Может, это лошадь ржала вдали?
И тут они расслышали слабый крик:
— Ау-у!!!
Лиза вскрикнула от ужаса и закрыла голову руками.
Увидев это, Кэролин пришла в негодование. Она не поддастся этому безумию! Не может же она всегда подчиняться страху! Подойдя к передней двери, женщина отперла замок.
Холодный воздух ворвался в дом, как только она открыла дверь. Вокруг стояла тишина. И вдруг на расстоянии, в самом конце заснеженной аллеи, Кэролин разглядела какой-то темный предмет, напоминающий повозку. На месте возницы стоял высокий человек и все хлестал и хлестал заупрямившихся лошадей.
Повозка чуть дернулась вперед, но колеса не сдвинулись с места. Судя по тому, что у повозки не хватало боковин, возница подложил их под колеса. Видно, он отправился в путешествие еще до снегопада, иначе он поехал бы на санях.
— А-у-у!!!
Кроме его крика, слышался еще и слабый стон. Сердце Кэролин подпрыгнуло в груди, и она поспешила в кухню за фонарем. Она видела, что повозка наконец-то сдвинулась с места и, проехав некоторое расстояние, остановилась всего в нескольких ярдах от дома.
— Сюда! — крикнула женщина, размахивая фонарем. — Сюда-а!! — Обернувшись, она приказала: — Лиза, поставь чайник на огонь. Кто-то едет сюда! — Кэролин не знала, слышала ли ее девушка и собиралась ли выполнять приказание.
С повозки соскочил высокий человек, фигура которого была скрыта развевающимся на ветру плащом, на глаза у него была надвинута шляпа, лица почти не было видно. Вынув из повозки два свертка, он понес их к дому, перешагивая через сугробы, как медведь.
Поставив свертки перед Кэролин, мужчина направился назад к повозке.
Пораженная, Кэролин наклонилась и увидела перед собой огромные глаза девочки лет шести и мальчугана лет трех. Оба были закутаны в шубы, на их ручках были надеты большие рукавицы.
Кэролин принялась раздевать малышей, как вдруг в дверях показался мужчина, держащий на руках женщину. Ее длинные черные юбки мешали ему идти, свешиваясь до самой земли.
— Вы должны пустить нас в дом, — проговорил он сквозь шарф, прикрывающий нижнюю часть его лица. — Моя жена больна.
Застонав, женщина прижала голову к его груди.
Услыхав низкий стон несчастной, Кэролин сразу же поняла, чем он вызван: такие звуки женщины издают только при родах.
— Не говорите больше ничего, — промолвила она. — Проходите, пожалуйста. На втором этаже, у лестницы, — спальня. — Она, дрожа, махнула рукой, указывая путь.
Вся одежда мужчины покрылась инеем, в белом мохнатом инее были и его брови. Казалось, он был чем-то раздосадован.
И тут Кэролин догадалась.
— Сайлес! — воскликнула она. — Неужели вы осмелились путешествовать в такую погоду?!
— А вы, поди, решили, что сможете прибрать к рукам наследство, доставшееся мне по закону? Сколько же времени я потратил на то, чтобы выколотить из вашего поверенного адрес этого места!
Сайлес оглядел побуревшие от времени стены дома, старую мебель… Даже в своем нынешнем виде дом поразил воображение священника: он никак не ожидал подобной роскоши. Глаза его раскрылись шире, ноздри затрепетали, губы беззвучно задвигались, словно он благодарил всемогущего Бога.
А Кэролин, наоборот, поникла. Тяжело вздохнув, она закрыла дверь и принялась стаскивать с детей промокшую одежду. Когда жена Сайлеса снова тяжело застонала, Кэролин спросила:
— Как давно все началось?
— С ней все будет хорошо, — принялся разуверять ее Сайлес. — Она просто устала.
— Как часто бывают схватки? — поинтересовалась Кэролин, подталкивая детей к очагу.
Брат Форреста покачал головой:
— Для родов еще слишком рано. Но, если они все же начались, я позову здешнего врача и…
— Сайлес, я вполне смогу помочь Фанни! — твердо произнесла Кэролин, сделав несколько шагов в сторону кухни. — Лиза, нам понадобится кипяченая вода. Быстро!
Сайлес взглянул на нее с таким видом, словно она лишилась рассудка:
— Когда же это вы заделались доктором или акушеркой?
— Когда начались роды? — резко спросила женщина.
— Она вовсе не рожает, Кэролин. Она всего на седьмом месяце, — таким же тоном отвечал Клур.
— Вам не хуже меня известно, что младенцам не до календарей. Они появляются на свет в любое время, особенно в дороге. Если вы позволите мне осмотреть Фанни, я смогу вам сказать…
Фанни громко застонала.
У Сайлеса, беспомощно хлопающего глазами, был поистине карикатурный вид.
— Быстрее! Несите ее наверх! Она может родить прямо у вас на руках! — Кэролин указала на лестницу. — Идите! Идите!
Сжав зубы, священник стал подниматься наверх со своей тяжелой ношей.
— Вот, — промолвила Кэролин, вкладывая в ручку девочки проволочный крюк, на котором держался фонарь. — Будь умницей! Отнеси это наверх и посвети папе, пока он укладывает маму в постель. А я пока чего-нибудь вкусненького вам приготовлю.
— Да, мэм, — тут же согласилась девочка и, не обращая внимания на таинственные тени незнакомого дома, смело зашагала вверх по лестнице.
Кэролин погладила по головке измученного мальчика. У него были сверкающие белокурые волосы, и малыш, казалось, засыпает стоя. Он взглянул на ее руку сонными глазками, а затем вложил в ладонь Кэролин маленькие пальчики, которые были холодны как лед. Женщина подвела ребенка к Лизе, и та, отвернувшись от камина, восторженно ахнула:
— Господи, ну прямо маленький снеговичок!
Схватив медицинский саквояж, по-прежнему стоящий на столе, Кэролин поспешила наверх. Она поняла: ей не уехать из Юдоксии на следующий день.
Увидев в спальне наверху голую кровать, Сайлес торопливо пересек комнату и уложил жену на продавленный матрас. Упав на колени, он в отчаянии зашептал молитву. Что, если из-за его невежества пострадал ребенок?..
Он с ужасом вспоминал, как Фанни уговаривала его не отправляться в дорогу в это время года, но он не послушал ее. Вскочив на ноги, он расстегнул плащ жены и уложил ее поудобнее. Нет, уговаривал он себя, им необходимо было переехать в этот большой удобный дом. Здесь они заживут богато!
— Нам надо развести огонь, — пробормотал он, не замечая маленькой дочери, которая стояла у него за спиной с широко распахнутыми от страха глазами.
Услыхав, как девочка осторожно крадется к двери, Сайлес про себя поблагодарил ребенка за послушание и задумчиво поглядел на большой живот Фанни. Наверное, она просто сильно промерзла, думал он, для родов еще слишком рано.
Закрыв глаза, он сел на продавленный матрас, поддаваясь мгновенной слабости. Он слышал, как суетятся внизу женщины. Как бы ему хотелось переложить все трудности на руки Кэролин! Ведь Фанни могла родить немедленно, несмотря на его горячие молитвы.
