плановый осмотр… — отвечаю, чувствуя, как внутри сжимается от лжи. Не могу сказать. Не хочу, чтобы он нервничал.
Друг и так сделал для меня невозможное: помог сделать новые документы, обустроиться, дал крышу над головой. Предоставил комнату в своей просторной трешке, мол, ему места все равно много, а вместе веселее. Тем не менее я понимаю, что срок моего проживания в квартире Славы затянулся. Надо что-то решать, ведь скоро родится ребенок и само его присутствие будет вызывать у мужчины неудобства. Хотя Слава не раз говорил, что я могу жить столько, сколько потребуется и что он даже готов помогать с заботами о ребенке… Идеальный мужчина. Просто подарок судьбы… И ни намёка на давление, ни ответных просьб. Только осторожная, тёплая забота. Иногда я ловлю его взгляд и вижу, что Слава чувствует ко мне нечто большее. Но молчит, уважая границы.
Я благодарна ему безмерно. Но ответить взаимностью не могу. Мои чувства всё ещё где-то там, в прошлом, где живёт человек, уничтоживший моё сердце. Наверное, именно поэтому оно сейчас дает сбой…
Матвей.
Сколько бы я ни старалась, забыть не выходит. Интересно, счастлив ли он теперь? Женился ли на Гале? Вспоминает ли обо мне хоть иногда? Или вычеркнул, как страницу с ошибкой?
Слава тем временем рассказывает что-то про работу, про ремонт в его кабинете… Я киваю, поддакиваю, а мысли уже там, у врача, у распечатки с диагнозом.
Сердце.
Моё бедное, слабое сердце…
— Эль, ты какая-то бледная, — неожиданно говорит Слава. — Тебе нехорошо?
— Нет-нет, всё в порядке, — я будто спохватываюсь и натягиваю улыбку. — Просто немного устала, вот и всё.
— Может, заехать в аптеку? Взять витамины? — Не стоит. Правда. Я просто домой хочу.
Он кивает, не спорит. Всегда такой — спокойный, ненавязчивый. И всё равно внутри тяжелеет: чем больше добра Слава для меня делает, тем сильнее моё чувство вины. Мне кажется, я не заслужила такую доброту.
По дороге молчим. Радио тихо играет, за окнами мелькают снежные деревья, редкие прохожие.
Я смотрю на город и думаю, что прошлое будто стерлось, как старое имя с паспорта. Но шрамы всё ещё внутри. Даже новый цвет волос не помог забыть ту, старую себя. Рыжий стал моим щитом: новая внешность, новая жизнь. Волосы обрезала. Теперь они едва касаются плеч, а раньше их длине мог позавидовать любой. Да и лицо словно другое стало. Глаза тусклее.
Совсем другая. Уже не Элеонора. Теперь — Элина. Все та же Эля, но в то же время совсем другая…
Руки, сложенные на коленях, подрагивают. Слава это замечает, бросает короткий взгляд в мою сторону.
— Замерзла? Прибавить тепло?
— Нет, — улыбаюсь натянуто. — Всё хорошо.
Слава подъезжает к дому, помогает мне выйти из машины. Двигаюсь осторожно, чувствуя тяжесть живота. Ребёнок тихо толкается, словно напоминает:
«Я здесь, мам, не бойся».
Мой маленький… Я буду жить для тебя. Даже если моё проклятое сердце будет давать сбой. Я сделаю для тебя все.
— Спасибо, что подвёз, — благодарю Славу, когда он провожает меня до подъезда.
— Не за что, Эль, — бодро отвечает. — Звони, если что-то будет нужно, ладно?
Я киваю и улыбаюсь.
Пока не закрывается дверца, пока его машина не уезжает, держусь ровно. А потом… Потом выдыхаю. И чувствую, как по щеке скатывается первая слеза.
Поднимаюсь в квартиру медленно, ступенька за ступенькой. Сразу ложусь на кровать, кладу ладонь на грудь.
Сердце бьётся неровно, будто спотыкается. «Дилатационная кардиомиопатия».
Это слово будто клеймо. Я никогда не думала, что со мной может быть что-то серьёзное. Всю жизнь чувствовала себя бодрой и здоровой. А теперь внутри растёт новая жизнь, и именно сейчас тело решило напомнить, что я не железная.
Закрываю глаза.
Перед мысленным взором всплывает Матвей: его лицо, руки, тот взгляд, когда-то полный тепла. Он разрушил меня, разбил это самое сердце. Может, болезнь — продолжение ада? Или просто совпадение?
Нет. Хватит.
Хватит думать о нём.
Я не Элеонора. Я — Элина Викторовна Чернова. Другая. Сильная. Живая. У меня ребёнок, который зависит от меня больше, чем кто-либо другой.
Сердце… Его нужно вылечить. Физически — у кардиолога.
И душой — выкинуть Матвея из памяти. Наглухо. Навсегда.
Только так оно перестанет болеть.
Глава 5
Элеонора
С самого утра всё идёт не так.
Просыпаюсь раньше будильника. Сердце стучит не то от страха, не то от предчувствия. Воздух в спальне кажется густым, липким. Секунд двадцать просто лежу, глядя в потолок, и не могу заставить себя подняться.
Сегодня день, который, возможно, изменит мою жизнь.
Приём у кардиолога — обычная формальность для здорового человека. Но я ведь прекрасно знаю, что для меня это вовсе не формальность. От сегодняшнего разговора может зависеть моё будущее. Моя жизнь. И потому внутри всё жжёт тревогой.
На кухне привычно пахнет кофе. Слава уже встал. Его шаги по коридору звучат привычно тяжело и уверенно. Он появляется в проёме, с чашкой в руке, прищуривается.
— Эль, ты так рано сегодня встала. Всё в порядке? — замечает друг, ведь обычно я люблю до последнего понежиться в постели.
Торопливо улыбаюсь, не желая, чтобы он заметил моё состояние. — Всё нормально, просто плохо спала.
— Бессонница?
— Что-то типа того, — отмахиваюсь, пытаясь сделать голос бодрым.
— Ты куда? Снова к врачу?
— Нет. Просто хочу прогуляться. Доктор рекомендовал чаще гулять и больше двигаться, — снова вру, пытаясь придать голосу беззаботности. Не хочу заставлять друга беспокоиться.
Во взгляде Славы горит забота и что-то вроде настороженности. Затем он морщится, но кивает.
— Хорошо. Только будь аккуратна.
Допив кофе, Слава уходит на работу, я слышу, как хлопает входная дверь.
На несколько секунд остаётся тишина, и я наконец выдыхаю. Подхожу к зеркалу. Вижу своё отражение. Вроде бы обычное лицо, но под глазами тени. Сердце отзывается ноющей тяжестью.
— Всё будет хорошо, — шепчу сама себе. — Просто приём. Просто врач.
Пальцы дрожат, когда застёгиваю пуговицы на пальто.
Может, я и правда себя накрутила? Может, врач скажет, что всё в норме, и отпустит домой с лёгкой рекомендацией «меньше нервничать»?
Но тревога не уходит. Я вызываю такси.
Дорога до загородной клиники занимает почти сорок минут. За окном мелькают поля, снежные сосны, куски неба. Я пытаюсь отвлечься, читаю вывески, считаю повороты, но мысли возвращаются кругом: диагноз, анализы, сердце…
Больница встречает меня тишиной и стеклянно-холодным блеском. Современное здание, большое, с зеркальными окнами, вылизанное до идеала.
Молодая девушка с дежурной улыбкой, словно из рекламы медицинских центров, принимает мой паспорт, проверяет фамилию.
— Кабинет двадцать третий, на втором этаже.
