротком поводке! Верно, Давид? Наконец, мы скрыли от человечества, кто на самом деле доминирующий вид на Земле! Не так ли, Хэл?
Алексей, словно проповедник, воодушевил паству. В свою очередь, та оживлялась и подпитывала священника. Совет, минуту назад напоминавший группу смертельно больных, искрился от энергии. Но их энтузиазма не хватило надолго…
Новая Атлантида
Улыбающийся Алексей посмотрел на воодушевлённых членов Совета. Затем, нехотя, обратил внимание таймер. Осталась одна минута пятьдесят пять секунд. Еще никогда числа так не угнетали Алексея. Менеджер бессильно склонился над столом.
«Действительно, разбгребём эту кучу дерьма! Да, Алекс?», — бодро произнес Аль Ахмако. Его запал поубавился, когда араб увидел бледное лицор менеджера. Торговец оружием развел руками и усмехнулся:
— Похоже нашему «пастору» самому не помешает заряд веры. Хэлл?
Ящер нехотя встал с кресла и направился к Алексею. В лапе Зок’Хэл крепко сжимал шприц, с иглы которого капала сыворотка лазурного цвета. Но менеджер не заметил ни этого, ни момента, когда рептилия обвила его шею хвостом, вылезшим непонятно откуда. Обездвижив жертву, хищник вколол препарат. Пятисантиметровая игла вошла в шею так быстро, что Алексей почти не почувствовал боль.
Алекс задрожал, затем его тело обмякло. Всё это время Зок’Хэл не ослаблял захват и держал обессилевшего, недовольного пациента:
— Что ты мне вколол, собака? В смысле, ящерица…
— Это помож-ж-жет… Прости, что так грубо. Иначе ты бы не согласился
— Извиняешься за грубость? Ты не знаешь, что это такое! Сейчас я тебе покажу…
Алексей прервался, удивившсь энергии, взявшейся непонятно откуда. Зок’Хэлл почувствовал, что больной оживился и ослабил хватку. Чешучатый хвост вновь пришёл в движение, но на этот раз возвращался «домой». Менеджер пытался увидеть, куда Зок’Хэлл втянет хвост. Но всё произошло так быстро, что Алексей ничего не разглядел. «Облом!», — цикнул Алексей.
Досада Алексея прошла, когда приятная теплота растеклась по его телу. Ушли муражки, а вместе с ними — паника. Голову окутал лёгкий туман. Как ни странно, он не мешал думать, а, напротив, помогал не отвлекаться.
Таймер показывал меньше минуты, но его счёт больше не пугал Алексея. Он воспринимал эти цифры отстранённо, как часть математического уравнений. Алексей прикрыл глаза на секунду, затем распахнул их и выпучил. Бодро окликнул Коена — реакции не последовало. Тогда менеджер сказал громче:
— Эй, задрот!
Неожиданный выкрик привлёк внимание не только Коена Лафаарда, но и Билла Бунко с Давидом Гуффаа. Троица вздрогнула и вопрошающе, укоризненно посмотрела на Алексея. Тот смягчил тон:
— Нам нужно выиграть время, пока мы не разработаем полноценный план. Усторим какой-нибудь катаклизм, трагедию — да, что угодно! Главное отвлечь политиков и военных, размахивающих ядерными «дубинами»… Профессор, мы можем затопить Новую Зеландию?
В ответ Коен Лафаард захлопал глазами и откинулся в кресле. «Алекс, вы в своем уме, как мы можем смыть острова с миллионами обитателей?», — вскрикнул учёный. Менеджер покачал головой и парировал:
— Вы хотели сказать: несуществующие острова? Профессор, я ценю вашу преданность идее о шарообразной Земле,
