началась суматоха, все посетители резко замолчали и обернулись к источнику шума. Посреди трактира стоял высокий мужчина со странной ухмылкой, напротив него мужчина поменьше, с кинжалом в руке и перекошенным в злобе лицом. Между двумя явно ссорящимися людьми находился только стол, но судя по их виду и напряжению, буквально сгустившемуся вокруг них, он им не мог помешать.
Жакан, который уже стоял на ногах, быстро оценил положение. Вокруг толпа зевак, которые пока не понимают, что вообще происходит и как реагировать. Напротив него — Акума, судя по всему, всё-таки безоружный, а между ними — стол, который может как помешать, так и помочь.
Наёмник, который уже единожды захватил инициативу, решил попытать удачу во второй раз. Резко дёрнувшись вправо, чтобы обежать стол, он сконцентрировал внимание Акумы на своём теле, но не руках. Когда проклинатель уже был готов уворачиваться от ударов кинжала, он резко вскрикнул и потянулся к плечу, из которого торчал нож, ловко запущенный противником. Пентр целился в шею, но поспешил, и нож ушёл чуть ниже.
— Сука! — прорычал алхимик, резким движением выдёргивая сталь из плоти.
Оказавшись в шаге от Акумы, Жакан выхватил меч и попытался разрубить ненавистного ему человека от плеча до бедра. Но вместо этого сам чуть не напоролся на свой же нож, когда проклинатель с поразительной ловкостью уклонился от выпада и нанёс почти мгновенный удар в ответ. Акума, несмотря на отсутствие оружия, всё-таки обладал боевым опытом, и судя по всему, очень богатым, раз дрался с молодым и опытным наёмником на равных.
Посетители, которые наконец сообразили, что именно происходит, с криками повскакивали со своих мест и ринулись к выходу, освобождая площадку для танцев двум сумасшедшим. Трактирщик, который оказался буквально заперт за свой стойкой, упал на пол и поначалу звал на помощь, но в конце концов затих и стал ждать, когда всё это закончится само.
Жакан же тем временем не переставал напирать, заставляя Акуму отступать. Пока наёмник махал мечом, он продолжал следить как за руками проклинателя, так и за его лицом, пытаясь считать его намерения. Пентр, который заметил, что его противник не перестаёт шептать, догадался слишком поздно, что это была не молитва. Едва губы Акумы замерли, он резко уклонился в сторону, отчего не ожидавший такого Жакан завалился чуть вперёд и почти мгновенно плоть наёмника пронзил его собственный нож, воткнутый справа под рёбра.
Сама по себе рана была болезненной, но не смертельной. Но ровно до того момента, пока тело Пентра не окутал нестерпимый жар, будто он стоял возле горна кузнеца. С каждой секундой плоть горела всё сильнее, и Жакан, который уже не просто кричал, а неистово орал, отскочил от сучьего мага на приличное расстояние и попытался вытащить проклятый нож из тела. Вот только рукоять была такая горячая, что взяться за неё было невозможно.
Когда боль в теле дошла до предела, и сознание было на грани отключки, наёмник, крича, как в последний раз, ухватился за раскалённую рукоять кинжала, почувствовал, как почти сразу она начинала плавить кожу на руке, и потянул. Едва кинжал покинул тело и упал на пол, тело наёмника будто опустили в ледяную воду. Резкая слабость в мышцах, холод в ногах. Любое, даже лёгкое движение, вызывало боль и судороги, ладонь, которая спасла тело от сгорания изнутри, пульсировала.
— Мразь! — еле слышно прошипел Жакан, стараясь как можно быстрее оправится от подлого удара. — Я убью тебя!
С трудом подняв голову, Пентр заскрипел зубами и зашипел: Акума, самая подлая тварь на земле, уже давно сбежал, пока сам он боролся со смертью. Быстрым и крайне болезненным шагом добравшись до выхода, наёмник вылетел наружу, чуть не упав на землю, и огляделся.
— Подумай, Юзлесс, — говорил проклинатель с перевёртышем, в плотном кругу крыс. — Что может дать тебе этот оборванец, а что могу дать тебе я?
— Этот человек подарил мне надежду и силу, — холодным тоном ответил Квирт. — А ты, тварь, только страх и кошмары.
Юный маг дёрнул головой, и толпа крыс без раздумий ринулась на двуного врага. Акума пытался отбиваться, кричать, выкрикивать угрозы, но всё было тщетно. Возможно, будь у него с собой хоть что-то, что можно было бы проклясть и использовать как оружие, он бы выбрался, но сейчас удача от него отвернулась. Спустя каких-то пару секунд, проклинатель вскрикнул в последний раз, и серо-чёрная орава с хвостами поглотила его под своей массой, уронив на землю его длинное тело.
Ещё минуту из-под живой массы слышались крики человека, мольбы, просьбы, но затем всё резко стихло. Жакан, который наблюдал за этой картиной, испытывал какое-то странное чувство обиды и ликования. Тот, кто влез в его жизнь и испохабил её своими чёрными руками, мёртв или близок к этому, но убит не его рукой.
— Юзлесс, — наёмник подошёл к магу, — убери их. Я хочу убедиться.
Квирт быстро оглядел болезненного вида Жакана, но ничего не сказав, лишь махнул рукой, и армия грызунов отступила от некогда человеческого тела, которое сейчас больше походило на кровавый кусок мяса. Вся одежда была изорвана в клочья, на теле не осталось живого места, некоторые пальцы на руках и ногах отсутствовали, а левая глазница зияла пустотой. Акума, некогда грозный и величественной проклинатель, делал свои последние вздохи, лёжа в грязи, и испытывал, наверное, самую страшную боль, какую только может испытывать человек.
— Я просто… хотел лицо… как раньше, — хрипя и булькая, говорил Акума, глядя оставшимся глазом в небо. — Хотел… вернуть своё… но упустил… потерял…
— Ты умрёшь, как и жил, — ответил Жакан, с трудом стоя возле умирающего мага. — Как последняя свинья, в грязи, захлёбываясь собственной кровью.
— Лицо… верните мне моё… лицо…
Последний судорожный вздох, лёгкая судорога — и вот жизнь в теле Акумы, проклинателя, многоликого человека, наконец полностью потухла. Его остекленевший янтарный глаз смотрел в небо, но в нём всё ещё был тот жуткий и опустошающий холод, который когда-то вызывал страх, а сейчас — только жалость.
— Я не вижу книги, — заговорил Юзлесс, подойдя к наёмнику и подставив ему плечо, чтобы он опёрся.
— Скорее всего, она в комнате, — ответил Жакан, после чего скривился от резкой боли под рёбрами и в ладони. — Спроси у трактирщика, где он жил, найди книгу и быстро обратно. Нам нужно убираться как можно быстрее, пока солдаты или ополчение не собралось.
— А ты? — обеспокоено спросил Квирт.
— Помоги присесть, — тихо отозвался Пентр. — Эта сука сильна меня потрепала, но я выживу, не беспокойся.
Усадив своего товарища на землю, юный маг бросился в трактир,
