Николай II на балконе Зимнего дворца в день объявления войны. 1914 г.
По рассказам князя П.М. Волконского, император Павел I в летнее время любил работать на этом балконе Зимнего дворца. Вполне возможно, что именно тогда и появилась палатка над этим балконом: «По получении заказа на работы от наследника золотошвей послал колясочку с мальчиком-форейтором мимо дворца и балкона, где его величество изволил всегда по утрам заниматься делами с секретарями (курсив мой. – И. З.), приказав мальчику идти пешком и вести лошадь под уздцы». Этот балкон располагался довольно далеко от официальных комнат императора, но, видимо, ему было там комфортно. Да и воспоминания детства, возможно, накладывали отпечаток, поскольку именно на этой стороне Зимнего дворца располагались его детские комнаты.
Судя по документам, последний раз зеленую палатку на балконе Салтыковского подъезда ставили летом 1855 г. Когда в 1856 г. майор от ворот Кубе поинтересовался: «Повелено ли будет поставить палатку на балконе Собственного подъезда», – Александр II запретил это делать[248].
Людовик Франц Карл Бронштедт. Пристань у Зимнего дворца. 1847 г.
Еще один обширный балкон Ф.Б. Растрелли устроил со стороны северного фасада, выходящего на Неву. Балконная площадка располагалась над Иорданским подъездом. С этого балкона открывался великолепный вид, который врезается в память любому, кто хотя бы раз смотрел на Стрелку Васильевского острова сквозь окна Концертного, Николаевского или Аванзала Зимнего дворца. Балкон над Иорданским подъездом периодически использовали и зимой во время праздника Крещения. Однако по чисто утилитарным соображениям – чтобы не выстудить огромный Николаевский зал – на торжественный выход императора со свитой и духовенством на лёд Невы к специально вырубленной для этого проруби – «иордани» – дамы предпочитали смотреть сквозь окна парадного зала. Собственно этими пятью стационарными балконами исчерпывались планы Ф.Б. Растрелли.
Еще одним вариантом стали «временные» балконы, которые периодически сооружались перед южным фасадом Зимнего дворца, выходящим на Дворцовую площадь. Дворцовая площадь – главная военная площадь империи – всегда служила местом помпезных парадов. Эта традиция сформировалась во времена Павла I, проводившего на Дворцовой площади свои знаменитые вахт-парады.
В.С. Садовников. Вид Зимнего дворца со стороны Адмиралтейства. 1840-е гг.
При Александре I и Николае I эту традицию продолжили. Накануне масштабных парадов или церемоний на Дворцовой площади перед главными воротами сооружал и сь вр е мен н ы е д ер е в я н н ые трибуны, именуемые в документах балконами. Например, такой балкон соорудили весной 1817 г. Судя по документам, балкон был разборный и накануне торжеств его из деревянных элементов собирали рабочие «у средних ворот Зимнего дворца». На размеры балкона косвенно указывает число плотников, собиравших за несколько дней временную трибуну: 7 марта – 30 чел., 8 марта – 65 чел., 9 марта – 90 чел., 10 марта – 67 чел., 11 марта – 14 чел.[249] Отвечал за эту работу архитектор Стасов. В сентябре 1817 г. балкон разобрали до новых торжеств.
Вид на балкон над Салтыковским подъездом. Современное фото
На картине Ладюрнера мы можем видеть такой балкон, установленный над главными воротами дворца. Поводом для его сооружения стали грандиозные торжества, устроенные на Дворцовой площади по поводу открытия Александровской колонны в 1834 г. Судя по картине, на этом балконе-трибуне могли поместиться десятки придворных и членов императорской фамилии. От непогоды и солнца балкон защищал обширный навес с белыми маркизами.
Парад на Дворцовой площади. 1834 г. Временный балкон у главных ворот Зимнего дворца
При Николае I число стационарных балконов на фасаде Зимнего дворца увеличилось. В отличие от массивных, стационарных растреллиевских балконов, Николай Павлович распорядился оснастить «камерными» балконами западный фасад Зимнего дворца, где находились жилые половины царствующей семьи.
Балконы на западном фасаде Зимнего дворца появились в 1827 г. На юго-западном ризалите к 1827 г. уже было «согласовано» устройство одного балкона на будущей половине императрицы Марии Александровны, т. е. на втором этаже, ближе к углу ризалита, обращенного на Дворцовую площадь. Тогда император распорядился «О сделании балконов в Зимнем Дворце на прежней половине Государыни Великой Княгини Анны Павловны»[250]. Этот балкон появился после того, как 7 мая 1827 г. высочайше были утверждены рисунок и смета «на сделание балкона в среднем этаже Зимнего Дворца на бывшей половине Государыни Великой Княгини Анны Павловны из угольной комнаты, что против Адмиралтейства». Так в 1827 г. в будущей Золотой гостиной императрицы Марии Александровны появился свой балкон.
Отметим, что тогда же, в 1827 г., рассматривался вариант сооружения второго и третьего Фонариков над стационарными балконами Зимнего дворца, расположенными над его подъездами. Однако император Николай Павлович распорядился «на балконы не делать Фонарика впредь до разрешения»[251].
В этом же 1827 г. Николай I пожелал соорудить два балкона на фасаде северо-западного ризалита, в комнатах которого семья Николая I прожила с декабря 1826 г. по май 1827 г. В архивных документах указывается, что 3 июня 1827 г. «…сверх того угодно Государю Императору, что Ваше Высокопревосходительство приказали немедля архитектору Шарлеманю 2-му сделать проект рисунка и места двум маленьким балконам на гранитных или железных кронштейнах в угловой гостиной комнаты Его Императорского Величества в верху в угловых окнах, в одном, что к Неве, и в другом, что к Адмиралтейству, с рисунком решетки подобной, как будет он же делать у императрицы Марии Федоровны»[252].
Буквально через несколько дней обер-гофмаршал Альбедиль доносил министру Императорского двора, что архитектор Шарлемань подготовил два варианта балконов: «каждый балкон со сделанием пола из гранита обойдется в 6800 руб., а со сделанием дубового пола с обитием медью – в 7200 руб…»[253]. Размеры балконов указаны в смете: «Гранитный камень для пола – длиною 5 аршин 10 вершков, шириною 2 аршина 4 вершка». Оба балкона в «дешевом» варианте должны были обойтись в 13 600 руб. Поначалу Николая I эта сумма впечатлила, и 10 июня 1827 г. князь Волконский сообщил Альбедилю, что государь император распорядился все работы по сооружению балконов «отложить впредь до времени». Однако позже, видимо, попривыкнув к заявленным суммам, император разрешил строительство балконов.
«Географически» балконы на западном фасаде дворца располагались следующим образом. На северо-западном ризалите – два полукруглых на углах ризалита балкона. Первый – на третьем этаже, на углу, выходящем на Адмиралтейство и на Неву. Там находились комнаты Николая I и Александра III. Выход на балкон был из Угловой гостиной Николая I (зал № 391).
Второй – на втором этаже, на углу, выходящем на Салтыковский подъезд и Адмиралтейство. В комнатах второго этажа находилась половина Александры Федоровны (жены Николая I) и половина Николая II. Это был довольно большой балкон, в равной степени охватывающий обе стороны ризалита. Выход на этот балкон был из зимнего сада императрицы Александры Федоровны, позже в этом помещении был устроен рабочий кабинет Николая II (зал № 181).
После пожара 1837 г. балконы на западном фасаде восстановили. На акварелях 1840-х гг., изображающих западный фасад Зимнего дворца, отчетливо видны балконы, любовно оформленные белыми маркизами. Позже маркизы исчезли, но крыши балконов, выполненные из темной (более практичной, т. е. немаркой) ткани с готическими фестончиками сохранились. Эти балконы, несколько меняясь внешне, сохранялись на фасадах Зимнего дворца вплоть до середины 1920-х гг.
Все эти балконы, «штатные» и «не штатные», придавали фасадам Зимнего дворца некий колорит, превращая холодную и торжественную официальную императорскую резиденцию в обычный теплый Дом с уютными, домашними, с любовью отделанными балкончиками.
Все эти «архитектурные излишества» эпохи ампира и историзма убрали в 1927 г., когда начался процесс расчистки дворца от поздних наслоений, искажавших замысел Ф.Б. Растрелли. В результате возвращения к Растрелли постепенно исчезал и облик жилой («живой») царской резиденции.
Большой (Парадный) двор Зимнего дворца
Ф.Б. Растрелли разместил в центре квадрата, образованного фасадами Зимнего дворца, Большой двор, куда со стороны «луга» вели Главные ворота: «Я возвел в камне, – пишет Растрелли в описании своих работ, – большой Зимний дворец, прямоугольный по форме, с четырьмя фасадами… Строение сие в три этажа, не считая подвалов; внутри сего великого здания посередине устроен большой двор, через оный въезжает сама Императрица, и там расположен главный пикет Кордегардии». Большой двор впечатлял своими размерами – почти 11 000 кв. м.
