не уверена в том, пытались ли они сломать щит или забрать его. Из-за начала Ветроблота — большого фестиваля в честь наступления зимы — любое из этого обернулось бы проблемой.
Лори взбежала по лестнице в квартиру. Ее мать работала по ночам в больнице, так что одна из соседок, миссис Уивер, оставалась с ними после школы, но она не заставляла их возвращаться сразу домой. Однако настояла, чтобы Лори была в квартире до того, как Джорди ляжет спать. Еще пару раз глубоко вздохнув, Лори взбежала по лестнице на четвертый этаж. Дом был не такой высокий, чтобы тут был лифт, но было достаточно ступенек, чтобы жаловаться. Если на них когда-нибудь обрушится торнадо, а в Южной Дакоте этот риск существовал, они все погибнут. Во всех квартирах имелись кладовые в подвале, и мать поклялась, что они смогут быстро спуститься вниз, если это понадобится, но эта лестница стоила пяти этажей. Они переждали пару бурь в подвале, но в основном оставались наверху в квартире, ожидая и прислушиваясь, и планировали сбежать по всем этим ступенькам, если понадобится. Это был плохой план.
Она подумала об этом, когда добралась до своего этажа, открыла дверь и вошла внутрь. Свет был выключен, и мерцание телевизора отбрасывало странные вспышки света в комнате. Хотя миссис Уивер скоро должна была уйти, Лори все равно заперла дверь.
— Ты опоздала, — сказала миссис Уивер, когда Лори вошла в гостиную.
— Джорди спит?
Миссис Уивер покачала головой.
— Если только он не начал храпеть под звуки взрывов и космических кораблей, нет, он не спит.
— Тогда я не опоздала, — заметила Лори. — Комендантский час до того, как Джорди уснет, так что…
— Хорошая попытка, мисс. — Однако миссис Уивер старалась не улыбаться.
Лори открыла дверь в комнату младшего брата. Повсюду были груды книг и игрушек, но мама не ругала его за это. Джорди был ее «маленьким ангелом», ребенком, который не беспокоил ее. Если звонили из его школы, это означало, что он проделал отличную работу или получил награду. Он должен был быть Торсеном.
— Спокойной ночи, — сказала она. — Прекрати все взрывать.
— Вулкан взорвался по-настоящему! — Джорди заерзал на кровати и перевернулся так, чтобы видеть ее.
— Что?
— Вулкан. — Джорди издал еще один звук взрыва. — Вся верхушка взорвалась, как ракета. Разве это не круто? Лава и дым, и…
— Мама не любит, когда ты смотришь новости. — Лори вздохнула.
— И ей не нравится, что ты приходишь так поздно. Я не скажу, если ты не скажешь, — сказал Джорди, с той силой торга, которая помогала ему получать конфеты в течение многих месяцев.
Она закатила глаза, но все равно сказала:
— Идет.
Закрыв за собой дверь, она вернулась в гостиную. Миссис Уивер собрала спицы и надела туфли. Они попрощались, и Лори свернулась калачиком на диване с домашним заданием по математике.
Ее разбудил звук поворачивающегося замка. Что-то вроде того. Сонная, она позволила маме уложить себя в постель. Не то, чтобы Лори обычно волновалась, но весь эпизод с Фином сегодня сильно напугал ее. Если бы Мэтт не вмешался, она могла бы уговорить Фина оставить щит в покое. Возможно. В любом случае, Мэтту не нужно было бросать эту светящуюся штуку, или что бы он там ни сделал.
— Виделась с Фином, — сказала она матери.
— Лори… — тон, который всегда был у ее мамы, когда она говорила о Фине, уже присутствовал; даже полусонная, Лори услышала его. Это означало плохие новости для Фина, нужно было держаться от него подальше.
— Он — член семьи, — пробормотала Лори, забираясь в постель.
Мама накрыла ее одеялом.
— Однажды он втянет тебя в неприятности, к которым ты не готова. Что ты тогда будешь делать?
— Справляться с этим. — Лори уютно устроилась в постели. — Я справлюсь.
Несколько часов спустя Лори проснулась со смутным ощущением удушья, что не было полной неожиданностью, потому что она проснулась как… рыба… лосось, если быть точнее.
Я — рыба.
Она заснула совершенно обычной тринадцатилетней девочкой, а проснулась рыбой, и, как бы ей ни хотелось понять, как это случилось, у нее была более насущная проблема: воздух. Лососю для этого нужна вода, а так как она была девочкой когда забиралась в свою постель, то теперь она была рыбой, которая и близко не подходила к воде.
Ее рыбьи глаза заметили спортивную бутылку, и она почувствовала проблеск надежды, но отсутствие пальцев и неспособность положить лосося в бутылку сделали ту бесполезной, поскольку решения не было.
Она дергалась на кровати, разрываясь между попыткой понять, как не быть рыбой, и попыткой решить, сможет ли она окунуться в воду… и попыткой проснуться по-настоящему, потому что шансы на то, что это плохой сон, казались довольно высокими…
Я не могу быть рыбой. Это сон. Нет. Я действительно лосось.
Единственной водой поблизости был унитаз, и окунаться в эту заразную штуковину было отвратительно… но потребность в воздухе перевешивала явную мерзость попытки плавать в унитазе.
Энергично шевелясь, она сумела вскочить с кровати, упала на пол, ее падение смягчили груды одежды, разбросанные по всей комнате. Она пробралась по одежде, книгам и мусору, скопившемуся на полу, и ударилась о закрытую дверь.
Мне нужна помощь. Мне нужен Фин.
Если бы рыба могла плакать, Лори заплакала бы. Мысль о том, что она умрет, как рыба, что ее мать найдет на полу вонючую мертвую рыбу, была ужасной.
Где Фин?
Ее кузен должен быть здесь, он должен помочь ей. Они помогали друг другу, но его здесь не было, а она могла умереть. Ее жабры быстро открывались и закрывались, она паниковала, слишком измученная, чтобы даже попытаться понять, как лосось может открыть дверь.
Дверь открылась, и Лори уставилась на своего спасителя. Не Мама. Не Папа. Не Фин. В дверях стоял ее младший брат.
— Почему ты на полу?
— Потому что я — рыба, — сказала она.
Джорди уставился на нее. Он открыл рот, видимо, обдумывая все, что он хотел сказать, и закрыл его. Он пожал плечами.
— Ты можешь открыть дверь ванной и положить меня в ванну? Мои плавники…
— Ты какая-то странная. — Он отвернулся.
— Она проснулась? — прокричала ее мама.
— Да, но она говорит, что она — рыба, — крикнул Джорди матери.
Лори глубоко вздохнула… и поняла, что у нее нет жабр.
— Я могу дышать! — Она оглядела комнату. Покрывала были спутаны, и она лежала на полу. Это был сон — яркий сон, но нереальный. Девушки не превращаются в рыб. Она встала, подошла к кровати и села на
