в опасности!
— Ладно, — "сдался" я. — но ты наденешь бронежилет, — мстительно добавил я, услышав вздох облегчения и почувствовав, как она расслабилась в моих руках.
— Вот еще! — фыркнула она. — А двигаться в этой гадости я как буду? Ну, уж нет. Экипировка у меня с собой есть. О своей безопасности я позабочусь сама!
Вот несносная девчонка! Возомнила себя Матой Хари? Сейчас проверим! Резко встаю, ставлю девочку на ноги, делаю шаг на относительно свободное пространство и ехидно предлагаю:
— Ну, покажи, как ты двигаешься без этой гадости и забо...
Я даже стойку принять не успел, а Элис уже оказалась у меня за спиной и приставила к горлу нож. Я резко схватил ее за запястье, собираясь вывернуть руку, но между ног что-то шевельнулось. Скосил глаза и увидел длинный клинок. И где только прятала?!
— Я бы не стала так рисковать потомством, — мурлыкнула она и лизнула меня за ухом.
Резко втягиваю в себя воздух сквозь зубы и понимаю, что проверка окончена. Мягко отстраняю ее руку и поворачиваюсь. Элис тут же прильнула ко мне всем телом. Поцелуй был пьянящий, но не настолько, чтобы я окончательно расслабился. Осторожно обнимая девушку, я методично исследовал ее тело, проверяя на оружие. Она обняла меня за шею, значит, все уже попрятала на места.
Клинок, которым меня грозили лишить самого дорого, оказался закреплен в ножнах на спине точно между лопаток, рукоятка пряталась под волосами. Кинжал, пощекотавший горло, крепился на руке и имел пару. Еще один клинок на внутренней стороне бедра, второй я обнаружил между грудей. Нечто, очень похожее на нунчаки, в количестве двух пар заткнуто за пояс штанов и крепится к пояснице специальными ремешками. И это я еще ниже колен не проверял! Черт! Да, Мата Хари, по сравнению с ней, просто погулять вышла! И как я всего этого раньше не заметил?!
— Все пощупал? — насмешливо спросила лисичка, отстраняясь и я заметил, что у нее даже дыхание не сбилось. Значит, она просто позволила себя обыскать и этот поцелуй ее совсем не тронул! Вот я болван! — Может, тебе еще ножку протянуть? Там тоже много интересного...хотя, давай лучше сам на колени встанешь и посмотришь, мм? — и картинно выставила вперед правую ногу, откровенно смеясь надо мной и ни капли не щадя мое самолюбие!
— Не увлекайся, — посоветовал я и снова притянул ее к себе.
Элис ловко вывернулась и устроилась в своем кресле.
— И не мечтай. Заниматься сексом в самолете я не буду, — "мило" улыбнулась, пристегнула ремень, откинулась на спинку сиденья и, прикрыв глаза, расслабилась.
Я промолчал. А что тут скажешь? Сам виноват. Заслужил. Если я так крут, то как же позволил девчонке себя скрутить меньше, чем за пол минуты? Оправдываться и кричать, что салон маленький, я ранен и не успел подготовиться, не имело смысла. С моим послужным списком, я даже во сне должен был скрутить ее. Единственное, что хоть как-то утешало — ее учил сам Вой, а это дорогого стоит. Не удивлюсь, если она и его однажды сделала.
Так что, засунув свою побитую гордость поглубже, я устроился в своем кресле. До самой посадки мы больше не разговаривали. Мне было о чем подумать, а девочка просто спала. Я смотрел на нее и понимал, что оставить ее в тылу не смогу. Она мне просто не простит такой подлости. Значит пойдет со мной. Надеюсь, смогу прикрыть ее спину.
Стэн, как и обещал, встречал нас в аэропорту. Я шел впереди, Элис держалась у меня за спиной. Увидев меня, мужчина улыбнулся, но потом взгляд его переместился правее и улыбка исчезла. Стэн выпучил глаза и открыл рот. Чуть повернув голову, я заметил, что лисичка тоже замерла и прикинулась зеркалом, полностью скопировав мужчину. Потом она взвизгнула и понеслась на Стэна. Запрыгнула на него и начала покрывать поцелуями его лицо. Я стоял столбом и не мог понять, что здесь, собственно, происходит. В душе шевельнулось что-то, очень похожее на злость. Кулаки непроизвольно сжались. Так и хотелось съездить Стэну по морде за то, что он позволяет себе обнимать мою Элис! Я ревную?
— Стас! Боже, как я соскучилась! — радостно прокричала я, повиснув на нем пандой.
— Мышка, ты совсем не изменилась, — засмеялся он, целуя меня в нос и сильнее сжимая в объятиях, — я тоже скучал.
Я вцепилась в парня мертвой хваткой и что-то рассказывала, пока он, перехватив меня поудобней, понес к машине на сгибе локтя. Уже устроив меня на переднем сиденье, он вдруг спросил:
— А ты чего здесь вообще делаешь?
— За сыном прилетела, — сникла я. — Майкл сказал, что он здесь.
— Черт! Майкл! — и стал оглядываться.
Бес стоял рядом с машиной и смотрел на Стаса так, что даже я сжалась в комочек, предчувствуя бурю столетия. А потом вспомнила его дурацкую выходку с Эндрю и Самюэлем и решила отыграться. Притянула Стаса за ворот и прошептала:
— Не говори ему ничего, пусть помучается.
Стас улыбнулся и подмигнул так, чтобы Майкл не заметил.
— А что у тебя с ним? — так же тихо спросил он.
— Пока не решила. Но он должен мне сына, — пожала я плечами.
Я очень давно не видела Стаса, но была уверенна, он в курсе всей истории и знает, что Сергея больше нет. Потому и вопросов неприятных не задает.
Наконец, все загрузились в машину. Майкл сидел сзади и метал глазами молнии, но упорно молчал. Наверное, не хотел выглядеть идиотом, задавая банальные вопросы и получая на них размытые ответы. Правильно делал, между прочим.
— Стас, а ведь ты в Канаду уезжал. Как здесь-то оказался?
— А я до Канады так и не доехал. Застрял в легионе, потом рванул в штаты.
— Тоже получил французское гражданство? — заинтересовалась я.
— Нет, — отмахнулся он. — зачем мне? Второе гражданство есть, но американское.
— Брежнев, ты меня удивляешь!
— Э, мышка, я теперь Стэн Барс. Не перепутай. Здесь русских не жалуют, там более с такими фамилиями. А тебя, значит, теперь Алиской зовут? — ловко сменил он тему. Я кивнула.
— Не знал, что ты тоже русский, — не выдержал Майкл.
— А этого никто не знал. Никому и не надо было, — пожал плечами Стас.
Я его прекрасно понимала. Зачем кому-то знать, что он русский, если дорога на родину закрыта раз и навсегда? Плохая вышла история. Отправились провожать друга в армию, а в итоге подписали всем пятерым путевки на зону. Стас один успел свалить из страны. Знал, что срок впаяют, хотя сам в драке вообще не участвовал, а мирно отдыхал на полу.
