В феврале 1769 г. императрица Екатерина II устроила первую демонстрацию своего Малого Эрмитажа. Общество собралось к 7 часам вечера. В числе приглашенных был английский посол с супругой.
Для императрицы Малый Эрмитаж на долгие годы стал центром изящного досуга. Там имелись такие дворцовые забавы, как подъемные столы, в оранжерее росли диковинные растения, под ее крышей слышались соловьиные трели, под ногами могли пробежать шустрые лесные зверьки. Придворный оркестр услаждал слух утонченными музыкальными композициями, на стенах галерей, окружавших открытый Висячий сад, располагались картины, положившие начало эрмитажной коллекции живописи. К 1780 г. в галереях Малого Эрмитажа имелось 266 картин. Число их точно известно, поскольку «маляр» Жан Шеню написал на табличках, укрепленных на всех рамах, имя мастера, год написания картины и художественную школу. За работу маляр получил 266 руб., т. е. по 1 руб. за табличку[283].
Историк Петербурга М. Пыляев описывал Висячий сад Малого Эрмитажа следующим образом: «Окруженный с трех сторон галереями, а с северной стороны залом Эрмитажа, висячий сад имел вид продолговатого четвероугольника, около 25 сажен длины и 12 сажен ширины. В этом открытом саду росли со всех сторон ряды прекраснейших больших берез, а на дерновой поверхности были сделаны дорожки для прогулок, украшенные цветами… В северной части сада была устроена высокая оранжерея с галереей наверху. В саду содержалось множество животных: попугаев, обезьян, морских свинок, кроликов и других зверьков». Для того чтобы уберечь всю живность, в мае 1772 г. «Ея Императорское Величество изволила указать: садик, что при Эрмитаже Зимнего каменного дворца, покрыть сеткою железною»[284]. Собственно эта железная сетка стала первым шагом в превращении открытого Висячего сада в огромный зимний сад, перекрытый застекленной крышей, но это произошло не скоро.
И в «географии» Зимнего сада, и в его «тематике» имелся определенный смысл, совершенно очевидный гостям императрицы Екатерины II. Поскольку Эрмитаж стремительно разрастался как хранилище художественных ценностей, на фоне которых протекала придворная жизнь, так и Оранжерейный дом стал хранилищем растительных диковинок, на фоне которых разворачивались сцены той же придворной жизни. В результате и Эрмитаж, и Оранжерейный дом находились в одном смысловом пространстве, дополняя друг друга вполне в духе идей Ж.-Ж. Руссо.
Поблизости от Висячего садика Малого Эрмитажа имелся еще один «садик под прохожею галереей», сооруженный в 1776 г. Тогда Екатерина II распорядилась о «сделании на крыше над проходной галереи в Зимнем каменном дворце от мезонинных покоев князя Г.А. Потемкина к покоям, где жительство имеет князь Г.Г. Орлов, садика», который обошелся в 1692 руб. 91 коп.[285]
Э.П. Гау. Зимний сад в Малом Эрмитаже. 1865 г.
Императоры лично определяли облик своих садов. Так, в 1821 г. Александр I распорядился «по ставить померанцевые деревья в Эрмитажном зимнем саду и находящихся там птиц посадить в клетки»[286].
Висячий сад Малого Эрмитажа, в силу своего расположения на сводах первого этажа, создавал немало проблем, связанных, прежде всего с его гидроизоляцией. В начале 1840-х гг. В.П. Стасов, убрав слой глины, которая со времен Екатерины II худо-бедно решала эту задачу, применил стандартную для того времени свинцовую гидроизоляцию, уложив прочеканенные свинцовые листы по всей площади огромного Висячего сада. Этот свинец прослужил вплоть до 2011 г.
В 1850–1858 гг. Висячий сад времен Екатерины II над Малым Эрмитажем превратили в зимний сад, устроив двускатные металлические перекрытия стеклянного потолка. Архитектор А.И. Штакеншнейдер вписал новый зимний сад в блестящие интерьеры великолепного Павильонного зала.
Висячий сад Малого Эрмитажа после реконструкции 2011 г.
Сложная конструкция перекрытий потолка отчетливо просматривается на акварели Э.П. Гау, датированной 1865 г. Устроенные верхние галереи сплошь оплетены вьющимися растениями, в центре зимнего сада устроен двухъярусный «римский» фонтан, на разбитых газонах растут экзотические деревья и кусты. Сам зимний сад насыщен парковой скульптурой, а в уютных зеленых уголках на песчаных дорожках расставлены удобные парковые скамьи. В правом углу акварели просматривается многоярусная бронзовая клетка для певчих птиц, которых всегда было много в Висячем саду. Все это великолепие поддерживалось вплоть до 1917 г. Потом зимний сад начал постепенно погибать, а затем в 1924 г. демонтировали и его крышу. Сегодня из Павильонного зала Государственного Эрмитажа мы можем видеть Висячий сад примерно таким, как он был при Екатерине II.
Примечательно, что «римский» фонтан работы итальянского скульптора Феличе де Фово сохранился по сей день. И не только сохранился, но и работает (после проведенной реконструкции).
Первый опыт устройства зимнего сада как объекта непосредственно в императорской резиденции стал основой для подсознательного формирования его концептуальной направленности: главной, отличающей от оранжерей, чертой зимнего сада стал комфорт, прежде всего для пребывания в нем человека, а точнее «первого лица» и его ближайшего окружения. Это была довольно сложная инженерная задача. Необходимо было обеспечить не только микроклимат растениям, но и не допустить порчи дворцовых интерьеров из-за повышенных влажности и температуры.
При этом растения в зимнем саду воспринимались не только как обитатели этого пространства, но как важнейший прием художественного убранства. Зимний сад, таким образом, становился особым типом интерьера, обладающим специальным назначением и соответствующим оформлением[287].
Эти замыслы были реализованы на женской половине императорской резиденции, когда на половинах императриц создавались уютные интерьеры, в которых главный акцент был сделан на создание некоего ощущения особого комфорта, соединения миниатюрного зимнего сада с жилыми гостиными, благодаря чему в одно мгновение можно было перенестись из одного пространства в совершенно иное.
После восстановления Зимнего дворца в 1838–1839 гг. эти идеи были развиты архитекторами В.П. Стасовым, А.П. Брюлловым и А.И. Штакеншнейдером. Специально построенный Зимний сад на втором этаже Зимнего дворца, над Посольским подъездом, поражал современников свой пышностью и уютом, утонченным сплавом архитектуры и «покоренной природы». Тогда, в середине XIX в., идея покорения природы железной поступью прогресса была распространена необычайно широко. Зимние сады зримым образом реализовывали ее и в императорских дворцах.
Со временем в Зимнем дворце сложились устоявшиеся стилистические приемы расположения и оформления зимних садов. Например, Зимний садик императрицы Александры Федоровны (супруги Николая I) размещался на стыке двух осей небольших анфилад (зал № 181) второго этажа северо-западного ризалита. Этот прием впоследствии активно будут использовать архитекторы периода модерна (особняк М.Ф. Кшесинской в Петербурге). Этот небольшой зимний сад, устроенный архитекторами К. Росси и О. Монферраном, запечатлен на трех акварелях кисти К.А. Ухтомского «Малый зимний сад императрицы Александры Федоровны» (см. иллюстрации на стр. 135).
Судя по всему, этот зимний сад был ликвидирован в начале 1870-х гг. Интерьеры, включая великолепные фонари, сохранились, но зелени уже нет, что видно на акварели Э.П. Гау, датированной 1871 г.
К.А. Ухтомский. Зимний сад над Посольским подъездом. 1860-е гг.
Если зимний садик Александры Федоровны (№ 181) с большими трудностями вписали в уже существующие интерьеры, то после пожара Зимнего дворца было решено построить отдельное, изначально задуманное под эти цели помещение. Для нового зимнего сада отвели огромный объем Посольского подъезда.
Архитектор В.П. Стасов, создавая ризалит Посольского подъезда, предусмотрел размещение на сводах первого этажа Зимнего сада площадью 110 квадратных метров. Тогда впервые был использован такой прием, как перекрытие значительных по площади сводов стеклянным потолком на металлических рамах. Кроме этого, наряду со стационарными растениями в Зимнем саду разместили мобильные растения, например пальмы в кадках, которые передвигали с помощью домкратов, традиционно используя эти пальмы для оформления парадных обедов. Эти обеды так и назывались – «обеды под пальмами». Таким образом, зимние сады играли и роль неких специализированных хранилищ дворцового «тропического» антуража.
Создание микроклимата в огромном пространстве Зимнего сада над Посольским подъездом Зимнего дворца представляло собой сложную задачу. Проблема солнечного света в целом решалась за счет огромной площади застекленной крыши над Зимним садом. Проблема тепла решалась за счет создания локальной обогревательной системы.
