Глава 21
После вселенского зла, которому Куин стал свидетелем, находясь в лапах Уильяма, держать в своих объятиях Маркейл было как восстановление вселенской справедливости. Она загородила собой всю злобу, напомнив, что в мире существует доброта.
— Как ты? — спросила она.
Уже собравшись кивнуть, он остановился.
— Я могу выдержать любые мучения, любые пытки, кроме тех, что увидел сегодня. Знать, что Йена терзают из-за меня, — это было за гранью.
Маркейл переплела свои пальцы с его.
— Не могу даже представить, через что тебе пришлось пройти. Они больше не тронут Йена?
— Тронут. Это ведь Дейрдре.
— Значит, нам это не сулит ничего хорошего.
Куин поднял ее руку к губам и поцеловал.
— Я не отдам им тебя.
Он был тверд в своем намерении, не важно, поверила она ему или нет.
— Я знаю, — откликнулась Маркейл. — Как странно, что все может измениться в один миг. Еще на прошлой неделе я сокрушалось оттого, что жизнь моя — сплошная скука. Каждый день я занималась одними и теми же делами, не заглядывая далеко вперед. Я жила одна и, наверное, в одиночестве провела бы остаток жизни.
— Сейчас ты не одинока.
Она улыбнулась.
— Сейчас — нет. Меня кинули сюда, и теперь мое единственное желание — вернуться назад в свой дом, изо дня в день заниматься обыденными делами в саду, собирать и сушить травы, практиковаться в заклинаниях. Я не представляла, насколько прекрасна жизнь, пока не очутилась здесь. Странно, правда?
— Ничего странного. Три столетия я жил на ножах со своими братьями, потому что не знал, куда деться от собственной ярости и от чувства вины. Надо было слушаться их.
— Ах, у тебя еще будет масса шансов исправиться, — усмехнулась она.
— Разве? Я так не думаю.
Не хотелось портить момент, но он должен был дать ей понять, что они не останутся вместе надолго.
От этой мысли ему стало плохо, но это была правда. Ему нужна была уверенность, что никто больше не пострадает из-за него. И он сможет добиться этого, только перейдя на сторону Дейрдре.
— Не говори так, — прошептала она.
Куин погладил ее по щеке.
— Очень хочется найти какой-то выход, но его нет.
Она быстро заморгала.
— Когда я была маленькой, у меня жил кот. Такой здоровенный, черный, как ночь, котище, с немыслимо зелеными глазами. Он был мой главный защитник.
Куин слушал, понимая, что ей захотелось сменить тему.
— Правда?
— Правда. Я подобрала его совсем котенком. Когда он вырос, стал пропадать, как это бывает с котами, но всегда возвращался. Иногда приходил таким израненным, что я сомневалась, выживет ли он. Хорошо хоть бабушка с помощью магии выхаживала его.
— И что с ним случилось?
— Два года назад зимой, ночью, умер у меня на руках. Когда он начал стареть, стал все реже уходить из дому. У него появилась привычка спать в моей постели. Свернется в клубок и спит в ногах. — Она неожиданно рассмеялась. — Я засыпала, только когда слышала, как он мурлычет.
В ее голосе прозвучала такая грусть, что он почувствовал себя не в своей тарелке. За всю жизнь она потеряла столько близких, что ему захотелось оградить ее от новых страданий.
— Однажды утром я проснулась от его хрипа. Стало понятно, что пришел его час. Он жил долго, но я не была готова распрощаться с ним. Бедняга мучился несколько дней, я пыталась сделать что-то, но не смогла накопить в себе магию, чтобы облегчить ему страдания. Через три дня его не стало.
Куин не знал, что сказать, и даже не понимал, зачем она поведала ему эту трогательную историю.
Бирюзовые глаза Маркейл были полны слез.
— У меня нет способа контролировать магическую силу, Куин. Больше всего на свете мне хочется помочь тебе и передать заклинание, чтобы сковать твоего бога, но я не могу.
Склонив ее голову себе на плечо, Куин вздохнул. Он слишком хорошо понимал, как ему необходима помощь, чтобы удержать под контролем происходящее. Но единственным, кто мог это сделать, была Дейрдре. К ней сходились все нити, и отдавать их она не собиралась.
— Отец очень часто говорил нам, что мужчина должен жить так, чтобы в конце жизни ни о чем не сожалеть. Пока мне радоваться нечему, но думаю, что скоро все изменится.
Маркейл подняла на него глаза.
— Ты самый лучший из всех. Другого такого я не знала.
Ее слова тронули его, хотя он отлично знал, что она ему льстит. Существовало множество людей намного лучше его.
— Спасибо.
— Как ты думаешь, когда Дейрдре снова пришлет за тобой?
— Уильям не станет напоминать ей про меня до последнего. Он очень увлечен Дейрдре и не хочет делить ее со мной.
Маркейл хихикнула.
— Увлечен? Ты хочешь сказать, что у него к ней чувство?
— Не уверен, что это истинное чувство. Может, ему нравится находиться рядом с источником силы, которым является Дейрдре. Она злится на меня и многое ему позволяет.
Сдвинув брови, Маркейл задумалась.
— Значит, у нас не так много времени.
— Не много времени на что?
— Уговорить других перейти на твою сторону.
Куину нравилось, как у нее работала голова, но иногда все было не так просто, как ей казалось.
— Это невозможно. У нас есть только Дункан и Арран. Этого совсем недостаточно.
— Ты помнишь, как рассказал мне о том, что Харон — шпион?
У него засосало под ложечкой, когда он заглянул ей в глаза.
— Именно потому ты отправилась к нему, чтобы поговорить, да?
— Да. Он не признался, но и не стал отпираться. Я действительно считаю, что он шпионит, Куин.
— Тогда почему ты решила, что он нам поможет?
Она поморщилась.
— Я подумала, что мы сумеем воспользоваться теми же доводами, которыми Дейрдре заставила его шпионить, чтобы работать против нее или просто помочь.
— И… — подхватил Куин.
У него уже возникала мысль встретиться с Хароном, но то, что Маркейл проделала это сама, поразило его. Она очень сильно рисковала.
— Он отказался. То, чем Дейрдре держит его на крючке, явно намного серьезнее желания выступить против нее.
— Черт! — выругался Куин.
После того как Йена забрали, у него стало на одного человека меньше. Если бы Харон перешел на его сторону, это стало бы большим подспорьем.
Слова Маркейл заглушил звук, который ни с чем нельзя было спутать — скрежет открываемой двери в подземелье. Куин вскочил и натянул бриджи.
— Не выходи, чтобы тебя не увидели, — сказал Куин, обернувшись через плечо.
Он преобразился в Воителя и оказался у входа за секунду до того, как что-то огромное с жутким грохотом приземлилось на пол. Куин не удивился, увидев Воителя с оранжевой кожей, распростертого на земле.
