что считаю вас милой девушкой, хотя и очень глупой.
Я ждала.
— Не верьте Джейн.
В этот момент у меня зазвонил телефон.
ДЖЕЙН.
Я сняла трубку:
— Привет!
— Привет, милая. Ты не могла бы сказать Бижу, что я плачу ей не за пустую болтовню?
Я посмотрела на Бижу и подумала, что та выглядит измученной.
— Конечно, — сказала я.
Повесив трубку, я сказала Бижу:
— Джейн не хочет, чтобы мы разговаривали, пока ты работаешь.
Бижу повернулась, чтобы уйти.
— Подожди! Что ты собиралась мне сказать?
— Что вы самая глупая девчонка, которую я когда-либо встречала, — сказала она и вернулась в дом.
Возможно, я бы пошла за ней, если бы Джейн только что не попросила нас прекратить общаться. Но, с другой стороны, может быть, и нет, потому что я предположила, что всё, что она хотела мне сказать, казалось лишённым какого-то смысла.
25
В 16:00 я ехала по подъездной дорожке, одетая в очень рваные джинсы, которые почти обнажали мне ноги, и простую белую хлопчатобумажную футболку, подарок Джейн. На ногах у меня были зелёные кроссовки, на лице — огромные солнцезащитные очки. По радио в машине негромко играла музыка в стиле кантри.
В конце подъездной дорожки ворота открылись, открывая чистую улицу, как театральный занавес открывает декорации: высокие живые изгороди, чёрный тротуар, корзина с фруктами, оставленная фанатом возле телефонной будки, и я на водительском сиденье, освещённая солнцем.
Выехав на ровную дорогу, я вспомнила, почему мне так нравится эта машина.
Потому что в ней я чувствовала себя крупнее всех остальных.
* * *
Загружая тележку в магазине, я притворилась, что не замечаю любопытных взглядов окружающих. Это было похоже на ощущение себя под камерами дома, но более волнующе, потому что моя аудитория была больше, тут было много незнакомцев, и они часто стояли так близко ко мне, что я могла бы протянуть руку и дотронуться до них.
Люди реагировали по-разному. Местные видели меня и возвращались к покупкам, честные туристы глазели, а нечестные пытались вести себя так, будто я ничто.
Наверное, не нужно объяснять, что в магазине я вела себя, как королева, или что каждое моё движение было полно грации и вдумчивости, или что было трудно обращать внимание на качество сладкого картофеля, который я выбирала из кучи, потому что я больше следила за тем, чтобы двигаться, как балерина, когда рука протягивалась сквозь пространство, чтобы поднять картофелины.
Я сравнивала этикетки на двух упаковках курицы, как услышала женский голос:
— Джейн Бейли?
Я обернулась. Женщина была миниатюрной блондинкой с округлыми чертами лица.
— О, простите… — сказала она, смеясь над собой. — Я приняла вас за другую.
— Без проблем, — сказала я и почувствовала себя глупо из-за мысли, что кто-то может спутать меня с Джейн.
Но потом это случилось снова.
Выходя из магазина, я надела свои огромные солнцезащитные очки, покатила тележку к "Рейнджроверу", думая, что позже, за ужином, расскажу Джейн, как кто-то чуть не спутал меня с ней. Я представила, как она смеётся над этим, но тут подняла глаза и увидела мужчину в кабриолете, машущего мне рукой.
— Джейн Бейли, я люблю тебя! — прокричал он через всю парковку.
Я не колебалась.
— Спасибо, милый! — крикнула я в ответ.
Кабриолет выехал со стоянки, поэтому мужчина так и не смог рассмотреть меня поближе. Я предположила, что на расстоянии он принял меня за Джейн.
Однако, загружая багажник, я поняла, что это могло быть из-за солнцезащитных очков, которые закрывали мне большую часть лица.
И снова я начала представлять, как позже расскажу об этом Джейн.
Я крикнула в ответ: "Спасибо, милый!" Смешно, правда?
И тут я подумала, что история была бы лучше, если бы в ней было больше сюжета. Поэтому вместо того, чтобы вернуться в машину и поехать прямо домой, я решила прогуляться до её любимой пекарни "У Кариссы" и купить круассан.
В тот день было многолюдно, так что меня многие могли принять за Джейн.
Сначала женщина средних лет в розовой шляпке сказала:
— Обожаю эти вафли с рикоттой.
Затем другая женщина, помоложе и в гольфах, монотонно сказала:
— Ешь сама, — и прошла мимо меня.
Кто-то крикнул:
— Джейн! — и секундой позже парень протянул мне номер газеты с ручкой и сказал: — Не могли бы вы подписать это для моей жены? Её зовут Пэтти.
— Конечно! — я сняла колпачок с ручки.
Пока мужчина рассказывал о своей жизни: они с Пэтти были из Кливленда; она работает учительницей, — я твёрдой рукой вывела имя Джейн.
Затем я широко улыбнулась парню, и он горячо поблагодарил меня.
— На здоровье, — сказала я с южным акцентом.
Когда у меня зазвонил телефон, это было настолько неожиданно, что я буквально чуть не подскочила. Я резко отвернулась от парня с газетой, и к тому времени, как сказала "привет, детка", я уже быстро шла обратно к машине, опустив голову, надеясь, что никто другой меня не узнает. Что я делаю? Я правда только что подписалась именем Джейн на газете? Я поняла, что никогда не смогу рассказать Джейн ни о чём из этого.
— Милая, я в такой заднице, — Джейн говорила быстро и напряжённо. — Я потеряла контроль. Это правда. Обед закончился, мягко говоря, не очень хорошо.
Я неслась по переполненному людьми тротуару, стараясь ровно дышать, и спрашивала:
— Что случилось?
Она громко выдохнула:
— Последние два часа я проверяю, что ещё можно исправить. Я уже позвонила адвокату, пиарщице и Бри, чтобы извиниться напрямую. Она, конечно, не ответила. О, милая, я в такой заднице.
Я почти добрался обратно до парковки, когда какой-то мужчина закричал:
— Дже-е-е-е-ейн!
— Где ты? — спросила Джейн.
— В продуктовом магазине, — ответила я. — Покупаю продукты на ужин.
— Какого черта кто-то выкрикивает моё имя?
— Не знаю. Тут все с ума посходили.
— Вот то же самое будут говорить и обо мне. "Джейн Бейли — она сумасшедшая". Зара, мне нужно, чтобы ты мне кое-что пообещала.
— Все, что угодно, — я открыла машину.
— Что бы ни случилось, не бросай меня.
— Джейн, я никогда тебя не брошу.
— Чёрт, адвокат снова звонит. Увидимся через час.
— Через час? — переспросила я.
Но она уже повесила трубку.
26
