демонстрируя советскую школу — школу Дуловой!
Добирались мы до Голландии на поезде, думаю, не менее двух суток, в международном трёхместном купе. Купе эти имели такую особенность: если на нижней полке кто-то сидит, то среднюю полку разложить для отдыха невозможно. Мы с Аллой, не слишком закалённые путешественники, по очереди залезали подремать на самую верхнюю полку. А Вера Георгиевна отдыхать не собиралась — она ждала Берлин! «Сейчас будем проезжать Berliner Bahnhof, смотрите!». И начинались воспоминания о годах, когда восемнадцатилетняя Верочка на стипендию, учреждённую лично А. В. Луначарским, совершенствовала своё мастерство в Берлине. Она училась у немецкого арфиста профессора Макса Зааля. Вот откуда это «zehr akkurat», которого Вера Георгиевна всегда добивалась от нас, её учениц!
Вспоминая годы, проведённые в классе Дуловой, понимаешь, какое счастье выпало нам, её ученицам. «Большое видится на расстоянии!».
* * *
Алла Королёва, заслуженная артистка РФ, лауреат Всесоюзного конкурса, солистка оркестра Большого театра, преподаватель Московского государственного института музыки имени А. Г. Шнитке.
К Вере Георгиевне меня отвёл мой педагог Марк Абрамович Рубин в 11-м классе. У него я училась с 6 лет. Мы долго готовились к этому визиту! Я прилежно занималась, Марк Абрамович нервничал. Говорил: «Только к Дуловой!».
Нам было назначено.
Квартира Дуловой меня поразила! Это был другой мир. Стены с полотнами русских художников, «дворцовый стиль», горка с Кузнецовским фарфором, мебель а ля ампир, большие шкафы с нотами, великолепного размера обеденный стол на 20 человек, чёрный рояль в кабинете, уставленный статуэтками, «арфочками», афиши концертов В. Дуловой и класса Александра Батурина. Арфы! Две звонкие «американочки», работы начала 20 века. И посреди этого Рая было Божество — Вера Георгиевна Дулова, немолодая, но очень ухоженная женщина с красивейшими руками в кольцах! Она улыбалась, у неё были чёрные глаза, они искрились! Она радушно предложила Марку Абрамовичу и мне выпить чаю!
В Московской консерватории Вера Георгиевна преподавала в классе 57. Это был огромный класс с зеркалом в золочёной раме. Часто занятия начинались в 9.30. И все студенты, без исключения, мечтали утром попасть на это время на урок к профессору! С утра Вера Георгиевна делилась сокровенным! Потом уже все сидели, растаскивали её внимание…
Ей достаточно было сделать намёк, слова её были так точны и понятны! Про Прелюд С-dur Прокофьева Вера Георгиевна сказала: «Там в средней части в левой руке такая штука: четвёртый палец, потом 1-й палец три раза etouffez, а в правой руке — стаккато у деки вторым пальцем! Сергею Сергеевичу очень понравился этот приём».
Вере Георгиевне нравился мой Прелюд.
Про конкурс в Большой театр Вера Георгиевна сказала: «Иди! Играй хорошо! и тебя возьмут». В 1987 году меня приняли стажёром в группу арф Большого театра России.
С каждым учеником у Веры Георгиевны складывались доверительные отношения. Она никогда не «давила». Главным для неё была творческая индивидуальность ученика, а слабые стороны развивались и «подтягивались» до профессионального уровня. Исполнительская планка была очень высокая! Вера Георгиевна гордилась своими учениками! Э. Москвитина, Н. Шамеева, И. Блоха, А. Левина, Т. Тауэр, О. Ортенберг, Т. Вымятнина, Р. Спитковская, Л. Снегирёва, Е. Ильинская, а потом и И. Нокелайнен, я, В. Данилова, Е. Машковцева, Т. Пономарёва — неполный список педагогических достижений любимого профессора! Светлая Память!
* * *
Полина Баранова, лауреат международных конкурсов, артистка ГАСО имени Е. Ф. Светланова.
Веру Георгиевну я увидела в раннем детстве. В программе «Время» был сюжет о ней, по-моему, показывали и учениц консерваторского класса, а я как раз оказалась у телевизора. Посмотрев сюжет до конца, я как-то спокойно сказала, что тоже хочу у неё учиться. На тот момент я занималась на арфе несколько месяцев в обычной районной школе искусств. Было понятно, что такая мечта из области фантастики, ну вроде луны с неба.
Через некоторое время я участвовала в городском конкурсе, где Вера Георгиевна была Председателем жюри. И, вручая диплом, она сказала: «Какая манерная девочка!».
А потом я каждый год ходила на классные концерты Веры Георгиевны. Закончила школу, поступила в училище, закончила и его. Поступать, конечно, планировала в Консерваторию. Только к Вере Георгиевне. На консультации страшно волновалась, просто поджилки тряслись. Ещё было ужасно жарко, рука прилипала к деке, так что «Жаворонок» Глинки — Балакирева получился не совсем так, как планировалось. Совершенно пунцовая от стыда, я сидела напротив Веры Георгиевны, которая, к моему изумлению, не сказала ни слова насчёт ошибок — просто деликатно посоветовала «Жаворонка» в программе вступительного экзамена не указывать.
Сразу после поступления мы в дуэте с Настей Алфёровой (Семашко) участвовали в Первом Московском Международном конкурсе арфистов. Это было грандиозное событие, Вера Георгиевна была Председателем жюри, участвовали её лучшие ученицы, уже успешно зарекомендовавшие себя на международной арене. И мы — две первокурсницы. Мы занимались как сумасшедшие всё лето.
Началась осень, помимо уроков по специальности Вера Георгиевна уделяла колоссальное количество времени нашему дуэту. В результате мы заняли второе место (первую премию никто не получил). Она была горда всеми своими лауреатами, и нами с Настей в том числе. Как мы были счастливы тогда!
Занятия в те годы проходили уже только у Веры Георгиевны дома. И какое же это было чудо — все эти невероятные картины, сервизы, инструменты, ароматы редчайших духов… Потрясающее ощущение — разыгрываться перед уроком, разглядывая эскиз к «Заседанию Государственного совета» Репина.
Занималась Вера Георгиевна до самой кончины. Буквально за несколько дней мы были у неё перед экзаменом.
Эти буквально золотые два с половиной года навсегда со мной. Быть ученицей легендарной Дуловой огромная, ко многому обязывающая честь. Благодарна за каждую секунду!
* * *
Ольга Синилова — солистка Президентского оркестра (Москва).
Этот снимок из архива К. К. Сараджевой [см. илл. 169] достался мне от её внучки в виде ксерокса. Кире Константиновне он очень нравился.
Я училась в начальной школе (ДМШ им. Дунаевского) у Л. В. Батуриной под наблюдением Веры Георгиевны, в класс которой Людмила Васильевна нас — меня и Л. Янчишину (Ложкову) — систематически водила. Впоследствии, в четвёртом классе нас даже записали в Сектор практики МГК (педагог Батурина,
