поступают с пойманными крысами. Только слезь со стола, когда я выйду, хорошо? Теперь ты в полной безопасности.
Про данные самому себе обещания я помнил четко, и они касались не только крыс.
Глава тринадцатая. Рози
Олли снова нас обманул.
Обещал, что приедет помочь папе — тот просил подсобить с грунтовкой стен его квартиры, — но…
Что хуже всего, отец в нашей помощи особо и не нуждался. Я стояла за его спиной, держа бутылку с составом для обработки поверхностей, а он спокойно сделал всю работу сам. Видимо, просто хотел, чтобы мы его навестили. Искал предлог лишний раз повидать детей. Посмотреть на Олли.
Боже, я просто изнемогала от желания взять брата за грудки́! Какого черта с ним происходит?
— Ты уверен, что стены требуют грунтовки? — спросила я, обойдя отца сбоку и заглянув ему в лицо. — Как бедро? Может, сделаем перерыв, перекусим?
— У меня все отлично, Горошинка, — быстро отозвался он.
Я забрала у папы губку и дождалась, когда он на меня посмотрит. Он неохотно обернулся. Судя по лицу — далеко не все отлично…
— Врунишка, — проворчала я.
Отец усмехнулся, и я поцеловала его в лоб, смягчив свои слова.
— Немного беспокоюсь, вот и все, — вздохнув, признался он. — Что Олли? Он ведь приедет?
— Я… Ну да. — Пришлось срочно прополоскать губку — не хотела, чтобы папа видел мое лицо. — Сейчас гляну, нет ли от него пропущенных. Наверное, запаздывает.
— Давай я пока закончу. — Отец забрал губку. — Осталось нам всего ничего.
— Нам? — хмыкнула я, выуживая телефон из сумочки.
Ни эсэмэски, ни звонка. Ничего.
Я набрала очередное сообщение:
Где ты, Олли? Я давно у папы, уже шесть часов. Ты ведь обещал…
Быстренько изобрела предлог, чтобы оправдать отсутствие брата. Господи, отец трудился не покладая рук, чтобы нас поддержать, мы всегда чувствовали папину любовь — даже когда у него на нас почти не оставалось времени.
— Должно быть, в поезде, вне зоны доступа, — объяснила я, рассчитывая, что отец поверит. — Чуть позже еще попытаюсь.
Папа вздохнул — совсем тихо, посторонний человек не услышал бы. В этом вздохе явственно звучало имя Олли — отец не переставал себя винить, если с братом что-то случалось.
Впрочем, я от папы ушла недалеко.
Открыла рот, собираясь его успокоить, и вдруг за спиной раздался женский голос:
— Как поживает мой любимый сосед?
Быстро обернувшись, я обнаружила на пороге женщину с закрученными в пучок седеющими волосами. Ее глаза лучились теплотой и мягким юмором.
— А, Нора… — отозвался отец, просветлев лицом. — Надеюсь, мы тебя не потревожили? Пришлось передвигать мебель. Ты с заседания книжного клуба? Не принесла, часом, свой восхитительный шоколадный бисквит?
Заседание книжного клуба? Восхитительный шоколадный бисквит?
— С утра о нем мечтаю, — понизив голос, с придыханием пробормотал папа.
Я заморгала. Боже, что происходит?
Нора приподняла сумку, которую до того держала за спиной.
— Рада слышать. — Обернувшись ко мне, она улыбнулась. — Не знала, что ты не один, Джозеф. Твоя дочь?
— Я же просил называть меня «Джо», — поправил ее отец. — Да, дочь. Моя Рози — инженер. Работает в одной модной компании на Манхэттене. Помнишь, я вчера рассказывал?
Ощутив угрызения совести, я сглотнула комок в горле.
— Здравствуйте, Нора, приятно познакомиться.
Женщина вновь улыбнулась, продолжая прижимать сумку к груди.
— Отец тобой гордится, милая. Говорил, что тебя вполне заслуженно повысили.
Я кивнула, чувствуя, как лицо заливает краска, а Нора перевела взгляд на отца.
— Такие же красивые зеленые глаза, как у тебя, Джозеф. Надеюсь, она не унаследовала твое упрямство. Все-таки некоторые гены по наследству лучше не передавать.
— Джо, — буркнул папа и, повернувшись ко мне, добавил: — Слыхала про красивые глаза, Рози?
Я пристально посмотрела на него, затем на гостью. Оба ухмылялись: папа — поглядывая на Нору, а та — на свою сумку с восхитительным шоколадным бисквитом, о котором мой родитель мечтал с самого утра.
Пискнул телефон, и я отвлеклась от флиртующих стариков.
Лукас: Как продвигается ремонт? Что у отца с бедром?
Я прикусила губу, стараясь сдержать улыбку — так приятно было получить сообщение от Лукаса. Нахлынули воспоминания о нашем первом — экспериментальном — свидании, и горло на миг перехватило.
Таким оно было слегка бестолковым, милым, веселым и чуточку старомодным в хорошем смысле этого слова… Как бы я ни поддразнивала Лукаса, вчерашний вечер мне понравился чрезвычайно; он превзошел мои ожидания от эксперимента.
Каждый самый мелкий нюанс был воплощением мечты автора любовных романов — мечты каждой нормальной женщины. Даже сновавшая по квартире крыса больше не вызывала у меня дрожи. Зато будоражили ум другие мысли: мои ноги, закинутые на спину Лукаса, когда он меня спасал, его твердое теплое тело… А как ярко светились его глаза во время танца!
Понятно, что все было более-менее наигранно во имя эксперимента — и легкий флирт, и танцы, и атмосфера, заставлявшая восторженно ахать.
Сегодня же его забота выглядела неподдельной. Он вновь стал Лукасом-соседом, Лукасом-другом, а не кавалером, пригласившим девушку на романтическую встречу. Уже не эксперимент, а все по-настоящему, и я не могла это не оценить.
Рози: С папой все хорошо. Сейчас немного занят — флиртует с соседкой прямо в моем присутствии.
Лукас: Вперед, мистер Грэм!
Рози: Не следует поощрять подобное поведение.
Лукас: Почему нет? Легкий флирт полезен для душевного равновесия.
Рози: Он все-таки мой папа Они тут смотрят друг на друга влюбленными глазами.
Лукас: Он ведь живой человек.
Рози: Фу, Лукас. Перестань.
Лукас: Хорошо Но… ты ведь автор любовных романов! Наоборот, должна радоваться. Даже советовать.
Лукас: В какой стадии их флирт? Не в той, за которую можно и пожурить?
Чего-чего? Господи ты боже мой…
Рози: Перестань, сплетница.
Рози: Ты должен меня поддерживать.
Лукас: Я всегда на твоей стороне.
Я перечитала последнее сообщение несколько раз. Слова как слова. Странно, почему они меня зацепили?
На экране снова появились три мигающие точки.
Лукас: Ладно уж, не буду тебя отвлекать. Просто хотел проверить, как у вас дела.
Лукас: #КомандаРози
Лукас: Хо-хо, ты ведь меня на самом деле любишь.
Лукас: Кстати, у меня есть старшая сестра, Ро, и я в курсе, что такое настоящая сплетница.
Черт, черт! Ну почему он такой хороший, такой забавный, такой… одним словом — Лукас.
Рози: Очень мило с твоей стороны о нас так беспокоиться, Лукас, но вовсе не обязательно.
Прошло несколько секунд, и
