и включил ночник. В ящике стола он нашел телефонный справочник и стал листать его страницы.
Он должен убраться из Вашингтона. Даже ферма не достаточно далеко, когда его отец здесь. Пресса будет ползать по нему как муравьи, следить за каждым шагом, записывать каждое слово, которое он сказал, задавать Дереку вопросы, которые не касаются его ни в малейшей степени, и неверно цитировать его мнение по ним. Он будет делать такие вещи, которые разозлят отца и смутят его мать. Нет, на этой неделе он не мог позволить себе остаться в городе. Ради всего святого, он просто хотел избавиться от всех.
Голос, который ответил на его звонок, был дружелюбным.
— Я хочу отправиться в путешествие, сказал он без обиняков. — Хочу уехать завтра.
Вы можете это устроить?
Женщина рассмеялась, инстинктивно понимая, что она разговаривает с привлекательным мужчиной.
— Я надеюсь, что это возможно, но есть одна проблема, сэр.
— Какая?
— Куда вы хотите отправиться?
— Оу, — он запустил руку в мокрые волосы. Куда он хочет отправиться? Где он не был очень давно? Где солнечно, не слишком далеко. — Ямайка, — сказал он, не чувствуя вдохновения.
* * *
Солнце никогда прежде не видело ее грудь. У нее никогда не было случая обнажить её перед ним. Если бы был, то без сомнения, ей не хватило бы мужества. Но надо же с чего-то начинать, если ей предстоит интрижка.
Карен Блейкмор лежала на пляже на полотенце, одетая только в бикини, и, втирала в себя крем от загара.
Рядом с ней лежал огнедышащий дракон. Более шести футов в длину, его горбатая спина приподнималась из песка. Она влюбилась в него, как в своего защитника от незваных гостей.
Правда в том, что не существовало риска вмешательства в её личную жизнь. Она лежала на участке своего личного пляжа прилегающего к бунгало, которое арендовала на неделю. При выборе отеля она остановила свой выбор на бунгало. В обычном номере отеля ей не хватило романтики присущей бунгало спрятанном в частном тропическом саду.
Никто не мог видеть её здесь. Она могла засечь лодки в бухте задолго до того, как они приблизятся к берегу и укрыться в саду или бунгало. Если эта поездка окажется небогатой событиями за исключением отдыха и релаксации, то она, по крайней мере, сможет похвастаться загаром, когда вернется домой.
И лежать топлесс было действительно приятно. Солнце палило слишком сильно.
Карен очистила свой разум от беспокойных мыслей и позволила себе отдохнуть.
Она ощущала ласковое солнце на своей коже. Песок был таким мягким. Карибский Бриз нёс с собой ароматы цветов, моря и выжженной солнцем земли. Единственными звуками было завывание ветра сквозь пальмовые листья над головой и вода, которая мягко плескалась у берега.
Она услышала еще один звук. Он звучал так, будто надвигался небольшой циклон сопровождавшийся шлепками ног. Он был там прежде, чем она поняла.
— Вот чёрт! — крикнул он, когда увидел ее. Слова были произнесены в двух точных слогах, как будто первым было восклицание по ситуации, а вторым была оценка ее.
Он вытянул свою ногу, пытаясь остановиться. Та неудачно приземлилась в песок.
Снова выругавшись, он потерял равновесие и рухнул, истекая потом. Язык дракона был раздавлен между лопатками, а носу был причинен непоправимый ущерб.
Мужчина перевернулся к ней лицом. Как Олимпийский спортсмен начинающий гонку, он остановился на одном колене, другая нога была вытянута позади него. Его руки, которым позавидовал бы и Тарзан, упирались в песок, образовав в нём внушительные кратеры. Он был подтянутым, напряженно балансирующим. Сухожилия были натянуты.
Гладкие мышцы сокращались, а дыхание становилось тяжелым. Глаза мужчины сверкали.
Если бы он не был совершенным образцом человека, Карен подумала бы, что наткнулась на камышового кота.
Глава 2
Эти глаза! Зеленый, золотой и агат кружились в самой невероятной гармонии — опасно и увлекательно. Казалось, она была поглощена чернотой в центре его зрачка.
И его волосы. Каштановые. Насыщенного коричневого цвета, но в равномерную полоску с золотой нитью, как на тигровой шкуре. Они были длинноваты, но весьма привлекательно. Это ему шло и соответствовало его страстности. Он был голым, за исключением пары шорт для бега и кроссовок, от чего казался диким и примитивным. Его улыбка была медленной, дьявольской и знойной.
— Привет, — его голос был таким гладким, как пот, стекающий по загорелой коже и был таким же греховно привлекательным.
— Привет, — глупо пискнула Карен.
— Мне удалось не затоптать вас? — тигр рыскал глазами по ее телу. Когда они остановились на ее груди, то расширились с интересом, и Карен тут же поняла, что была одета, не больше чем он. Она схватила полотенце и сжала его перед собой.
— Да, только чуть-чуть, — выдохнула она. О Боже! Она хотела приключений, новых впечатлений. Но… Это?
— Мне очень жаль. Я не увидел вас, пока не оказался прямо поверх вас, — он снова улыбнулся с намеком, и она была уверенна, что выбор его слов был неслучайным. — Вы лежите за единственной дюной на пляже.
— Это не дюна, это дракон, — он склонил голову набок, будто пытаясь представить себе дракона в комочках песка. — Или был, — сказала она резко. — Это, как предполагается, мой частный пляж, — она говорила как старая училка. Без сомнения, он будет ослеплен.
— Жаль дракона, — сказал он с улыбкой, которая могла бы растопить айсберг.
Мужчина поднял глаза к вершине склона. — Это твой бунгало?
— Да.
Он улыбнулся еще шире.
— Я ваш сосед, Дерек Аллен, — он протянул руку и она отпрыгнула, проклиная себя за то, что ведет себя как идиотка. Она протянула ему руку, другой удерживая полотенце в области груди.
— Карен Блейкмор, — когда она попыталась отдернуть руку, он продолжал плотно удерживать её в своих ладонях.
— Вы действительно не должны были беспокоиться, прикрываясь этим полотенцем.
— Да, — сказала она, быстро облизнув губы. — Я действительно должна это сделать.
Пожалуйста, отпустите мою руку.
— У вас красивая грудь.
Кровь прилила к ее щекам.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
Внезапно она посмотрела на свою грудь.
— Я так не считаю.
— Почему?
— Если бы вы знали меня, вы бы знали — почему, — Карен настойчивей потянула свою руку, и ему пришлось ее отпустить. — На сегодня мне уже достаточно солнца. Боже мой, взгляните на мою руку! Она уже вся розовая! Тропическое солнце. Я не привыкла к этому и не хочу сгореть в первый же день.
Тарахтела она, запихивая свои вещи в большую соломенную суку. Когда она собрала все в одну руку, вскочила на ноги с грацией прихрамывающего страуса. Он поддержал её
