не получилось на репетиции.
По завершении успешно прошедшего концерта, Вера Георгиевна пригласила своих учениц Татьяну Тауэр и Одарку Вощак и меня на импровизированный ужин в её номере в гостинице «Европейская». Было умилительно смотреть и наблюдать, как, никому не доверяя, её супруг Александр Иосифович Батурин нёс, как ребёнка, завёрнутую в одеяло маленькую кельтскую арфу, на которой Дулова играла на концерте старинную музыку XIII–XV вв. В гостиничном номере у Веры Георгиевны уже собрались её и Батурина давние друзья и поклонники. Дулова стала представлять нас своим гостям. Потом Таня Тауэр робко и скромно заметила, что она всего лишь играет в оркестре. На что В. Дулова тут же резко отреагировала: «Как же, Таня? Ты играешь в одном из лучших оркестров страны под управлением Евгения Александровича Мравинского! Это уже большая честь!». Лишь со временем я осознал, что Дулова, проработавшая многие годы в оркестре Большого театра, как никто другой хорошо знала, что это за труд, и, может быть поэтому, в глубине души гордилась своей талантливой ученицей, работавшей солисткой в таком прославленном оркестре.
Спустя какое-то время раздался ко мне звонок Веры Георгиевны, которая сообщила, что во Франции сыграла мой «Диптих» на фоне старинного замка, и телевидение отсняло её выступление. В конце разговора добавила, что посетила в Париже музей Бурделя, там же познакомилась с дочерью знаменитого скульптора и купила мне в подарок книгу о Бурделе. Этот неожиданный и трогательный дар хранится у меня с подписью: «Валерию Кикте от Веры Дуловой».
В Малом зале им. М. И. Глинки Ленинградской филармонии 1 марта 1978 года В. Дулова впервые исполнила мои «Вариации на тему Станислава Людкевича» для арфы. Это был год накануне столетнего юбилея классика украинской музыки Станислава Филипповича Людкевича (1879–1979). Тема Вариаций взята из его романса «Ныне миру есть спасенье», который посвящён всемирно известной певице Соломии Крушельницкой и носит философско-религиозный смысл. Ноты этого романса мне прислала супруга Людкевича З. К. Штундер.
30 марта 1980 В. Г. Дулова в своём письме мне сообщает: «Уважаемый Валерий! 7-го апреля во Львове состоится открытие Всесоюзного конкурса арфистов, в торжественном концерте я буду исполнять Ваши Вариации»… 19 мая З. К. Штундер мне пишет: «Ваши Вариации на тему Станислава Филипповича Людкевича в исполнении Дуловой я слышала. Написано мастерски и в соответствии с духом музыки Людкевича, а исполнением Вы тоже были бы довольны». Это же сочинение В. Г. Дулова исполнила в ЦДРИ на своём творческом вечере. И вот что примечательно: после Веры Георгиевны никто из арфистов не осмелился играть эти Вариации [Т. Вымятнина в классе Дуловой исполняла эти Вариации. — Н. Ш.]. Мне кажется, что для исполнения этого произведения в первую очередь требуется масштабность исполнительской личности, которой обладала Дулова, с блеском преодолевшая технические сложности фактуры, пространную трёхголосную фугу, подводящую к апофеозной коде Вариаций.
Так сложилось, что в 1982 году я завершил два сочинения для арфы: фантазию на темы оперы П. И. Чайковского «Пиковая дама» и одночастную Сонату № 2 «Былинные звукоряды». Вера Георгиевна пригласила меня к себе домой, чтобы их прослушать. При проигрывании на рояле присутствовал и А. И. Батурин. Фантазия категорически была отвергнута Дуловой по той причине, что арфа не способна передать глубину музыки оперы, да ещё в которой блистал Батурин в Большом театре. Что касается «Былинных звукорядов», то соната Вере Георгиевне приглянулась, и она попросила оставить ей ноты.
11 июня 1983 года В. Г. Дулова писала мне из Крыма: «Милый Валерий! Я давно получила Ваше письмо, за которое благодарю. Сейчас я в Крыму, поехала на три недели, но душевного спокойствия нет. Я немного занимаюсь, работаю над Вашей Сонатой, которая мне всё больше и больше нравится. Не знаю почему, но мне непросто её освоить. 25-го я выезжаю в Москву, 27-го буду в консерватории с часу дня до трёх, а 5 июня собираюсь в Голландию на Всемирный конгресс арфистов. Вашу Сонату буду играть 11-го. Хорошо бы с Вами повидаться. Если Вы в Москве, позвоните мне. С сердечным приветом, Вера Дулова». И вот мы встретились на репетиции «Былинных звукорядов» в доме у Веры Георгиевны. Она сразу сказала мне, что играет сочинение не в E-dur, а в Es-dur, что, по её мнению, смягчает напряжённое звучание всего произведения. Для большей виртуозности и блеска она предложила октавное звучание в эпизоде, где сталкиваются две разнохарактерные темы. В конце встречи попросила меня найти возможность перевода на французский язык аннотации к сочинению, которую она смогла бы зачитать на конгрессе в Голландии. За переводом я обратился к Ольге Александровне Серовой-Хортик, внучке великого живописца Валентина Александровича Серова. Ольга Александровна была знатоком французского языка, перевела на русский язык несколько театральных пьес, консультировала Ирину Константиновну Архипову по правильному произношению для гастролей певицы во Франции.
В последующем письме от 3 декабря 1983 года Вера Георгиевна мне пишет: «Я потеряла всякую надежду связаться с Вами, милый Валерий. Если Вас интересует судьба Ваших произведений, то сообщаю Вам, что „Былинные звукоряды“ впервые буду исполнять в Москве 11 декабря в Бетховенском зале Большого театра, а 5 января состоится мой концерт в Ленинграде в Большом зале филармонии, где я также буду играть „Звукоряды“ и „У тлеющего камина“. 10-го концерт начинается в 2.30 дня. Это суббота. Программа довольно интересная. Может быть, зайдёте послушать? Сначала домой. С приветом, несколько обиженная Вера Дулова».
Запомнилось, пожалуй, последнее яркое исполнение В. Г. Дуловой «Былинных звукорядов» на Московской осени в Доме композиторов в 1985 году. На концерт пришёл Иван Семёнович Козловский. Сохранилась фотография, сделанная после концерта. На ней В. Дулова, И. Козловский, И. Нокелайнен и я. В 1985 году В. Г. Дулова осуществила на Всесоюзном радио в первой студии на улице Качалова запись «Былинных звукорядов» и «У тлеющего камина». Звукорежиссёром был Владимир Копцов.
Огромным ударом для Веры Георгиевны была смерть А. И. Батурина. На похоронах обратил на себя внимание молодой человек, напоминавший поистине славянского богатыря. Им оказался бас Глеб Никольский, любимый ученик Батурина. В память о супруге В. Г. Дуловой я написал цикл обработок украинских песен для баса и арфы. Показал их Вере Георгиевне. Она прослезилась. Через какое-то время несколько частей из этого цикла Дулова с Глебом Никольским исполнила на концерте в Малом зале консерватории.
В 1997 году осуществилась мечта В. Г. Дуловой. Благодаря авторитету её имени ей удалось провести Первый международный конкурс арфистов в России. Организаторы конкурса хотели назвать столь важное событие в честь Дуловой, но Вера Георгиевна эту идею категорически отвергла. Потом спонтанно
