В горле пересохло. И почему-то вспомнилось, что на мне нет белья. Джинсовые шорты и тонкая майка – едва ли серьёзная преграда. Нужно лишь придвинуться к нему ближе ещё совсем чуть-чуть. Никакого расстояния тогда не будет. Почувствовать твёрдое горячее тело внутренней стороной бёдер, прижаться к нему по бокам полусогнутыми коленями – почти рефлекс. Словно не в первый раз. Так и надо. Вот так только правильно. Когда нет больше ничего и никого. Лишь я и он.
– Просто я хорошо притворяюсь, – выдохнула едва слышно.
– Тогда не прекращай, мне всё нравится, – прохрипел Ник не своим голосом.
Мгновение и он с рыком впился в мой рот.
Так жадно и глубоко, что я забыла, как надо дышать.
Прижал к себе так крепко, почти до хруста костей.
И я…
Растворилась. Забылась.
В происходящем. В мужчине.
В его запахе и действиях.
Ничего не осталось во мне, кроме одного единственного желания.
Пусть не останавливается.
Возьмёт всё.
Сполна.
– Ник… – то ли попросила, то ли прокляла.
Нас обоих.
Ведь так не бывает…
Чтоб в один момент весь мир перевернулся.
Вместе с…
Оглушающим выстрелом!
Меня моментально придавило спиной к капоту. Ник накрыл меня собой. И… тишина. Всего секунду. Мой рваный выдох. Его шумный вдох. Злое вибрирующее рычание. Синее пламя в наполненных яростью глазах цвета Атлантики. Футболка пребывающего на грани оборота волка затрещала по швам.
Он поднимался медленно. Выпрямляясь на руках, сжатых в кулаки, пока я осознавала весь масштаб происходящего.
Выстрел был в воздух.
Как предостережение…
От тех, кто пришёл.
За мной…
Их…
Было много.
И да, я точно спятила.
Иначе как пропустила появление стольких машин?
И четырёх десятков оборотней Лас-Амоладерас…
– Отойди от неё, – холодно прокомментировал содеянное самый старший из всех.
Тео – родной брат Далии. Их родители погибли, когда они были совсем малышнёй, и их воспитывал мой отец. Если кто и будет заботиться обо мне в отсутствие Сальваторе Вега, так это Тео. И если бы я хоть немножечко включила свою соображалку, а не предавалась развратным мыслишкам, то это не стало бы никаким сюрпризом, с учётом, что мой телефон раздавлен, и парковка – последнее, что я сообщила о себе его сестре.
Хотя всё равно…
Четыре десятка!
Серьёзно?
Можно подумать, у нас тут намечается война…
Вон как люто уставились, окружили, взяли в кольцо…
Чтоб эту их чрезмерную опеку!
– Тео, не надо, – попросила мягко, вцепившись в мужскую футболку, поднимаясь вслед за Ником. – Я в порядке.
С учетом, какой животной яростью вспыхнули его глаза, он мне явно не поверил. А стоило усесться, как вновь злобно прорычал:
– Отойди от неё, Оливейр-ра!
Прицел автомата сместился ниже. Прямо на нас.
И… Как он сказал?!
Оливейра…
– Ещё скажи, что никогда не промахиваешься, – ухмыльнулся Ник, даже не подумав отодвинуться от меня хотя бы на миллиметр.
Ник…
Оливейра…
Ник…
Николас. Оливейра.
Он же – король Рио.
Злейший враг моего отца.
Тот, кого я прежде никогда не встречала. Но знала о нём много. Слышала. И даже если эти слухи хотя бы на десять процентов правдивы, то… мне определённо хана.
Сложилось в голове не сразу, но само собой.
Как какие-нибудь долбанные кусочки пазла. С финальным штрихом в виде виселицы. Для меня. Вот и Тео:
– Ада скорее умрёт, чем под тебя прогнётся. Как и все мы, – прозвучало ответом для альфы огненного клана.
– Если бы я хотел как-то навредить, или использовать вашу баронессу, уже бы это сделал, а не светил перед вами всеми своей рожей, – огрызнулся холодно огненный альфа.
Я всё ещё цеплялась за его футболку. По пальцам судорога прошлась, прежде чем я сумела их разогнуть. И от оборотня отодвинуться. Сперва чуть назад. Потом ещё немного в сторону. И лишь для того, чтобы в итоге вернуться в прежнее положение одним уверенным жестом сильной руки Оливейра.
Твою ж… мать!
– Отпусти, – сказала негромко.
Меня одарили тяжёлым взглядом, но всё-таки отпустили.
Отпустил-то, отпустил…
Но взгляд, даже после того, как я обрела свободу передвижения, всё равно чувствовался так, словно меня вновь спиной к капоту пригвоздили. Не избавишься. Намертво.
– Только не спрыгивай пока на землю, – велел Николас, после чего выпрямился и, прикрыв глаза, принялся глубоко и размеренно дышать, успокаиваясь.
Я ему, честно, не мешала. Затихла. И приказ – не иначе, не стала нарушать. Если взбесится, прольётся много крови.
На Тео тоже старалась больше не смотреть.
Как и старалась не думать о том, что он и все, кто с ним пришёл, тут застали.
Десять плетей – лучшее и самое лёгкое, что меня может ждать…
Так погрузилась в свои нерадостные мысли, что пропустила момент, когда огненный волк совладал со своей звериной сущностью. Опомнилась от прикосновения. Его ладоней. К моим лодыжкам.
Что за?..
Аккуратно обхватил. Снял с меня сандалии.
И пока я пребывала всё в том же смятении, потянулся к стоящей за моей спиной ранее открытой бутылкой рома и принялся поливать из неё мою стопу, аккуратно смывая с неё кровь, тщательно дезинфицируя почти зажившие ранки.
Под всеобщее шокированное молчание…
В воздухе распространился аромат дорогого рома. Но прежде чем я успела снова что-то сказать или сделать, он выпрямился, и достал из пакета… носки. Белые и с виду самые простые, но довольно приятные по ощущениям. Которые надел мне на ноги. Затем поднял на руки и отнёс за руль импалы, куда не просто усадил, а ещё и пристегнуть не забыл. Все мои и отданные мне его покупки положил мне на колени.
– Не ходи больше нигде одна, веснушка, и держись подальше от Ньето, – произнёс на прощание, прежде чем отстраниться и всё-таки уйти, нахально козырнув напоследок всей моей многочисленной семье.
А я…
Я завела мотор.
И покупки на соседнее сиденье переложила.
Нашла в себе силы и гордости даже вслед ему не посмотреть.
Поехала домой…
Глава 2
Аделия
Поместье Вега, расположенное на холме, бывшее когда-то военным фортом, поприветствовало меня скрежетом распахнувшихся ворот и осуждающим молчанием, стоило выйти из машины.
Покупки…
К чёрту покупки!
Выбравшись наружу, натолкнулась на десятки лиц, ставших свидетелями моего позора с участием Оливейра.
Нет, это же надо так вляпаться!
На ровном месте…
Какого дьявола он вообще тут делает?!
В Картахене…
Там, где каждый спит и видит, как бы вырвать ему сердце. Насколько я помню, последний из его визитов сюда закончился кровавой резнёй.
Расхаживает тут преспокойненько, как у себя дома…
Вообще охамел, зараза!
Но ничего, вернётся отец
