заметались между мной и Келленвайном.
— …Меня звал, — закончила она осторожно.
Но меня было не провести ни милым личиком, ни голоском. Я знала этот ее взгляд. Знала слишком хорошо.
Так смотрели на меня новые девушки Кости, когда случайно заставали нас вместе, не зная, что я его сестра. Они оценивали меня и быстро приходили к мысли, что такая, как я, им не конкурентка. И вот у меня новое тело, а этот взгляд остался прежним. И для справки, обычно ничего хорошего он о своем владельце не говорил. Все девушки Кости были теми еще стервами. Ему под стать.
— Ступай в мою спальню, Катарина, — приказал Келленвайн, не отводя от меня пристального взгляда.
А… Так это та самая Катарина?
Во мне вдруг вспыхнула непонятно откуда взявшаяся злость.
— Да, Катарина, иди-ка ты в спальню и захвати с собой своего любовничка, — процедила я, вновь заглядывая в пасмурные глаза психа, в которых в ответ на мои слова промелькнуло странное выражение.
И вопреки моему желанию, Келленвайн склонился ко мне еще ниже, так что я смогла ощутить свежий запах мокрых камней и луговых трав.
— Что ты задумала на этот раз? — угрожающе тихо спросил он, стискивая мои плечи до боли.
— Келленвайн, — обеспокоенно позвала его Катарина. — Мой ярл, мы…
Ярл?! Ну, конечно… Конечно, это ярл!
Он ведь вошел ко мне со словами: «Ты нарушила мой приказ». Я не выпила отвар, как он велел.
Так, значит, это ты хотел меня отравить, скотина!
Я скривилась.
— Вам уже пора, мой ярл, — едко ответила я. — Не заставляйте столь очаровательную девушку ждать вас слишком долго.
— Посмей только выкинуть что-то, Абигайль. И я брошу тебя в водную тюрьму, — мрачно пророкотал он и, наконец, отцепившись от меня, направился к своей пассии.
Я недовольно уставилась ему вслед.
И чего приходил? Попугать и позлить меня?! Ненавижу красавчиков!
Дверь за парочкой с грохотом захлопнулась, а я, все еще клокоча от эмоций, заметалась по комнате, как зверь в клетке.
Что это за ситуация вообще?! Что за ярл?! И кто я?! Почему он называл меня «Абигайль»?!
Мысли вихрем кружились в голове, затягивая меня все сильнее и сильнее в свою воронку. Тучи надо мной сгущались, и тревога зацвела в груди буйным цветом.
Все происходящее ненормально. Чертовски ненормально!
Я опустилась на кровать и спрятала лицо в ладонях.
Мамочка, что происходит? Я хочу домой…
Прошло несколько часов, а может минут, которые тянулись мучительно медленно. Никто ко мне больше не приходил, и я изнывала от скуки и тревоги.
Устав валяться на кровати, я решила осмотреть комнату, но тут ничего интересного не было. Из занятий был разве что пересчет трещин на потолке и стенах, но я сдалась на счастливом числе «тысяча два» и вновь начала бродить по спальне, неприкаянным призраком.
Кажется, я начинала уже пятый круг и, проходя мимо дивана у окна, вдруг нечаянно задела вазу, и она со звоном упала. Я выругалась и наклонилась, что бы ее поднять, но вдруг обнаружила, что плитка под ней прилегала не так плотно, как все остальные.
Тайник? Ну, какое-никакое, а занятие.
Какое-то время провозившись с камнем, я все же сумела приподнять его и отложить в сторону. А внизу, средь колючих палочек соломы, обнаружилась черная книга в кожаном переплете.
Не сказать, что я была книжным червем, но своей находке обрадовалась, как выигрышу в лотерее миллиона рублей!
Аллилуйя, я все-таки не тронусь умом от скуку! Протянув руку, я поспешно схватила книгу и села прямо на холодный пол, углубившись в изучение находки.
Страница летела за страницей, и чем больше я читала, тем в больший ужас приходила. Это была не просто книга, а написанный от руки дневник. Дневник Абигайль — женщины, чьим именем меня сейчас называют.
Большинство записей в нем были беспорядочными, словно написанные в порыве или скорее — в припадке. Иногда почерк нельзя было разобрать вовсе. Но пару ключевых моментов я, к несчастью, все же поняла.
Начнем с того, что написано было не на русском, но я каким-то образом разбирала каждое слово. А поразмышляв, поняла, что говорила я тоже на незнакомо звучащем мне языке.
И лишь один этот факт уже заслуживал взрыва мозга, но «чудеса» на этом не закончились.
Абигайль была женой ярла. Как вам? Ну, того самого, который угрожал насадить мою голову на чертову пику! И как вишенка на торте: похоже, что бедная девушка была до безумия одержима своим мужем.
Святой. Макаронный. Монстр. Черт. Вас. Всех побери.
Да, как же я так вляпалось-то?! Это какой-то прикол?! Не хотела выходить замуж, так очнись же в теле замужней женщины?!
Ха-х… Ха-ха…
В груди снова забурлил истерический хохот, но перерасти в новый приступ истерики ему помешал раздавшийся стук в дверь.
— Г-госпожа, желаете п-принять в-ванну? — услышала я уже знакомый голос Риики.
Ха… Я с силой растерла лицо руками и попыталась взять себя в руки.
Так. Все в порядке. Все в порядке. Все. В порядке.
— Да! — крикнула я. — И…
Приказывать кому-то было до ужаса странно, но…
— Риика, принеси мне зеркало.
Нужно хоть посмотреть, что я теперь собой представляю. Это какой-то кошмар не иметь понятия, как ты выглядишь.
Другое тело… У меня другое тело… Я покачала головой и убрала дневник назад в тайник и как раз успела приладить назад каменную плиту и поставить на место вазу, как дверь отворилась и в комнату вошли несколько девушек.
Первые несли в руках большую бадью, следом шли еще несколько — с ведрами в руках. На меня ни одна из них даже взгляда бросить не посмела. И нехорошее предчувствие подсказывало, что это явно не из уважения к моему статусу жены ярла. Скорее уж тут было повинно безумие Абигайль. Даже страшно представить, как она чудила.
Последней появилась Риика, еле таща худенькими ручками высокое, начищенное до блеска серебряное блюдо. Кое-как уместив его у стены, она, вся дрожа, повернулась ко мне и пролепетала:
— Чт-то еще, госпожа?
— Да. Принеси мне мужскую одежду.
Риика вздрогнула всем телом и от удивления даже бросила на меня короткий взгляд.
— М-мужскую одежду?
Я нахмурилась.
— Да. Тунику, штаны, сапоги. Что-то такое.
Платья я ненавидела и расхаживать в них не собиралась. Лишь под угрозой смерти я соглашусь облачиться в это чудовищное приспособление.
Служанки переглянулись меж собой, но спорить не осмелились.
Еще какое-то время они суетились в комнате, и вот наконец я осталась одна и сразу же рванула к средневековому аналогу зеркала. Но стоило мне бросить взгляд на свое
