Чьи-то руки передвинули его и положили на лоб тряпку, смоченную холодной водой. Стало чуть полегче. Затем струйка воды полилась в рот... Тор сглотнул раз, потом еще и еще, радуясь как ребенок. Если он пока еще жив, то и дальше не умрет. Кто-то, кого он пока не видит, о нем заботится и не даст пропасть. Мысль о том, что это враг, который хочет привести его в сознание, чтобы допросить, даже не пыталась прорваться в сознание.
Потом он услышал голоса, говорившие по-дейшарски. Говорили медленно, и Тор хорошо все понял:
- Не стоит возиться с этой падалью. Он все равно не жилец. Второй, вон, видно, окочурился, и этому недолго осталось.
- А зачем же их в камеру поместили?
- А куда? Тут хоть место есть, да и этот... присмотрит. Пока господину не показали, выбросить в бездонный колодец нельзя. На это есть указание.
- А Лагер и Годен?
- Так я тела уже туда оттащил. Любоваться на них некому.
- А похоронить как положено?
- Ты, что ли, их до Кахны потащишь? Они же провоняются. Да и эти туда же пойдут после того как предъявим их начальству.
- А верно, что второй — девка?
- Вроде так. Дура она дура и есть. Так завизжать в пещере — верное самоубийство. Из-за нее потолок рухнул. Ребят убило, да и ей по голове такой каменюкой шарахнуло, что ой-ой! После такого не живут.
Тору от этих слов хотелось выть, но он даже не мог двинуть пальцем. Значит, холодная нога рядом — это труп его напарницы. Она никогда больше не сварит ему шер, он никогда не услышит ее спокойную рассудительную речь, прижать к груди ее нежное горячее тело он опоздал навсегда... Стражник между тем договорил:
- Жалко, конечно, девка ладная, можно было бы позабавиться. Но уж тут она сама виновата. Нечего визжать было. Вот и лежит теперь там погребения дожидается. А вместо этого будет ей полет в бездонный колодец.
Последние слова звучали все тише: стражники удалялись. А Тору удалось наконец открыть глаза. Первое, что он увидел, было насмешливое лицо принца Грендерна.
- Рад видеть тебя живым, Тор.
- Привет, - сказал Торрен, и милосердная тьма снова накрыла его.
Вторичное возвращение в себя прошло гораздо легче. Тор открыл глаза и сел совершенно самостоятельно. Огляделся и увидел Грена, сидевшего напротив на ящике, в каком торговцы перевозят на кораблях заморские товары. Рядом на другом таком же ящике стоял кувшин и лежала краюха хлеба. Второй взгляд уткнулся в то, от чего снова захотелось завыть. Рядом с ним ничком лежала Иль. Посиневшие кисти рук и стопы говорил о том, что жизнь покинула ее тело. Боги, за что! Она была такая... такая... Добрая, умная, заботливая, верная, красивая... любимая. Если ее больше нет, то зачем все? Торрен уже совсем было собрался потерять сознание в третий раз. Его остановил голос Грендерна:
- Тор, кто это? Кто эта женщина?
Хотелось стукнуть в лоб наглого принца и завопить, что эта дивная, замечательная женщина погибла, пытаясь спасти этого идиота, который мизинца ее не стоит, но Тор сдержался и ответил по существу:
- Это моя напарница. Магисса из Вейта, специалист бытовой магии. Она помогала мне в поисках.
- Красивая. Эти придурки что-то говорили о том, что она мертва. Вроде ей на голову свалился огромный камень. Но мне кажется...
У Торрена сжалось сердце и перехватило дыхание.
- Что? Что тебе кажется, Грен?
- У меня нет зеркала... Но... Приложи руку к ее шее. Жилка еще бьется. И голова совершенно целая.
Задыхаясь от немыслимой надежды Тор протянул руку и прижал пальцы к артерии на шее. Сначала показалось, что все напрасно, жизнь ушла, но вдруг он ощутил толчок крови. Один, другой, третий. Пульс, хоть неестественно редкий, но ритмичный, бился в ее сосудах, а значит Иль не умерла! Он вскинулся:
- Так надо что-то делать!
- Что? Я не знаю, как ей помочь, - спокойно ответил Грен.
Действительно, чем ей можно помочь? Ответ пришел сам собой:
- Согреть. Согреть любым способом.
- У нас нет огня. Мне его не дают.
Ха, огонь. Огнем ее и не отогреешь, есть опыт. Да, ей попало по голове, но это не все. Тор жив потому что она что-то сделала. Остановила арбалетный болт. Применила магию и выложилась досуха. Сейчас он это отчетливо понимал. Только живое тепло вернет жизнь этой женщине. Он предложил, не надеясь на то, что принц согласится:
- Тогда давай походным способом: своими телами. Надеюсь, у нас двоих достаточно сил, чтобы отогреть одну девушку.
Грен неожиданно заинтересовался и развил бурную деятельность по претворению в жизнь этой идеи:
- Интересное предложение. Думаешь, поможет? В любом случае мы ничего не теряем. Сейчас я перемещу ее на мое, с позволения сказать, ложе. Разотрем ей руки и ноги, восстановим кровообращение. Потом ляжем рядом и укроемся одним одеялом. Оно, к счастью, довольно большое и теплое. Обо мне заботятся, чтоб не простыл. В пещерах не жарко.
Он говорил и одновременно действовал, помогая Тору подняться и включиться в спасение напарницы. Через минуту тот уже лежал на импровизированной постели, прижимая к своему избитому телу холодный полутруп Иль, а Грендерн суетился, устраиваясь рядом.
- Да, стоит попробовать напоить ее водой. Тебе помогло. Одно меня тревожит: если ей попало большим камнем по голове, у нее может быть поврежден мозг. Тогда наши усилия напрасны.
- Зачем гадать. Сделаем, что сможем, а там видно будет, - ответил Торрен, поглаживая спину магиссы.
Грен согласно кивнул и стащил у девушки с головы платок, так раздражавший Тора. Стащил и присвистнул:
- Красота какая! Гляди, если эта роскошь не защитила свою хозяйку, значит, я полный болван.
Под грязной тряпкой обнаружилась толстая и длинная коса, уложенная на затылке огромным узлом. Как только принц снял платок, шпильки брызнули во все стороны и коса тяжело упала на плечо обнимающего магиссу Торрена. От волос тонко пахло пряностями. Он не успел ничего сказать, и только тихонько охнул, когда принц стянул с девушки тунику и попытался сдернуть штаны.
- Грен, ты ее что, догола раздеть хочешь?
- Конечно. Мы же собирались ее согревать, если ты помнишь. Ее, а не эти кошмарные тряпки.
- А ты не думаешь, что, когда она придет в себя, ей будет неловко?
- Ерунда, - отмахнулся принц, - Какое это может иметь значение по сравнению со спасением жизни? Или?... Ты ревнуешь? Тор, это твоя женщина? Неужели?
