перед чашкой кофе. Мама тоже молчала, ела овсяную кашу и рассматривала за окном пожелтевшие деревья.
Раньше такого не было. Если они собирались за столом, всегда было весело. И по утрам никто не молчал, наоборот, все обсуждали, у кого что запланировано днём.
Лягушку Кит положил во внутренний карман рюкзака. Раз Марат и Яника не отнеслись к ней как к чему-то ценному или особенному, значит, можно взять её с собой. К тому же после летнего столкновения с зеркалами он просто побоялся оставить дома посторонний предмет. Мало ли что. Нет, в лягушке по-прежнему не чувствовалось ничего зловещего или холодного, но Кит решил не рисковать, вдруг лягушка окажется не самой простой вещью, а папа и так какой-то странный в последнее время.
* * *
Первой, кого Кит встретил в школе, была Инесса Вениаминовна.
— Так-так, — заулыбалась она, как пантера перед хорошей охотой, — и почему тебя, Буранин, не было вчера в школе? Расскажи, где был, что делал! Я видела в окно, как ты проходил мимо школьного здания.
Кит неожиданно обрадовался, что Инесса Вениаминовна сама его видела. Значит, Фролов с Гулюкиным промолчали. Молодцы!
— Я… это, увидел знакомого, а потом… это… немного не рассчитал время.
— А твоя мама написала, что у тебя болела голова!
Кит почувствовал, что краснеет, но быстро нашёлся:
— Ну… я это… потом почувствовал себя плохо и вернулся. Почти дошёл до школы и вернулся, представляете!
Инесса Вениаминовна хмыкнула.
На обратном пути Кит шёл через парк, пиная ногой мелкие камешки, валяющиеся на дорожке. С Инессой Вениаминовной вышло неудачно. Кто же мог предположить, что она напишет маме лично? Кит пнул ещё один камешек. Мама всему этому точно не обрадовалась.
Подул ветер, обсыпал всё вокруг ядовито-жёлтыми кленовыми листьями.
У станции, не дойдя до подземного перехода, Кит замер. У касс стоял Антошка. Он был в зелёном свитере и серых штанах, на ногах у него разевали пасти огромные разваливающиеся коричневые ботинки. Антошка был трезв, но стоял, немного раскачиваясь из стороны в сторону. Рядом с ним возвышался человек, похожий на цаплю. Даже издалека Кит увидел, что человек страшно зол. Кончик его носа побелел, кулаки были сжаты. Неподалёку от него топтался человек, похожий на капибару. Он беспокойно переминался с ноги на ногу и всё время нервно оглядывался по сторонам. Его взгляд несколько раз скользнул по Киту, потом метнулся к палатке с цветами, к ларьку с шаурмой. На сей раз эти двое были в одинаковых синих куртках, джинсах и ослепительно-белых кроссовках. Между ними стоял небольшой чёрный чемодан. Со стороны они напоминали людей, которые собираются в местный аэропорт и решили выяснить что-то важное напоследок.
Кит встал неподалёку и сделал вид, что копается в рюкзаке, отыскивая проездной.
— Ну Антон, соглашайся, пусть у тебя немного полежит наш чемодан. А мы тебе за это тысячу рублей заплатим.
— Не-а, — Антошка чуть раскачивался из стороны в сторону и смотрел куда-то за спины своих собеседников. — Не возьму!
— А он, смотри, удобный! На колёсиках. Тебе его даже не нужно будет нести, знай кати его за собой. А мы две тысячи дадим!
Антошка продолжал раскачиваться из стороны в сторону, по-прежнему смотря непонятно куда.
— Не-а…
— Пять тысяч!
— За вами серая хмарь колышется, — Антошка резко вытянул руку, показывая на что-то за спинами своих собеседников.
Те оглянулись, но ничего не увидели.
Тот, что был похож на цаплю, шагнул в сторону Антошки.
Антошка шарахнулся в сторону, повернулся и побежал в подземный переход. Люди в одинаковых куртках хотели было помчаться за ним, но чемодан им помешал. Человек, похожий на капибару, споткнулся и упал. Человек-цапля кинулся его поднимать.
Кит торопливо спустился в подземный переход. Антошка уже был далеко. Кит не пошёл за ним. Было уже почти три часа, и они вчера договорились встретиться с Маратом.
С открытием третьего диаметра ездить в школу и из школы стало удобнее. Электрички ходили часто. Но сегодня Киту пришлось ждать минут десять. Он стоял и смотрел, как над станцией кружилась стая голубей. Они то вдруг проявлялись яркими, почти плакатными силуэтами на фоне голубого неба, то растворялись в нём мерцающими точками.
Марат ждал у магазина. Вместе пошли к Харлампычу. Кит вспомнил, что вчера Марат был не очень рад этому.
— Ты чего не хотел идти? Много уроков задают?
Марат хмыкнул:
— С уроками как всегда, да и времени у меня в этом учебном году больше. Родители решили, что мне можно больше не ходить на занятия к Семихвостову. Пора начинать думать о поступлении в институт. Так что теперь буду просто дополнительно заниматься математикой. Может быть, раз в месяц смогу заглядывать к Тихону Карловичу. Мне понравилось, как мы летом занимались! Но меня другое беспокоит. Я тут решил на днях, что мы всё неправильно собрали.
— То есть?
— Ну ты же знаешь, что Иван Харлампович много лет мечтал сделать какого-то зверя, но одному ему было скучно его собирать. Да и оживить крупного не получалось. И мы с тобой летом несколько раз ему помогали. Но… Понимаешь… — Марат замялся, как бы отыскивая более точные слова. — Мы не придумали ничего нового. Ну то есть мы сделали просто ещё одну странную механическую штуку. А я вчера сидел, смотрел эту нашу дурацкую инструкцию — София Генриховна всех заставила её ещё раз прочитать перед фестивалем. И там была одна фраза…
Марат достал телефон и зачитал с экрана:
— «Большую часть перевозок сотрудники Волшебной почты осуществляли по воздуху. Для этого в разных областях нашей страны использовались всевозможные конструкции: деревянные ступы, избушки нескольких модификаций, рыбы, птицы и драконы. Конструкция должна была по возможности не привлекать внимания или, напротив, быть настолько фантастической, чтобы казаться случайным видением или фантазией того, кто о ней рассказывает». Я посмотрел, что выставляли на последних почтовых фестивалях. Все, все идут по пути «фантастической конструкции». Что только у людей не летает: и лошади, и дома, и слоны, и машины… Несколько раз были неплохие варианты с НЛО, — Марат задумался, — очень даже неплохие. Но это всё равно из области нереального.
— А что сейчас будет реальным? — Кит задумался. — Дрон? Так сейчас лучше не запускать их лишний раз и тем более не лететь на подобной штуке самому. Опасно, — Кит вспомнил, как недавно в Раменском дрон врезался в многоэтажный дом.
— Я придумал, что это может быть. Придумал! Но один не успею доделать до пятницы. Сможешь завтра прийти ко мне утром
