Как только он подумал об этом, Фин нахмурился. Печальная правда заключалась в том, что Фин не мог швырнуть Мэтта в стену. Торсены были неестественно сильны, и хотя каждый Брекке имел несколько дополнительных навыков, они также знали, не надо связываться с Торсенами. Ну, не каждый Брекке знал это. Лори по-прежнему ничего не понимала. Фин узнал о том, что происходит, всего несколько лет назад, и делал все возможное, чтобы прикинуться дурачком.
Будто Торсены думали, что мы все такие.
После того, как Крис прорычал что-то насчет сигнализации… и что-то ударило в стену… Фин решил, что лучше издавать как можно меньше шума. Он отнес ботинки к входной двери. Выйдя наружу, он придержал сетчатую дверь, чтобы та не хлопнула. Облегчение охватило его, когда он повернулся лицом к темноте. Он мог притвориться, что это только потому, что он избегал раздражения Криса, но правда была в том, что Фин всегда чувствовал, что немного напряжения исчезает, когда он выходит на улицу. Волки, даже в человеческой коже, не должны были находиться взаперти. Ночное время было лучшим. Большинство людей спали в своих постелях, и мир принадлежал ему.
Он сел на крыльцо, сунул ноги в сапоги, схватил мешок и лом, которые Крис оставил для него, и направился к Сарек Парку. Если Фин не позаботится о том, что он должен Райдерам, будут последствия. Райдеры — стая волчат — жили воровской жизнью, бродили от лагеря к лагерю, опережая закон всего на минуту. Они могли присоединяться к стаям, как только меняли облик, но с рождения они были в долгу. Как правило, их родители платили. Если нет, то стая вела подсчет взносов. Фин, как и любой Брекке, должен был либо платить взносы в местную стаю своей возрастной группы, либо присоединиться к ней, либо, когда он станет достаточно взрослым, стать волком-одиночкой. Сейчас он решил платить взносы… свой и Лори. Он не собирался никому подчиняться только потому, что они были лучшими бойцами.
Лори даже толком не знала, как все устроено. Она не знала, кто он, и кем она может быть, потому что не знала об их предке Локи. Поэтому она понятия не имела, что Фин иногда бывает волком. Им не нужно было говорить ей об этом, если только Лори не изменилась
Ее папа, дядя Фина Стиг, не думал, что она изменится. Ее мать не была волчонком, так что она могла оказаться обычным человеком. Если она не изменится, ей не нужно знать. Фин хотел, чтобы он мог сказать ей, хотел, чтобы она тоже была волком… почти так же сильно, как надеялся, ради нее, что она не будет волком. На данный момент, он согласился платить ее взносы в стаю волчат во время переходного окна. Обычно это делали родители, но дядя Стиг был волком-одиночкой, поэтому Фин взял на себя ответственность. Вот что бы он сделал, если бы Лори действительно была его сестрой, а не просто кузиной. Это означало двойные платежи, но он справится. Как только они узнают, изменится ли она, она возьмет на себя платежи, присоединится к стае или станет одиноким волком, как дядя Стиг. У Лори было еще меньше шансов присоединиться к ним, чем у Фина, поэтому, если она изменится, Фин решил, что либо поможет ей с оплатой, либо они станут волками-одиночками. Проблема одинокого волка заключалась в том, что он не мог оставаться на одной территории слишком долго. Он не мог представить себя одиноким волком без нее и уж точно не собирался присоединяться к Райдерам.
На данный момент, он платил все взносы, и по причинам, которые он не хотел знать, Райдеры сказали, что старый щит был достаточной платой за них обоих. Единственная странность заключалась в том, что волк, отвечающий за их возрастную стаю, Череп, сказал, что Лори должна быть вовлечена, по крайней мере, немного… и она была. Теперь Фин просто должен был закончить работу.
Его ноги болели от слишком многих походов между трейлером Криса и парком, но были правила по поводу прогулок в Блэквелле в качестве волка, поэтому он пошел, как был. Конечно, даже если ему позволят превратиться в волка, это вызовет другие проблемы. Что делать? Кусаться? Он слегка улыбнулся этому и пробежал остаток пути до парка Сарек.
Так поздно — или рано, на самом деле — патрульные машины проезжали мимо не так часто. Он взял лом, который дал ему Крис, и приложил его к борту корабля со всей силой, на какую был способен. Щит был уже ослаблен. Это должен был быть именно тот, третий щит спереди со странными рисунками. Символы викингов, догадался Фин. Он не знал, почему это должен быть этот щит, ему было все равно. Он просто вложил все силы в то, чтобы высвободить его.
Пятнадцать минут и несколько осколков спустя, Фин начал по-настоящему волноваться.
— Давай, давай. — Он дернул еще раз, и последний болт выскочил. Щит с грохотом упал на землю.
Фин перепрыгнул через борт корабля, приземлился на корточки, уперевшись одной рукой о землю, и схватился за щит.
В этот момент в парк вошел большой серый волк. Он был размером со взрослого волка, но еще до того, как стряхнул с себя шерсть и встал на две ноги, Фин понял, кто это.
Череп ухмыльнулся ему и сказал:
— Неплохо.
Череп был всего на несколько лет старше Фина, но он был намного страшнее любого из парней в школе. У него были шрамы на руках, и прямо сейчас, у него также красовалась красная царапина на щеке, которая составляла компанию многим фиолетовым и желтым синякам. Он не был тощим, но мускулистым. Череп состоял только из мышц, шрамов и осанки.
— Где Лори?
— Не здесь. — Фин сунул щит в сумку, которую принес с собой, и протянул Черепу. — Она помогала мне в первый раз, когда я пытался достать его, но ей не нужно встречаться с тобой.
Череп не взял сумку, которую протянул Фин.
— Можешь нести.
Он повернулся спиной и пошел прочь, не видя, повиновался ли Фин. Конечно, они оба знали, что он может последовать за Черепом или сразиться с ним… и что в результате драки он либо сильно пострадает, либо будет командовать этой стаей волчат. Победа в схватке с вожаком означала его замену. Фину очень не нравился Череп, но он не знал наверняка, что сможет победить старшего волка, а даже если и сможет, то не настолько силен, чтобы рисковать быть обремененным ответственностью стаи.
Они прошли,
