- Любите друг друга без меня, я подержу свечку, - угрюмо ответил он, когда Ксеар и брат позвали его на очередное совещание. И остался в институте.
К вечеру прилетел Яльсикар.
- Ты обиделся, что ли? – вертя в руках коммуникатор и не глядя на брата, поинтересовался он светским тоном.
- Я уже не ребенок, Андрей, - вздохнул Стас. Наедине он предпочитал называть брата реальным именем, все никак не мог привыкнуть к причудливым «никам», хоть и жил в мирах к тому времени уже лет пять.
- Я знаю, - серьезно ответил Бьякка, но Стас видел, что брат хитрит. По натуре манипулятор, он не мог удержаться от попыток управлять младшим так же, как всегда это делал. Но брат и вправду уже вырос, и научился критически смотреть на Андрея, не соглашаясь на все его идеи сразу. Он и сам не заметил, как из испуганного мальчика, потрясенного красотой миров и возможностями, которые они ему дали, превратился в уверенного, самостоятельного мужчину. Который вполне мог позволить себе не идти на поводу у сильных мира сего, хотя принципиально и не хотел входить в их круг.
Не получив ответа, Яльсикар сделал новую попытку:
- Тебе не удастся абстрагироваться от этого. Ты повелитель стихии. Чуешь, чем это пахнет? Это ответственность.
- Я ведь взял нагрузку, так? – пожал плечами Аквинсар. – Я вошел в седьмой и держу этот мир на себе, наравне с вами. Со всем остальным вы и без меня справляетесь. Я не хочу участвовать в бесконечной грызне. У меня и без того дел по горло.
- Город спящих? – лицо Яльсикара приобрело кислое выражение. – Айи просто использует тебя для воплощения своих идей, Стас. Ты хочешь быть простым исполнителем у него на службе?
Шел 135-й год. Стас знал, что брату уже 85 лет. Суммируя эти годы с его реальным возрастом, он понимал, что Яльсикар еще долгие годы будет смотреть на него как на ребенка. Как и Ксеар. Он принял решение держаться от них подальше, и не намерен был поддаваться на уговоры.
- Город спящих – это полностью моя идея, - резко сказал Стас брату. – Это я сказал Ксеару, что их привлекает обстановка. Он просто поддержал меня. И еще. Я не буду исполнителем на службе у Ксеара, но и у тебя тоже не буду. Прости. И давай закроем эту тему.
Сколько он помнил себя в мирах, Ксеар и Яльсикар всегда были в состоянии тлеющего конфликта. Первое время Аквинсар думал, что это потому, что они такие разные, а потом понял, что между его братом и правителем миров больше общего, чем они оба были готовы признать. Заметить между собой любую похожесть для обоих было неприемлемой вещью. Хотя сказать, чтобы они не терпели друг друга, тоже было нельзя. Наоборот.
Они постоянно общались, помногу, на пару управляя мирами, и так или иначе влияя друг на друга. Постепенно Аквинсар начал думать, что перманентный раздражитель – это формально подчиненное положение Яльсикара по отношению к Ксеару. Айи не мог дать его брату столько свободы творчества, сколько тот хотел. Потому что подсознательно понимал: Яльсикар заберет все.
Поэтому Айи в одиночку принимал любые решения по созданию всего в мирах: начиная от целых городов и заканчивая базовыми правилами жизни. Яльсикар имел власть, но не был создателем. Он мог управлять, но не определять правила. Хотя тоже был на это способен. И все больше этого хотел.
***
- Когда ты так глубоко задумываешься, у тебя такое эротичное лицо…
Аквинсар едва не покраснел под прямым взглядом Зарайи. Он смущенно улыбнулся и автоматически обнял ее, когда она приблизилась. Но он не знал, что делать. Они встречались всего два месяца. Она дразнит его просто так или действительно хочет большего?
Пока это была просто помолвка. Он не сомневался в своих намерениях, они у него, как у рыцаря из средневекового романа, были самые честные, но до сих пор не верил, что эта чудесная, привлекательная женщина хочет за него замуж. Что, если она передумает?
Он коснулся губами ее виска, крепко прижимая к себе, потом обхватил за бедра, поднял и поцеловал. Слегка закружилась голова, когда ее шаловливый язычок пробрался в его рот. Он ответил, ощущая себя неуверенным подростком - хотя в мирах ему давно перевалило за сто лет, но все еще не хватало опыта отношений с женщинами.
Его брат общался с женщинами как дышал. Он умел одним взглядом смутить любую задиристую чертовку, соблазнить, очаровать, уложить в постель на первом свидании - и только лишь для того, чтобы сделать его последним. Счет его победам шел на сотни, Яльсикар их даже за победы не считал. Аквинсар, когда только попал в миры, с изумлением наблюдал за чередой любовниц брата. В реальности он не имел возможности это лицезреть: Андрей никогда не приводил подружек домой. Но тут ему хватило сполна.
Первый год он жил в доме Яльсикара. Это было условием Ксеара, который впустил его в миры раньше положенного, в пятнадцать лет. И в первое же день, в часы отдыха, Аквинсар столкнулся нос к носу с полуобнаженной девушкой, выходящей из душа. Хихикнув, кое-как прикрываясь полотенцем, она скользнула в спальню его брата. Через день из ванны вышла другая.
За две недели Аквинсар насчитал в доме пять разных девушек и решился поговорить об этом с братом. Он не мог понять, зачем ему столько.
- Не бери в голову. Это просто секс, - пожал плечами Яльсикар. – Развлекись тоже, тебе уже пора. Нельзя же все время носом в книгах сидеть безвылазно.
Но он не хотел. Ему было бы стыдно переспать с девушкой и распрощаться, его оторопь брала при одной мысли об этом. Несколько раз он влюблялся, но каждый раз было сначала неудобно флиртовать, а потом выяснялось, что девушка уже с кем-то, либо влечение проходило само собой. Он понимал, что он недотепа, но проще было забыть о женщинах, чем преодолевать свое смущение. Понятно же было, что он не создан быть героем-любовником. Оставалось только верить, что рано или поздно в его жизни появится та самая.
Когда гормоны стали брать верх, он пошел по простому пути и полетел в город спящих, впервые воспользовавшись своим творением через десять лет после его создания. Нашел симпатичную незнакомку, загипнотизировал, перенес в свою спальню. И растерялся. В результате девушка, показав вдруг неожиданную раскованность, сама соблазнила его, что было даже удивительно: он не внушал ей, что она умирает от желания. Просто заставил думать, что они давно вместе, в этом смысле тоже.
Гипноз сработал отлично, и Аквинсар только тогда впервые осознал, насколько стал силен за время пребывания в мирах в качестве повелителя стихии. Но когда все закончилось, с ним горьким послевкусием осталось ощущение, что он использовал девушку против ее воли. Это чувство не покидало его и мучило так, что в результате он, наверное, единственный во всех мирах, стал вести монашеский образ жизни.
