Памятник на Смоленском кладбище нижним чинам лейб-гвардии Финляндского полка, погибшим 5 февраля 1880 г. в Зимнем дворце
В литературе, как правило, утверждается, что обед был накрыт в огромном Белом зале, который входил в комплекс покоев императрицы Марии Александровны. Это не так, поскольку формат семейного обеда при встрече Александра II с братом умиравшей императрицы не предполагал таких роскошных интерьеров. Семейный обед для германского родственника устроили в Желтой столовой (№ 160) Третьей запасной половины, находившейся над гауптвахтой.
Царская семья уцелела. Во время взрыва Александр II находился в Фельдмаршальском зале, но жертвы взрыва были беспрецедентны. В официальном сообщении о взрыве упоминалось, что «5 сего февраля, в седьмом часу пополудни, в подвальном этаже Зимнего Дворца, под помещением главного караула, произошел взрыв. При этом убито 8, ранено 45 нижних чинов караула от лейб-гвардии Финляндского полка; попорчен пол в караульном помещении и несколько газовых труб. 254 Приступлено к выяснению причин взрыва»[270]. Вскоре в прессе прошла информация, что причина взрыва – террористический акт.
Великий князь Константин Константинович записал в дневнике 7 февраля 1880 г.: «Мы переживаем время террора, с той только разницей, что парижане в революции видели своих врагов в глаза, а мы их не только не видим и не знаем, но даже не имеем понятия об их численности… всеобщая паника»[271].
Ответственность за взрыв в Зимнем дворце власти возложили на III Отделение, которое вскоре ликвидировали. Уже 6 февраля 1880 г. начальник служительской команды Зимнего дворца, в состав которой входил «столяр» С. Халтурин, капитан Катарский был арестован «по повелению Его Императорского Величества для отправления его на одну из гауптвахт»[272]. К 25 февраля подвалы Зимнего дворца очистили от хлама и привели в порядок[273].
Сады Зимнего дворца
Собственный сад у западного фасада Зимнего дворца
Сады у городских дворцов являлись почти обязательной частью их декора. Поэтому первый садик у северо-восточного ризалита Зимнего дворца появился еще при Екатерине II. В архивном деле есть упоминания «Об исправлении имеющегося при строении каменного Зимнего Дворца садика первого флигеля от Невы реки, зачатого в 1764 г… своды и арку для выхода на оный сад из покоев Ея Императорского Величества». Все работы по этому садику закончили к 15 октября 1765 г.[274] В одном из архивных дел есть категорическое указание – «початый садик окончить»[275].
Позже, при Николае I, всю растительность вокруг дворца убрали, окружив его булыжными мостовыми и двумя площадями для парадов: Дворцовой площадью и Разводной площадкой. Гуляли цари либо по Дворцовой набережной, либо в Летнем саду.
Такое «окружение» Зимнего дворца сохранялось вплоть до начала правления Николая II. Даже разбитый в Большом дворе садик при Александре III не менял ситуации, поскольку не обеспечивал приватности прогулок.
После того как в декабре 1895 г. молодой император с женой переехали в Зимний дворец, то возникла настоятельная необходимость защитить западный фасад Зимнего дворца. Это намерение обусловливалось рядом соображений.
Во-первых, необходимостью обеспечить надежную охрану как всего Зимнего дворца, так и особенно его западного фасада, где на втором этаже северо-западного ризалита размещались жилые покои императорской семьи. Кроме этого, на первом этаже поселили дочерей Николая II, а это были отнюдь не времена Николая Павловича, когда царь мог гулять по своей столице без всякой охраны. К началу XX в. террорист, бросающий бомбу в окно императорской резиденции, представлялся вполне реальной фигурой. Сад с высокой оградой идеально решал задачу обеспечения безопасности, отсекая дворец от оживленного проезда между Зимним дворцом и Адмиралтейством.
А.К. Беггров. Вид на Неву от Зимнего дворца. 1881 г.
Во-вторых, после прокладки между Адмиралтейством и Зимним дворцом конно-железной дороги значительно вырос уровень шума. Разросшиеся деревья сада могли надежно убрать этот шум.
В-третьих, в семье появились маленькие дочери, с которыми надо было просто где-то гулять. И гулять в камерной обстановке, которую мог дать Собственный сад, но не давал Большой двор Зимнего дворца с его бесчисленными окнами служебных помещений.
В-четвертых, Николаю II требовалось пространство для ежедневных прогулок. Пока садика не было, ему приходилось ездить для прогулок в сад Аничкового дворца. Периодически царь гулял в Большом дворе Зимнего дворца, где, как уже упоминалось, зимой 1896 г. для него залили каток. Но внутренний двор, на который выходило множество окон, был не самым комфортным местом для прогулок. Постоянно окруженный внимательными глазами император стремился к приватности. Уединение, пока не устроили Собственный садик, он находил на крыше Зимнего дворца. Таким образом, на момент принятия окончательного решения о разбивке садика у западного фасада Зимнего дворца в 1896 г. все предпосылки для этого созрели.
В апреле 1896 г. министр Императорского двора «разрешил открыть по счету строительных работ Санкт-Петербургского Дворцового управления на текущий год особую статью под наименованием „Устройство сада на месте Разводной площадки у Зимнего Дворца“, с ассигнованием на эти работы 68 000 руб…»[276]. Смету работ в апреле 1896 г. представил министру Двора «Директор городских садов г. Риги Г. Куфальт». Своим помощником Куфальт избрал придворного садовника из Павловска Р.Ф. Катцера[277].
В документе указывалось, что следует разбить насаждения, газоны, дорожки и устроить фонтан с «каменными украшениями». Также «потребуется насыпь хорошей земли толщиною в 1,5 аршина». По проекту предполагалось придать саду ландшафтный вид, поэтому планировалось сразу высадить 50 больших деревьев. Рижский ландшафтный дизайнер определил свой гонорар «за составление всех моих проектов и за главное управление будущих работ на месте – 8000 руб…».
План Собственного сада Зимнего дворца
При подготовке строительных работ на части Дворцовой площади, примыкавшей к Адмиралтейскому проезду, отвели огороженную территорию, на которой расположили бараки для рабочих[278].
Сначала готовили площадку. Булыжник с Разводной площадки вывозили в Таврический дворец и Летний сад. В июне 1896 г. начали снимать рельсы конножелезной дороги по Адмиралтейскому проезду. Тогда же разобрали «металлическую грелку», стоящую против Салтыковского подъезда. После того как убрали булыжную мостовую, территорию сада площадью более 13 000 кв. м подняли на 1 м, слегка исказив восприятие западного фасада Зимнего дворца.
Летом 1896 г. убрали газовое освещение на Адмиралтейском проезде, заменив его электрическим. Мотивировали это тем, что газ вреден для деревьев будущего императорского сада.
У Салтыковского подъезда убрали старое покрытие и положили гранитные плиты нового крыльца. Новое гранитное крыльцо у Салтыковского подъезда делали в мастерской скульптора Горацио Ботта, уплатив ему по счету 3042 руб. Под садиком проложили ливневую канализацию, устроив затворный колодец «у спуска магистральной линии в Большую Неву у Дворцового моста». Затвор работал автоматически, предохраняя систему от наводнений. В эту же систему встроили подземную водопроводную сеть, выведя наружу 17 поливальных кранов.
Строительство парапета Дворцовой набережной. Виден временный забор. 1901 г.
Огромное внимание уделялось высадке деревьев, кустарников и цветов. В имеющихся счетах поражает разнообразие пород, высаживавшихся в Собственном садике. Если даже коротко перечислить высаженное за лето-осень 1896 г., то получается внушительный список посадок: 20 кленов, 20 вязов, 20 ясеней (по 8 руб.), 16 боярышников, 100 жимолостей, 25 сиреней (по 2 руб.), 50 ежевик, 20 роз французских крупноцветных, 75 сиреней (по 2 руб.), 50 лиственниц разной величины, 5 сиреней и 1 жимолость (по 5 р.), 10 сиреней венгерских (по 2 руб. 50 коп.), 20 рябин (по 1 руб.), 3 черемухи (по 4 руб.), 30 сиреней (по 1 руб. 5 коп.), 4 липы большие (по 25 руб.), 10 сиреней больших пирамидальных (по 7 руб.), 1 ясень большой пестролистный (10 руб.).[279]
В сезон 1897 г. высадка растений продолжалась: дуб обыкновенный, американский ясень, ива серебристая, липа коринская, липа голландская, клен обыкновенный, клен татарский, клен красный американский, яблоня ягодная, вяз обыкновенный, черемуха виргинская, сирень гималайская, чапыжник, рябина мучнистая, калина, облепиха, гортензия, жасмин, барбарис японский, барбарис амурский, лиственница сибирская, туя, туя низкая, туя шаровая[280].
То, что осталось сегодня от посадок 1896–1897 гг., является только бледной тенью былого великолепия.
