и присоединился к стае. И волки побежали, постепенно набирая скорость. Я поплотнее обхватила его ногами, но все равно опасно кренилась из стороны в сторону. Да еще кот мешался. В итоге, немного наклонившись вперед, я одной рукой удерживала рыжего, а другой вцепилась в шкуру волка.
Стая двигалась почти бесшумно рядом. Сколько их? Я не могла посчитать. Потому что для этого следовало оглядеться, а я жуть как боялась падения.
Но когда волки перешли на бег с прыжками, я крепко пожалела, что согласилась на эту затею. При каждом прыжке я опасно наклонялась, а прижаться всем телом к спине мешал зажатый в руке кот. А еще я переживала, что своей хваткой делаю зверю больно. Раздражаю. Вдруг он не сдержится и укусит? Но волк как будто не проявлял агрессии. А после я приноровилась и даже начала немного крутить головой по сторонам.
Глава 4
Мы пробегали по живописным полянам, перепрыгивали небольшие ручьи и пересекали поля. Совершенно неухоженные, проросшие молодыми деревцами и кустарниками. Пару раз я видела стремительно убегающих зайцев и кого-то покрупнее. С рогами и белыми пятнами на коричневых боках. Но больше всего меня поразили безжизненные селенья. Сквозь крыши и стены прорастали деревья, разрушая постройки. Высокие кустарники сплошь покрывали улицы. Камни мостовых выворочены и валялись в траве. Удручающее зрелище, печальное. А от некоторых селений и этого не осталось. Просто груда камней в лесу.
— Кот, как думаешь, долго нам еще?
— Вы почти прибежали.
Я аж вздрогнула от знакомого голоса — лес.
— А вы как здесь очутились?
— Мы едины. Любое дерево — это лес. Каждая травинка, даже в городе под ногами врагов — лес. Это наследники до тебя так придумали. Поэтому мы неразлучны.
Это, видимо, как одна большая разумная грибница. Другого объяснения я не находила. Но надо признаться, очень удобно придумано. Вот только вражда леса с людьми… Нет, я понимаю, что самый кровожадный и беспощадный зверь на земле — это человек. Но те, кто были до меня, они ведь тоже люди. А! Я поняла! Всех их привлекала власть. К тому же с таким воинством им нечего было опасаться. Они действительно непобедимы. Ловко придумано.
Только вот люди… Тех, что я видела, откровенно жаль. Тощие, изможденные, плохо одетые. Лес проговорился, что выселит их через пять дней. И куда они пойдут?
Построить жилище — нужны деньги и силы. А откуда им взяться? А поля? Люди не соберут урожай. Чем они будут питаться до следующего лета? А скотина? Сено там, зерно? Они же тоже не выживут.
А я как без людей? Жить в лесу и разговаривать с деревьями да котом? И так всю жизнь? Ой, нет, я не хочу. А как же подруги? Встречи, веселая болтовня ни о чем и совместные походы по магазинам. А кому, в конце концов, я буду дарить подарки к праздникам?
Не согласна я на одиночество. Не хочу! Тогда что? Если веками лес натравливали на людей, смогу ли я изменить ситуацию? А люди? Они согласятся себя достойно и уважительно вести? Не станут рубить лес или поджигать его?
Если с лесом я могла бы попробовать договориться, то вот в людях совершенно не уверена. А это и есть главная проблема.
Постойте, я уже рассчитываю остаться здесь навсегда и меня не смущает, каким образом я здесь оказалась? И вообще все то, что меня окружает, тоже не смущает? Вероятно, так и сходят с ума. И лежу я сейчас в палате с мягкими стенами и глупо улыбаюсь, а санитары делают мне укол. Как бы проверить?
Преодолев очередной овраг, волки, пыхтя, взбирались на холм. А когда мы очутились на вершине, остановились. Я подняла голову, чтобы понять причину остановки, да так и замерла с открытым ртом.
Перед нами открылось совершенно круглое озеро. Берега его были белоснежными. Песок? А он может таким быть? Озеро находилось в низине, со всех сторон его обступали холмы. На вершине одного мы сейчас и стояли. Вода в озере была небесно-голубая и ровная, как зеркало, ни единого всплеска.
— Хрустальное озеро!
Волки не двигались, и я поняла, что это конечная. Осторожно слезла.
— Спасибо за помощь.
Что с того, что они не разговаривают. Наверняка ведь понимают меня.
— Волки были рады оказать наследнице услугу, — отозвался лес.
Звери вместе со мной спустились к воде. Напились и развалились на траве. Они что, так и останутся здесь? А я хотела искупаться. Но так как купальника у меня нет, то планировала это сделать нагишом. А при стольких свидетелях как-то стыдно. Да, они животные, ну и что? Глазеют же!
Я опустила на землю кота, и он с разбегу нырнул и с довольной мордой поплыл. Вот зараза! Я еще не пила, а он уже тушку свою в озеро засунул. Подошла и, пригоршнями набирая воду, долго пила. И впрямь вода чуть сладковатая. И каждый камешек на дне видно. А белым оказались мелкие ракушки, но не колючие, а приятные наощупь.
Я сняла кожаные сандалии на завязках и, приподняв подол, вошла в прохладную воду. Какое блаженство! Омыла лицо и шею — и сразу стало легче дышать. Да и жара отступила. С завистью смотрела на кота. Он вволю наплавался и распластался на ракушках брюхом вверх.
— Лес. А как удалось усыпать весь берег такой красотой?
— Мы попросили моллюсков на время сюда переселится всей колонией. Один из наследников захотел белоснежный берег. Ну а потом они вернулись домой.
— То есть можно попросить и мне что-нибудь?
— Конечно! Ты же наследница! Хочешь замок? Мы отобрали у короля.
— Нет, зачем мне одной? Но я подумаю над этим. А ты, что ты ждешь от меня?
— Новых побед! Ты поведешь нас в бой против людей!
М-да. Кажется, кот прав. Не такую наследницу, как я, они ждали…
Я ходила по берегу и пыталась привести мысли в порядок.
Допустим, только представим, что это не сумасшествие и не сон. В конце концов, даже официальная наука признает наличие параллельных вселенных. Возможно, меня в такую и занесло. За какие заслуги? А кто его знает!
Купаться. Мысли о купании мешали сосредоточится. Глаза неотрывно следили за манящей гладью воды. Я несколько раз обернулась. Волки, словно одомашненные собаки, развалились в траве. И явно потеряли ко мне интерес.
Может, все же зайти в воду? Сарафан я сниму. Но под ним рубаха, и таким образом я не голая. Коса? Ну и пусть вымокнет. При такой жаре простуда
