Только ей почему-то хочется оттолкнуть его и прижаться к ставшему таким родным Тору. Отдаться под его защиту. Мысль о нем вызвала в ней волну тепла, в то время как прекрасный принц вызывал у нее неконтролируемый ужас. За последние несколько дней она убедилась, что от Торрена ей не стоит ждать плохого, а как поведет себя принц не угадаешь.
Стой, стой, Ильмарисса арн Дортин! Выбрось из головы и принца, и его друга, главу отдела расследований. В сущности и тот, и другой чужие люди, и не стоит делать далеко идущих выводов из того, что они оказались от тебя в такой волнующей близости. Так они еще опаснее. Никаких мужчин в твоей жизни больше не будет. Это плохо заканчивается. Потом бывает слишком больно и страшно.
Раздавшиеся вдалеке звуки разбудили принца. Ресницы его затрепетали, Иль еле успела закрыть глаза и притвориться спящей. Мужчина легко встал и прикрыл ее одеялом с головой, но прежде успел одной рукой погладить бедро, а другой чуть сжал грудь. Дал понять: милочка, я вижу, что ты не спишь. Шаги приблизились, загрохотало железо, глухо брякнула глиняная посуда. Потом неприятный скрипучий голос заговорил на государственном леританском языке с жутким дейшарским акцентом:
- Вот завтрак. Вам придется еще потерпеть присутствие этой падали. Мой господин вернется только к вечеру, тогда мы заберем трупы.
- Вряд ли, - прозвучал низкий бархатный голос принца, - мои друзья живы, и, надеюсь, уже завтра будут здоровы.
- Демоны! Мне придется доложить начальству.
Снова заскрежетало железо, послышался звук удаляющихся шагов. Стражник ушел докладывать? Интересно, кому? По мнению Иль в пещере из руководства оставался только десятник, но у него не было особых полномочий. Тут она поняла, вернее, почувствовала, что Тор тоже проснулся. Он, аккуратно придерживая Ильмариссу за плечи, переложил ее на убогую подстилку, служившую им ложем, поправил одеяло, встал и спросил:
- Грен, это что, твой завтрак приходил?
- А, привет, Тор, ты прав, это был мой завтрак. Он интересовался, не помешали ли моему отдыху ваши трупы.
- И?
- Я как то не подумал, что стоит сохранить в секрете то, что вы еще живы. Этот болван пошел получить указания начальства.
- Значит, вернутся нескоро. Им придется далеко идти, вчера все начальство удалилось в неизвестном направлении, мы с Иль были невольными свидетелями.
По тому, как они разговаривают, можно сделать вывод: эти двое старые хорошие приятели. Не зря Торрен хвалился. Хорошо это для нее или плохо? По-одиночке она разберется и договорится с каждым, а вот сразу с двумя? Тор ее не узнал, потому что никогда не видел, зато Грендерн не мог не видеть хотя бы ее портрета. Если он ее узнает, то скажет другу, и тогда... Что тогда, Иль представить себе не могла, но страшилась настолько, что замирало сердце и из головы вылетали все мысли. И тут сквозь этот нерациональный ужас до нее донеслись голоса мужчин. Они говорили о ней.
- Кстати, твоя прелестная подруга уже не спит, просто притворяется.
- Отлично. Тогда после завтрака мы сможем провести небольшое совещание.
Тор наклонился над Ильмариссой так низко, что его дыхание защекотало ее ухо:
- Иль, просыпайся и вставай. Дело есть. Будем думать как выбираться. Ты жива, а это главное. С тобой у нас появляется шанс.
Она не ответила, просто зашевелилась и села. Потрогала голову: эти гады сняли ее защиту, платок. Коса свободно лежала вдоль спины, шпильки исчезли. Да и платка рядом она не обнаружила. Зато выяснила, что на ней остались нижняя рубаха и нижние же панталоны. Туника, платье, брюки — все это исчезло. Позорище! Хорошо, что тут довольно темно, свет падает только от фонаря, висящего за решеткой. Она постаралась завернуться в одеяло, и услышала насмешливый голос:
- Бана магисса стесняется своего вида? Не стоит, уважаемая. Здесь все свои. Разрешите представиться: Грен.
Ильмарисса из-под опущенных ресниц взглянула на принца, который откровенно пялился на нее, вернее, на грудь, чуть прикрытую тонкой рубашкой.
- Ваше Высочество, - с трудом выговорили спекшиеся губы.
- Нет, прекрасная бана. Грен. Высочеством я буду, когда вы с Тором придете во дворец получать заслуженную награду. А пока Грен. И на «ты».
В его голосе звучало что-то непонятное. То ли он ее узнал, то ли что-то другое, но очень и очень опасное. Она испуганно залепетала:
- Иль. Зовите меня Иль.
- На «ты», Иль.
Тут она наконец уперлась.
- Можете звать меня как вам будет угодно, я же буду так, как мне удобнее.
- Упрямая девочка. С характером, мне это нравится. Но Тора ты же называешь на «ты», значит, можешь и меня.
- К нему я уже привыкла.
- Значит, вопрос в привычке, тебе нужно время. Хорошо, подождем, торопиться некуда. А пока давай завтракать. Тут маловато на троих, но ты меня простишь. Кстати, твоя одежда валяется вон в том углу. Прости, когда мы тебя раздевали, чтобы согреть, не было ни сил, ни времени, чтобы ее вывернуть и сложить.
- Согреть?
Тут заговорил Торрен, голос его звучал глухо, как будто каждое слово он произносил через силу. Он не уверен и боится, почувствовала Иль. Только чего? В его словах нет и намека на причину этих опасений.
- Иль, ты была как труп. Холодная и синяя. Стражники уверены были, что ты мертва. Я, когда пришел в себя, тоже подумал, что ты умерла. Чуть с ума не сошел. Но Грен заметил, что у тебя сердце еще бьется, но очень медленно. Мы ничем не могли тебе помочь, только согреть нашими телами как тогда, у озера. Но я не был уверен в результате. Стражники сказали, что тебе на голову рухнул огромный камень, после такого не выживают. Хотя твоя голова была цела, ни крови, ни ран, похоже, удар был скользящий. Наверное, твои платок и волосы ослабили его. Ты с нами, и я счастлив, Иль. Сейчас ты говоришь так разумно, а я боялся, что от удара по голове ты можешь потерять память или что-то в этом роде. Ты все помнишь, что с нами произошло?
- Конечно, Тор, я все прекрасно помню. Мы с тобой спасаем принца Грендерна в гномьих пещерах под Дейшарским хребтом. Или уже не спасаем, а сидим с ним вместе в камере. Наверное удар смягчили не только мои волосы, но и щит, который я успела выставить. Думаю, что успела, раз ты жив. Камень должен был скользнуть по нему.А вот визжать мне не стоило, от этого звука потолок в пещере рухнул.
- Ты и правда все помнишь. Какое счастье!
Рука мужчины провела по ее волосам, погладила плечо и слегка хлопнула по спине. Сдержанное выражение радости по поводу того, что она жива и не стала парализованной идиоткой. Стыдно себе признаться, но она разочарована. От Тора ей хотелось бы... ну, … большего чувства. Дура! Теперь надо держать ухо востро, стараться помогать этим двоим, и тогда у нее еще есть шанс выбраться без особых потерь!
