В один из вечеров, из редких теперь вечеров, когда сидели они с мужем на кухне за чаем, задала Катя Андрею вопрос:
– Андрюш, а ты хотел бы еще одного ребенка?
В этот момент Андрей как раз поднес чашку ко рту, сделал глоток и вдруг… поперхнулся. Это было так странно. Ее Андрей, спокойный, уравновешенный, степенный – вдруг поперхнулся, закашлялся, покраснел и даже вышел из-за стола.
Когда он откашлялся в ванной и вернулся, то говорил о чем угодно, только не о том вопросе, который задала жена.
Катя очень удивилась и даже расстроилась. Почему он игнорирует? Почему молчит? Это же не какой-то мелкий, незначащий вопрос. Это существенно важно, причем не только для нее, но и для всей семьи.
– Андрей, почему ты не отвечаешь?
Он опять как-то странно прищурился и, не глядя Кате в глаза, ответил:
– По-моему, мы решили с тобой этот вопрос. Ты никогда не заговаривала об этом, и я так понял, что больше рожать ты не намерена.
– Ну да. Так было. Но почему-то подумалось: а вдруг? Решила узнать твое мнение. А ты так непонятно реагируешь…
– Почему непонятно? Очень даже понятно. Просто неожиданный вопрос какой-то… По-моему, у нас все нормально. Все налажено и в быту, и на работе. Не стоит ничего менять. Ты согласна?
Катя поспешно ответила:
– Да, да, я тоже так думаю.
Тему закрыли. Чаепитие закончилось, но сомнение и тревога поселились в Катиной душе. Неадекватная реакция мужа, взгляд в сторону, уход от ответа… Что это? Почему? Это так на него не похоже!
Кв. 24
– Валер! Ты знаешь, что Юру, соседа, в больницу положили?
– Нет. А что с ним?
– Только что с Машей разговаривала. Какие-то проблемы у него то ли с желудком, то ли с поджелудочной. А скорее всего, и с тем, и с другим. Допился, короче.
– И что теперь?
– Операция, наверное. Маша сама толком не знает. Сначала обследование сделают, а там решат. Она его в хорошую клинику положила. Какой-то, говорит, ученик ее бывший посодействовал. Вот, она мне адрес дала. Ты бы навестил его, а?
– Да, конечно, давай. Завтра и заеду. Собери ему… не знаю, чего ему можно. Ну, кефир, фрукты… Сама сообрази.
– Ладно. Я у Маши спрошу, что лучше.
На следующий день Валерий вернулся мрачный. Посещение соседа произвело на него удручающее впечатление:
– Знаешь, Ир, вот когда человек жив-здоров, ходит, разговаривает, улыбается – это одно. А когда тот же самый человек в беспомощном состоянии – это как будто даже кто-то другой, не он. Вот представь себе Юрку: балагур, весельчак, хороший рассказчик. Глаза горят, улыбка играет, настроение всегда приподнятое… А тут…
– Ну плохо ему! Какое уж тут настроение?
– Ты понимаешь, я вдруг увидел другого Юрку. И дело даже не во внешности. Понятно, что небритый, серый, трясет его… Жалкий он какой-то… Взгляд просящий… Пить-то ему нельзя, а организм требует. Лежит под капельницей, а сам спрашивает, не принес ли я ему выпить.
– Да ты что? – Ирины глаза стали в пол-лица от удивления.
– Врачи говорят, что если будет продолжать в том же духе, умрет очень скоро. Если одумается, то все может наладиться со здоровьем. У него язва, оказывается. К операции готовят. В общем теперь все от него самого зависит. Как уж он сможет изменить свою жизнь, не знаю…
Кв. 23
Маша носилась между больницей и роддомом. Лену положили на недельку пораньше. Роман настоял. Пусть понаблюдают. До родов буквально несколько дней, лучше полежать. Он так волновался, что ему самому прописали успокоительные средства. То не спит, то чешется, то еще что-то. Господи, Лена меньше переживает, чем он. Слава Богу, беременность отходила более-менее нормально. Поправилась, правда, намного. Живот огромный. Ножки худые, шейка тоненькая. Одни глазищи и живот.
Измучилась Маша с ними. То к мужу ехать надо, то к дочери. А работать? А дом содержать? Пришлось сиделку нанять Юре. Пусть дорого, а что делать? Учеников Маша бросить не может. С работы ее никто не отпустит. А с Юрой-то целыми днями надо сидеть. Хорошо, что Володя есть у нее. Вот это человек! И на машине подвозит, и деньгами помогает. Как же ей повезло с ним! Наконец-то она в полной мере может выразить свое женское начало. Так он ласков с ней, нежен, внимателен. Так относится к ней уважительно! Очень ему рада Маша! Очень! Поначалу думала, что нашла себе мужчину только для утех в постели. Ан нет! Он оказался настоящим другом. И в трудной ситуации поддержать, и поучавствовать в решении ее проблем, и на любые темы поговорить – пожалуйста, ни в чем ей нет отказа!
Операция у Юры прошла удачно. Теперь, конечно, тяжелый восстановительный период. Потом еще долгое время – строгая диета. Ну и полный отказ от алкоголя! Маша была даже рада такому развитию событий. Как ни страшно это звучит, но правда: она была рада. Сама судьба подсказывает ему решение. И в его власти принять его или нет. Хочешь жить? Хочешь получать радость? Приносить ее другим? Живи! Не хочешь? Твой выбор! Пусть таким страшным путем: через боль, через операцию, через мучительный отказ от привычного допинга. Ну а если иначе никак?
Сколько уговаривала его, просила, умоляла! Сколько вариантов лечения предлагала ему? Ничего не нужно было! Ни на что не мог решиться. Теперь пусть сам выбирает.
Леночка вот-вот должна родить, буквально со дня на день. Роман молодец, уже все приготовил для встречи жены из роддома. Настоящий семьянин! Не очень, правда, Леночке легко с ним. Не привыкла она быть подконтрольной, отчитываться о каждом своем шаге. Напрягает ее такое положение вещей. А Романа тоже можно понять. Он же видит, как мужики шеи сворачивают вслед Ленке… Ревнует он ее. Пытается всеми силами удержать около себя…
Маша вздохнула. Прикинула ситуацию дочери на соседскую, Иркину, семью. Ну что толку, что та своего Валерку, что называется, «пасет»? И работать заставляет, и звонит постоянно: «Где ты? Ты с кем? Когда домой?» Только слепой не понимает, что он гуляет направо и налево. И что ни одного удобного случая не упустит. Так что Иркины иллюзии остаются таковыми только для нее.
Видимо, и Романа ждет такая же ситуация. Это сейчас Леночке ни до чего дела нет. Ей бы родить нормально, выкормить ребеночка, на ножки поставить. А там – через год-полтора развернется Леночка! Ой, чувствует Маша, развернется… И ни Роман, никто другой не удержит. Что поделаешь? Натура!
Кв. 78
Катя позвонила Маше под вечер:
– Подруга, как ты?
– Ой, Кать! Измучилась я вся. То больница, то роддом, то работа, то по магазинам. Не жизнь, а бег с препятствиями!
– Слушай, а давай я тебе чем-нибудь помогу.
– А чем, например?
– Ну, если хочешь, могу завтра с тобой на машине проехаться – и к Леночке заедем, и Юру навестим.
