— А передумать можно?
— Не играй со мной, девочка, — он чуть прищурился.
Вспомнив двоих сегодняшних убитых мужчин, я невольно вздрогнула. Кирмунд и правда не тот человек, с которым стоит играть в такие игры. Терпение явно не входит в число его добродетелей. Чтобы скрыть закипающее раздражение, которое не смела проявить, я хмуро спросила, все же приближаясь к нему:
— Может, вы сегодня предпочтете моему обществу общество книги? День сегодня был нелегкий.
— После чтения такой книги вряд ли обойдусь без твоих услуг, — иронично заметил он, лукаво поглядывая на меня.
Потом неуловимо быстрым движением сменил позу, усевшись на постели, и притянул меня к себе. Пришлось сесть к нему на колени, чувствуя, как шею опаляет горячее дыхание.
— Хочешь прочесть? — промурлыкали мне в ухо, вкладывая в руки злополучную книгу.
Некоторое время буквы прыгали перед глазами и я никак не могла сосредоточиться. Слишком сильно выводила из колеи близость Кирмунда. Но я все же нашла в себе силы прочесть несколько строк. Почти сразу с возмущением захлопнула книгу и отбросила прочь.
— Как вы можете такое читать?
Услышала довольный смешок короля.
— Всего лишь эротическая поэзия, моя дорогая. Очень популярна сейчас при дворе. И незачем так смущаться. Сегодня в лесу ты не выглядела такой уж скромницей.
Вот сволочь. Я едва сдержала рвущееся наружу ругательство. Тут же с шумом втянула воздух, когда наглая рука по-хозяйски забралась мне в декольте и слегка сжала грудь. Вторая же принялась умело расшнуровывать корсаж, еще сильнее облегчая доступ к моему телу.
— Я не хочу делать это в двух шагах от ваших воинов, — процедила я, с неудовольствием чувствуя, как охватывает знакомое томление.
— Поверь, они повидали и не такое, — усмехнулся Кирмунд. — Мальчики взрослые, все понимают.
— Хотите, чтобы я завтра и глаз не смела ни на кого поднять? — прошипела я, нисколько не успокоенная его комментарием.
— Почему? — горячие губы сомкнулись на мочке уха и слегка облизнули. Я невольно поежилась от пробежавшей по коже вереницы мурашек. — Быть избранницей короля настолько постыдно?
— Смотря как все называть, — я с трудом сдерживалась, чтобы не оттолкнуть руки Кирмунда, уже полностью стянувшие платье с моих плеч и груди, обнажив до талии. — Быть королевской подстилкой, с которой развлекаются в дороге, не слишком уж завидная перспектива.
— Я ведь уже сказал, что намерен сделать тебя официальной любовницей, — в тоне послышались нотки раздражения.
— А что на это скажет ваша теперешняя? — не удержалась я. — Слышала, что леди Маррга отличается весьма тяжелым характером. Вряд ли ей понравится такая смена ролей.
— Я поговорю с ней, — отозвался король.
— Предпочту, чтобы вы этого не делали. Я согласна спать с вами, но не выставлять наши отношения на всеобщее обозрение.
— Как скажешь, — взяв в обе ладони мои груди, Кирмунд принялся ласкать их. — Сегодня я не хочу с тобой больше спорить.
— Только сегодня? — не сдержалась я.
Король не нашел ничего лучше, чем заткнуть мне рот жарким поцелуем. Он медленно опустился на постель, увлекая за собой и окончательно освобождая от одежды. Заставил оседлать свои бедра, усевшись на нем в совсем уж развратной позе. То, что при этом сам оставался в штанах, усугубляло мою неловкость. Сам же жадно оглядывал мое тело, лениво проводя ладонями по груди, талии, бедрам.
— У тебя потрясающее тело, — вынес он вердикт, одаривая чувственной улыбкой.
Проклятье. Как я ни пыталась в этот раз оставаться холодной и безучастной, от этих слов и того взгляда, каким он окидывал, внутри все начало плавиться. Я заерзала на нем, пытаясь унять охватившее возбуждение, но стало только хуже. Местечко между ног наполнялось влагой, пульсировало от желания утолить зарождающийся внутри голод.
Кирмунд подтянул меня к себе ближе, так что теперь мое лоно оказалось совсем рядом с его лицом. От такой интимной возмутительной позы я ощутила невольный стыд. Попыталась отстраниться, но сильные мужские руки не дали ни шанса это сделать. Когда же язык Кирмунда коснулся моих внутренних складок, так бесстыдно выставленных на его обозрение, помимо воли выгнулась, исторгая стон. Невольно вспомнилась подсмотренная сцена с участием Ретольфа и Эльмы. Я даже не предполагала, что смогу и сама испытать подобное. Тем более с Кирмундом.
Его губы и язык творили что-то невообразимое с моим телом, и вскоре я уже не могла думать ни о чем. Сладостные крики и стоны то и дело срывались с губ, хотя я изо всех сил пыталась сдерживаться. Но просто не могла иначе — наслаждение казалось необычайно острым, волнующим. Я уже сама подставлялась под самые смелые ласки. Запустив пальцы в волосы Кирмунда, еще ближе притягивала его к себе. Когда, наконец, наступила разрядка, закричала в последний раз, сотрясаясь всем телом, и обессилено сползла по груди короля вниз. Лежала, чувствуя, как обжигающе горяча его кожа, слушала чуть учащенный стук его сердца.
Не хотелось ни думать, ни говорить. Мне снова было так же хорошо, как сегодня днем. И я так боялась, что сейчас он опять скажет или сделает что-то, что разрушит это блаженное умиротворение. Но Кирмунд лишь поглаживал мои спутавшиеся волосы и спину, давая возможность передышки.
— Мне нравится, когда ты такая… — услышала неожиданно мягкий голос мужчины. — Не пытаешься сопротивляться, отталкивать.
Разумеется, я тут же попыталась его оттолкнуть, вызвав на лице короля насмешливую улыбку.
— Что ж, вижу, ты достаточно пришла в себя, чтобы продолжить, — резюмировал он, опрокидывая меня на спину и сам оказываясь сверху.
Несколькими быстрыми движениями освободив себя от одежды, схватил обе мои ноги и закинул на одно плечо. Потом, пока я с возмущением пыталась сменить эту унизительную позу, начал проникать снизу, властно удерживая в цепком захвате. В таком положении проникновение казалось еще более ощутимым, позволяя прочувствовать каждое продвижение глубже.
Кирмунд не спешил, делал это томительно медленно, плавно. И вскоре я уже и не думала сопротивляться, напротив, пыталась жадно податься навстречу, желая поскорее ощутить его в себе до конца. Но он не давал и шанса перехватить инициативу. Продолжал делать все именно так, как хочется ему. Я закусила нижнюю губу, чтобы сдержать нетерпеливый возбужденный рык.
Резкий рывок, когда он вошел на всю глубину, оказался настолько неожиданным, что я закричала. Крик сменился протестующим стоном, когда король тут же полностью вышел. Услышала легкий смешок, и в следующую секунду он снова был во мне до конца. Эта дразнящая пытка длилась снова и снова, а я ничего не могла поделать.
— Попроси… — хрипло сказал он, встречая мой ошалевший полубезумный взгляд.
— Пошел ты, — уже не в силах контролировать эмоции, совсем уж непочтительно выкрикнула в ответ.
— Пошел куда? — услышала довольный смешок. — Учти, детка, сейчас я готов выполнить любое твое пожелание.
Я вмиг заткнулась, сообразив, на что он намекает. А он снова полностью вышел и стал водить влажной от смазки головкой члена по моему истекающему соками входу в лоно, еще сильнее дразня и возбуждая.
— Пожалуйста, прекрати это, — выкрикнула я, сдаваясь окончательно. До безумия хотела новой разрядки, копящейся внутри бурлящим вулканом. — Войди в меня.
— Как скажешь, — последовала довольная реплика.
Он развел мои ноги и теперь уже без всяких издевательств вошел внутрь. Стал двигаться, постепенно наращивая ритм, подстраиваясь под движения моего тела, жадно подающегося навстречу. Разрядка оказалась еще более бурной, чем в прошлый раз. Некоторое время я едва могла дышать, судорожно втягивая ртом воздух.
Увидела, как Кирмунд выходит из моего тела и кончает мне на живот. Снова возникло нехорошее грызущее чувство, удивившее меня саму. Почему таким важным казалось, чтобы он излился в меня, признавая достойной стать матерью его детей? Доказал, что я для него нечто большее, чем временная прихоть? Ведь это только бы все осложнило. Но я ничего не могла поделать со своими противоречивыми, алогичными чувствами.
