это не касалось солдата, это было делом политического руководства страны. Что до руководства ведением войны на море, то тут Дёниц все еще видел возможность выигрыша.
Дёниц посчитал невозможным прекратить подводную войну и приказал продолжить ее в предусмотренном объеме и с имеющимися в наличии средствами, экономя на «огне» (улучшая точность стрельбы). Благодаря умелому руководству подводной войной были скованы значительные военно-морские и воздушные силы союзников. Противник вынужден был инвестировать значительный военно-технический потенциал, вкладывая деньги в противолодочную оборону. Все это сыграло для Дёница решающую роль.
В мае 1943 года он один нес ответственность за последние четыре месяца войны, приняв руководство войной на море на себя. Поражение он встретил уже в должности главнокомандующего военно-морскими силами.
Главнокомандующий военно-морским флотом (1943–1945)
В последний день 1942 года в Северном море потерпела неудачу операция «Радуга», на которую Гитлер возлагал большие надежды. Против конвоя JW-51, следовавшего в Мурманск и состоявшего из 14 транспортов с сильным сопровождением, была послана группа тяжелых и легких боевых кораблей, броненосцы «Хиппер» и «Лютцов» и шесть эскадренных миноносцев под командованием адмирала Куммеца. После гибели «Бисмарка» по настойчивому требованию Гитлера был издан так называемый «приказ риска». Гитлер не хотел из-за слишком рискованных операций терять свой престиж, допуская гибель больших соединений. Следуя этому приказу, адмирал Куммец не отважился на крайность, чтобы после боя с охранением приблизиться к конвою и уничтожить его. «Хиппер» был основательно поврежден, один эскадренный миноносец затонул.
Этот инцидент вызвал у Гитлера необычайно яростную и бурную реакцию. В это время он переживал тяжелые неудачи на Восточном фронте. Гитлер заявил, что тяжелые боевые корабли ни на что не годны, их нужно разобрать на лом, артиллерию снять и применять на суше. Освободившиеся от реконструкции, ремонта и нового строительства производственные мощности судоверфей должны перейти на строительство подводных лодок. Гросс-адмирал Редер протестовал, но по своей натуре он был совсем не тем человеком, который смог бы опровергнуть предвзятое мнение фюрера. После этого он попросил освободить его от выполняемых обязанностей, на что Гитлер возразил, что он не думал, что так получится. Редер настаивал на своем и по просьбе Гитлера предложил в качестве возможного своего преемника генерал-адмирала Карлса, который был широко известен во флоте под именем «морской царь» и снискал глубокое уважение как бывший командующий флотом. Также им была предложена кандидатура командующего подводными силами адмирала Дёница, которому он, невзирая на все их прежние разногласия по службе, дал очень хорошую характеристику. Редер лишь выразил опасение, что Дёниц, став главнокомандующим, может нанести ущерб делу, продолжая энергично вести подводную войну. Других предложений не поступило, и Гитлер сделал выбор в пользу командующего подводными силами.
25 января 1943 года Дёница вызвали в штаб-квартиру фюрера в Восточной Пруссии. Гитлер объявил ему о желании Редера уйти со своего поста и о назначении Дёница его преемником. Он предложил ему отдать чуть ли не на следующий день распоряжение о сдаче на слом крупных надводных кораблей. Было ли это исполнением всех желаний и требований о преимущественном праве вооружения подводного флота? Дёниц счел этот однозначный приказ фюрера столь важным, что сейчас же передал его дальше по телефону начальнику штаба руководства военно-морскими операциями адмиралу Фрике.
30 января 1943 года, в десятую годовщину так называемого прихода к власти Гитлера и в день гибели под Сталинградом 6-й армии, Дёниц принял в Берлине главнокомандование военно-морским флотом. Его собственный штаб командующего подводными силами во главе с контр-адмиралом Годтом, на которого в будущем легло непосредственное руководство боевыми операциями подводного флота, а также штаб руководства военно-морскими операциями дали ему ясно понять, как абсурден приказ Гитлера о сдаче на слом целых соединений тяжелых кораблей. Если снимут тяжелую артиллерию, в итоге получат 13 тяжелых батарей. Идея о направлении команд кораблей немедленно на подводный флот была далека от действительности, боевым действиям на суше они также не были обучены. Процесс уничтожения надводных боевых кораблей заблокирует в дальнейшем производственные мощности и помещения верфей. Не в характере Дёница было исполнять несправедливые или неправильные приказы, он также не был тем человеком, который в таком случае осознал бы свое бессилие и смирился перед Гитлером. Он снова полетел в ставку Гитлера и высказал ему, как ценна могла бы быть помощь больших кораблей при поддержке Восточного фронта, ведущего тяжелые бои, что эти боевые корабли должны сражаться, а не простаивать, быть полезными и нести службу. Гитлер был ошеломлен. Дёниц тут же спросил, будет ли дано его согласие на то, чтобы линкор «Шарнхорст» снова приступил к боевым действиям. Гитлер ссылался на «обязательность» выполнения своих приказов всегда, когда в голову приходило внезапное решение. Но теперь он пошел на уступки, хотя и настроен был скептически. Дёниц выиграл битву за флот на «внутреннем фронте».
Адмирал уже сказал однажды Гитлеру свое решительное «нет» на вопрос, серьезно затрагивающий моральную сторону ведения войны. 14 мая 1942 года, в присутствии гросс-адмирала Редера, он делал доклад Гитлеру о подводной войне, достигшей своего кульминационного момента. Гитлер видел уже победу на море у себя в руках и спросил с нетерпением, не следует ли также атаковать и оставшихся в живых после торпедирования корабля? По его мнению, хорошо обученный экипаж был не менее важен, чем весь корабль в целом, поэтому он считал, что нужно уничтожить всю команду. Дёниц в своей ясной и сухой манере отклонил такое предложение, сказав, что это было бы против всякой человеческой морали. Подводный флот не должен отягощать себя на войне еще и убийствами безоружных людей. Гитлер оставил эту тему и никогда больше к ней не возвращался. Картина эта всегда повторялась. Если кто-то из высших военных руководителей возражал Гитлеру, но тот чувствовал, что этот офицер его, Гитлера, миссию, выбранную им самим для себя, не ставит под сомнение, что он воспринимает его серьезно, то он мог перейти на примирительные позиции или отказаться от решения, которое до этого считалось окончательным.
Позиция Дёница по отношению к преступным и наглым требованиям Гитлера становится понятной по его реакции на инцидент, произошедший с сухогрузом «Пелеус». В феврале 1944 года группа из шести подводных лодок была направлена в Индийский океан, чтобы в отдаленной акватории продолжить подводную транспортную войну с противником. Но лишь пять подводных лодок прибыли в район операций. Подводная лодка U-852, командиром которой был капитан-лейтенант Хайнц Экк, натолкнулась в Южной Атлантике на крупное греческое грузовое судно «Пелеус» водоизмещением 4 695 брутто-регистровых тонн и потопила его двумя торпедами. Экк, опасаясь, что оставшиеся
